Презент от Железной леди - Анна Шевченко

— Я мог бы отделать тебя как бог черепаху, — многообещающе начал Игорь, — но поступлю иначе. Я просто буду держать тебе рот, а она рассверлит тебе все зубы. А потом, если ты не пожелаешь со мной общаться, эта милая девушка выдерет тебе все зубы до единого, причем без всякого наркоза. Ты понял, козел?

Эдик снова ругнулся.

— И не ори, мы здесь одни. На полкилометра — ни души! Так что никто не поможет, — порадовал Игорь и сел Эдику на ноги. — Давай, подруга, заводи свою технику.

Я включила аппарат и поднесла жужжащий наконечник ко рту бандита.

— Убери эту херню. Я все расскажу! — взмолился тот при первых же звуках.

— Что ж, выключи пока, только не отходи далеко, — решил Гоша. — А ты давай рассказывай, ашуг, за что зарезали директора «Светланы».

— Я его не убивал.

— Не вешай мне на уши макароны.

— Правда, не убивал. Зуб даю — это Мирон с Косым.

— Зуб, говоришь, — задумался Игорь и посмотрел на меня. Я включила бормашину. — Сейчас отдашь!

— Меня вообще в доме не было, — заторопился Эдик.

— Где ж ты был, родной?

— В машине сидел. Ждал.

— Вернемся к нашим баранам. Ты так и не сказал, за что убили парня.

— Не знаю.

— Ой врешь!

Я подумала и снова включила установку.

— Видит бог, не знаю, — настойчиво повторил Эдик. — У Мирона с Косым — свои дела, у меня — свои. Я в чужие не лезу, особенно если мокрухой пахнет. Мне и так неплохо. Меня попросили подвезти мужиков к дому и подождать — я сделал.

— Они просили?

— Стал бы я слушать всякую шушеру. Один мой кореш просил. Мирон и Косой — его «шестерки».

— Что за кореш, где живет?

— Лешка Корсаков. Живет где-то в Москве. У него мама — профессор, — неожиданно сказал Эдик с чувством глубокого уважения. — Она ко мне всегда отдыхать приезжает и по вечерам Пушкина наизусть читает.

— Ценная информация. — Игорь покачал головой. — Мирон с Косым где сейчас?

— Не знаю. Может, уехали, а может, в городе еще.

— Где они останавливались?

— Понятия не имею. Они в тот же день приехали, когда вот она, — Эдик кивнул в мою сторону, — нас в ресторане засекла. Глазастая, стерва!

Игорь тут же пнул Эдика в бок.

— Подбирай-ка выражения, дружок, если дорожишь своими зубами. Лучше подумай, не желаешь ли ты еще что-нибудь рассказать?

— Да иди ты на… — огрызнулся Эдик. — Больше я ничего не знаю.

— Ну тогда спи спокойно, наш дорогой товарищ. — Игорь снова нажал на неизвестную мне точку у Эдика на шее, и тот снова погрузился в сон.

— Ты его отпустишь? — спросила я.

— Пусть пока полежит тут, отдохнет. Вот закончим дела и решим, что с ним делать. Будет себя хорошо вести — отпущу, а если нет…

— Убьешь? — перепугалась я.

Вот еще, — рассмеялся Игорь. — Буду я и цепкую падаль руки марать. В милицию сдадим. Он же нам все замечательно рассказал, а мы с тобой все чудненько записали. — Игорь вынул из кармана диктофон. — Правда, я не уверен, будет ли считаться достоверным признание, полученное под пытками, но чем черт не шутит… А потом, пока мы с тобой не найдем Мирона с Косым, в милиции нам делать ничего. Разве что Ситнюше в СИЗО передачку принести.

— Какие передачки! Вытаскивать ее надо!

— И как ты предлагаешь это сделать? — Игорь, прищурясь, посмотрел на меня. — Поделись! Кажется, страх активизирует деятельность твоего мозга! Судя по результатам предыдущего эксперимента, ты оказалась на высоте. Кто бы мог подумать, что такой бугай испугается бормашины!

