Сваха? Нет, психолог - Елена Саттэр

Меня встретило гробовое молчание.

- "Или как", значит. Ну что, господа пайщики, есть ли у нас добровольцы, готовые нести этот тяжкий крест в лице нашего Луи и его двора?

Все стали отводить глаза в сторону, что- то читать и писать у себя в блокнотиках.

- Понятно. Добровольцев прикрыть амбразуру нет. Тогда давайте искать кандидата на стороне и потом дружно отнесём его на этот подвиг.

Вот тут народ оживился и стал предлагать. Бедного Луи предлагали даже запихать на постой в ратушу.

- Кроватей наставим в зале для приёмов, - предложил нам очень вероятный кандидат отправиться на каторгу вместе со мной, не важно по какой статье. Главное, чтоб человек был, а за это предложение ему уж срок подберут.

И что у нас получалось? Да ничего.

- Так, задам вопрос с другой стороны. Кто у нас в городе кормится с должности, полученной от короля?

И тут все переглянулись и, вскочив с мест, стали скандировать:

- На- мест- ник. На- мест- ник.

- Вот и нашёлся добровольно- принудительный приниматель королевского двора.

- А ещё у него сын. Ему дочерей замуж выдавать не надо, - сдал его один суховатый мужчина из нашего тайного ордена заговорщиков.

- Тем более. Мы тут мучаемся, девочек пристраиваем, а этот только жизни радуется.

- А если он не согласится? Что делать будем?

Я снисходительно посмотрела на вопрошающего:

- А кто его будет спрашивать? Позвольте вас спросить.

Опять воцарилась тишина и только муха жужжа пролетела по своим делам.

- Мы придём к наместнику с визитом, дней через семь после отправки писем претендентам, и отправим от его имени тишком вестник королю. Что «так и так рад видеть вас с вашим двором у себя с такого по такое- то».

И не говорите мне, что когда он получит письмо из королевской канцелярии с подтверждением визита, то побежит опровергать приглашение. Он у нас же не дурак?

Все с восхищением посмотрели на меня.

- Госпожа Люси, вы только что нам сэкономили этой идеей кучу денег, но как стало жаль нашего наместника.

И я опять вспомнила Остапа Бендера, развела горестно руками и сказала:

- Таковы суровые законы жизни. Или, короче выражаясь, жизнь диктует нам свои суровые законы.

Все закивали с печальной миной, видимо, с думой о нашем главе города.

- Ладно. Аминь. Теперь, когда я вам выдала весь расклад, что скажете по срокам. На какие даты гонку объявляем?

- Госпожа Люси, а, кстати, по ней. Кто её будет строить?

Я подбоченилась:

- Я, ваша покорная слуга, на разницу денег за билеты на гонку и стоимостью аргузина.

Конечно, я таким делом раньше не занималась, но на аналоге с таким же названием бывала как- то раз. В Питере такие гонки проводят с хорошим призовым фондом, я скажу. Газпром, если не ошибаюсь, спонсор.

Возражений никто не выказал, потому как задач на всех хватало, даже с перебором.

Вперёд вышел отец Натали:

- Госпожа Люси, давайте день, другой повременим с вестниками женихам. Мы прикинуть должны свои силы и возможности. Завтра давайте бал организуем, а послезавтра опять соберёмся и уже назначим дату.

На том и порешили.

Потом под расписку стали давать нашему доставателю аргузина деньги за чудо- коня. Ещё часа три считали и пересчитывали. Я даже подремала чуток на диванчике. Утомительное это дело- бизнес организовывать.

Разлепив один глаз, проводила гостей, насилу до спальни добралась, всё норовила на ступеньках прилечь, но мой ангел Элиза, несмотря на свою сухость с причитаниями типа :

- Совсем не бережёте себя с этими невестами. А кто нам стакан воды поднесёт в старости, если вы скоропалительно помрёте от таких перегрузок, - допихала меня до спальни, переодела, в постель уложила, одеяло подоткнула.

Не успела я глаза закрыть, как уже послышались голоса под окнами.

Утро уже. Ох, нелёгкая у меня жизнь складывается. Невесты на пробежку прибыли. Я честно, грешным делом, даже подумала, может, на фиг такую жизнь, а на каторге, может, послаще будет. Но усилием воли отогнала эту крамольную мысль, надела своё мини спортивное платье и, нацепив лучшую из жизнерадостных улыбок, сбежала по ступенькам. И понеслось среди пения птиц:

- «Раз, два, три, четыре,

Кто прекрасней в нашем мире?»

Девочки были серьёзно настроены на замужество. Пыхтели, но бежали. Круги с каждым днём прибавлялись, колея становилась глубже, наши глотки лужёней. Хотя неделя только с начала тренировок прошла. Вот что значит мотивированность.

Прощаясь, девочки строго мне напомнили о сегодняшнем бале:

- Не забудьте, Люси.

- Элиза, а как вы думаете, герцог туда сегодня явится? - спросила я во время утреннего чаепития госпожу Биримор.

Та нахмурилась, пошевелила бровями, и скорбно со вздохом посмотрела на меня. Без слов всё стало понятно, а родственницу я себе так на выезд и не отыскала. Что делать теперь прикажете? Ни Брунгильдочку, ни Элизу отсутствие принадлежности хотя бы к низкой аристократии не позволяло взять на бал в качестве компаньонки. Полцарства за компаньонку отдала, если бы оно у меня было.

Глава 26

И тут в дверь постучали.

- Кто там? - донёсся до нас басок Ванюши.

- Это я, Моня.

Мы с Элизой переглянулись и пошли узнавать, что нашему скрипачу понадобилось в моей обители с утреца.

Грустный вьюноша приятной еврейской наружности с волооким взглядом, в обнимку со своей скрипкой и узелком замер на нашем крыльце

- Госпожа Элиза, - жалостливым голосом начал Моня, - меня папаша прогнал на заработки. Иди, говорит, и учись деньги делать, а то прокляну. А единственная, у кого я за всё это время хоть что- то заработал, были вы. Мы с Элизой задумчиво переглянулись и стали с пристрастием рассматривать нашего скрипача, уже не как музыканта.

Почему мне нужна именно компаньонка, пришла в голову дельная мысль. Да Элизе, кажется, тоже. Мы вообще стали с ней мыслить в одном направлении. Даже её муж включился в нашу схему по подготовке невест - днём у него теперь прямо бои с Афродитами проходили в нарды. И чтоб стимул был - денежку ставили, и на выигрыш победитель пироженками проставлялся. А во время чаёвничания разбирали ошибки.

Так вот, мы с Элизой порой понимали друг друга прямо телепатически.

- В принципе