Измена. Новая жена дракона - Адриана Вайс

Заговорив о проклятье, мои мысли снова возвращаются к нему и я понимаю, что за время нашего разговора я не спросила у Кристиана самого главного.

– А что это за проклятье и как оно действует?

Лицо Кристиана становится задумчивым, он снова бросает быстрый взгляд на мой живот.

– Сложно сделать вывод по одному следу, но я думаю, это проклятье на изживание рода. Кто-то до безумия не хочет, чтобы род Баррего продолжался. Отсюда и ваши проблемы с беременностью.

Но… если все действительно так, как говорит Кристиан, то как тогда возможно…

Меня прошибает внезапное осознание, которое полностью переворачивает с ног на голову все события прошедших дней.

– А есть ли какой-нибудь способ защититься от этого проклятья или обойти его? – кое как очухавшись от внезапного потрясения, уточняю я.

Втайне очень надеюсь услышать отрицательный ответ, хоть и не понимаю что мне это даст.

Кристиан замирает на пару секунд, приложив кулак к подбородку, но потом уверенно мотает головой.

– Это необычное проклятие, так что, не думаю. Защита может сработать на некоторое время, но в итоге проклятие все равно разъест его и проберется внутрь.

– Но как…

Я чувствую, что начинаю задыхаться. Сердце пронзает боль, а изо рта вырываются лишь хрипы.

– …как тогда возможно, что у Маркоса все-таки будет наследник?

Глава 21

Маркос

В драконьей форме несусь в небе, рассекая облака и лавируя между воздушными потоками. Я распорядился отправить Эктора и отобранный отряд гвардейцев вперед, а после того, как решил все вопросы с лекарем и Долорес, отправился к особняку Ортеги и сам.

Надеюсь, он не выкинет какой-нибудь глупости. Иначе, я от него и мокрого места не оставлю.

Вообще, это следовало сделать еще раньше, но я самонадеянно полагал, что их уговор с отцом решит все вопросы.

Но вместо того, чтобы гнить в своем особняке на задворках Альмерии, он решил выползти и вцепиться мне в глотку. Еще и Ирен сюда впутал.

Подумать только, женщина, которой я доверял, предала меня. И не просто предала, а вероломно подкинула Долорес проклятый предмет, чтобы лишить меня наследника. Каким же идиотом я был, когда решил пригреть на своей груди эту змею.

Перед глазами опять всплывает воспоминание, как Ирен с ухмылкой берет в руки этот гребень и… и картинка вдруг идет рябью.

“Она не виновата!” – орет мой внутренний голос, – “Ирен так никогда и ни за что не поступила бы!”

Изо всех сил стискиваю зубы.

Это еще что такое?

Чувствую как все мои недавние воспоминания, связанные с Ирен, просто блекнут и становятся еще более неуловимыми, чем раньше. Я изо всех сил цепляюсь за них, совершенно не понимая что происходит, но воспоминания ускользают, будто их никогда и не существовало.

Что ты себе позволяешь?!

Мало того, что в человеческой форме меня то и дело одолевали драконьи инстинкты, которые проявляли себя как попало. Например, орали об опасности, когда мы оставались наедине с Долорес. Или требовали перекинуться драконом, когда она меня касалась.

Но сейчас, в драконьей форме все стало еще хуже! Моя ярость и гнев по отношению к Ирен будто подавляются. Чем дольше я нахожусь в этой форме, тем больше крепнет во мне сомнение в действиях и поступках Ирен.

А что, если Ирен и правда ни в чем не виновата?

Нет! Такое просто невозможно!

Наверняка, мои сомнения, как и путаница с воспоминаниями – это последствия ее проклятия. Иначе, никак это не объяснить. Ни это, ни то, что она связалась с Кристианом Ортегой.

Думала, он поможет спрятаться от меня? Как бы не так. Я схвачу вас обоих, а потом вы выложите мне все. В какой момент вы успели сговориться, кому пришла идея оставить меня без наследника, на что вы готовы были пойти ради этого и… действительно ли ты не испытывала ко мне никаких чувств.

Я ведь до сих пор помню нашу первую встречу. Когда ты была юной напуганной девушкой, лишившейся разом и своих родителей, и дома. У тебя не было никого, кто мог бы помочь. В твоих глазах даже не было жизни. И я тогда твердо решил подарить тебе надежду, разжечь пламя жизни, чтобы ты расцвела восхитительным цветком…

Захожусь долгим протяжным рыком.

Опять! Ярость и гнев по отношению к Ирен рассыпаются в пыль, а воспоминания возвращаются на несколько лет назад.

Совершенно дикие, сводящие с ума ощущения, будто одни твои чувства схлестываются в жестокой схватке с другими.

Складываю крылья, ныряю вниз и с бешеной скоростью несусь к земле. Чувство опасности вырывается на первый план.

“Она не виновата…” – тем временем, продолжает настаивать внутренний голос.

Но на этот раз он звучит уже намного тише. И теперь, он больше похож на предсмертный шепот.

“Защити… ее…”

У самой земли расправляю крылья и на бреющем полете несусь, едва не задевая верхушки деревьев. Нужно поскорее добраться до цели и перекинуться человеком, иначе я просто потеряюсь в собственных чувствах.

Когда я, наконец, добираюсь до места, то не сразу понимаю, что это именно оно. Опускаюсь только потому, что вижу впереди на фоне каких-то развалин гвардейцев, которые выстраиваются в ровную шеренгу.

Примерно за полметра меняю форму и опускаюсь на землю уже в человеком.

Ко мне сразу же подбегает Эктор. Он явно хочет что-то сказать, но я прерываю его:

– Я же приказал вам оцепить особняк Ортеги и наблюдать за ним. А вы где собрались?

– Но, господин, это и есть особняк Кристина Ортеги, – переводит взгляд на обломки Эктор.

Я еще раз кидаю на них взгляд и замечаю, что от них еще поднимается дымок. А это значит, что в развалины это место превратилось буквально недавно.

– Что здесь случилось? – снова перевожу взгляд на Эктора.

– По всей видимости, Ортега заметил наши перемещения и напал превентивно. Нам ничего не оставалось, кроме как защищаться.

– И где он сейчас? – хмуро спрашиваю я, даже не надеясь услышать хорошие новости.

– Прошу прощения, господин. Мы его упустили, – опускает голову Эктор, – Но я отправил за ним хвост. Думаю, уже скоро мы узнаем о том, куда он скрылся.

С каждым его словом, в голову