— Многолетний опыт, — улыбнулась я. — Видел бы ты своего шефа у меня в кресле! А по поводу Татьяны… Помнишь «Место встречи изменить нельзя»?

— Еще бы… «Глеб Жеглов и Володя Шарапов ловят банду и главаря…» — хрипло пропел Игорь, подражая известной группе. — Так, кажется? И что дальше?

— Пусть ее повезут на следственный эксперимент. Мы… Нет, — поправилась я, — ты прячешься в доме и отбиваешь Танюшку.

— Родная, ты спятила! — ласково, как больному ребенку, сказал Игорь. — Ты за кого меня принимаешь? Я что, супермен или Джеймс Бонд, агент 007? Наташа, я всего лишь начальник службы безопасности одной солидной фирмы, и, если я сегодня справился с парой-тройкой бандитов, это вовсе не означает, что завтра переиграю всю милицию города. А потом, вообще соображаешь, что говоришь?

— А что в этом такого?

— Девочка, это ведь статья. И причем серьезная. Вместо того чтобы помочь Татьяне, мы в тобой сядем, причем надолго. Впрочем, я пошел бы на это при одном условии…

— При каком? — оживилась я.

Игорь хитро посмотрел на меня:

— Если нас с тобой посадят в одну камеру. Но ведь такого не бывает. Поэтому мы пойдем другим путем.

— Каким же?

— Потом расскажу. А сейчас иди спать. Завтра будет трудный день.

— А ты?

— Я тут подремлю. Покараулю нашего спящего красавца. Вдруг разорется. Надо же будет успокоить…

Я ушла в свой номер и первое, что сделали, приняла душ. После вонючего «Веселого Роджера» я тщательно терла себя мочалкой, но мне долго казалось, что я насквозь пропахла отвратительным табаком и еще какой-то дрянью. Йогом насухо растерлась жестким гостиничным полотенцем, расчесала мокрые волосы и нырнула под одеяло. Мне очень хотелось заснуть. Но минувший день был чрезвычайно перенасыщен событиями, и моя нервная система никак не могла успокоиться. Я долго ворочались с боку на бок, считая от тысячи до нуля, и наконец задремала.

Видимо, мне снился какой-то кошмар, потому что проснулась я в холодном поту, в Гошиных объятьях. Он баюкал меня, как маленькую, пытаясь успокоить. Дверь в номер была открыта нараспашку, хотя я точно помнила, что запирала ее.

— Ты чего? — недоуменно спросила я.

— У меня-то все нормально. А вот некоторые орали на весь этаж. Я думал, что случилось! Пришлось дверь выбить.

— Дрянь какая-то приснилась, — вспомнила я и аккуратно попыталась высвободиться из крепких Гошиных рук. Но сделать это было не так-то просто.

— После эдаких приключений — немудрено, — согласился Игорь, по-прежнему прижимая меня к себе. — Все время держалась молодцом, а ночью нервишки сдали.

— Я теперь точно не усну.

— Уснешь. Хочешь, я тебе сказку на ночь расскажу, а потом, если не поможет, дам половину волшебной таблетки? Будешь спать как миленькая.

— Это даже не сказка. Скорее притча или восточный тост. Вот, слушай: «Шли по дороге Любовь, Здоровье и Счастье. Наступила ночи и нужно было искать ночлег. Вскоре усталые путники добрели до деревни и постучали в один из домов. Хозяева впустили их, но дом был тесен, и место у очага досталось только Здоровью. А Любовь и Счастье остались в сенях. Ночь была холодной, но Любовь и Счастье встали и ушли. А следом за ними дом покинуло Здоровье. Они постучались в другой дом. И эти хозяева не отказали им в ночлеге, но они решили, что главное — сберечь Счастье, и пустили к очагу его. Вскоре из дома ушла Любовь, за ней — Здоровье, а потом исчезло и Счастье. В другой же деревне люди пустили к очагу Любовь. Она осталась, а Здоровье и Счастье остались вместе с ней». А сам тост, кажется, звучал так: «Так выпьем же за Любовь! Ибо только с ней возможно быть здоровым и счастливым!»