Пик Ангела - Кэт Мартин

Пальцы Отем сжались вокруг пластиковой бутылки.

– Черт, я бы хотела вспомнить больше или чтобы сон длился дальше.

– Со временем он может продлиться.

Она подняла к нему голову:

– Ты правильно сделал, что остался. Я бы не вспомнила про Рути. По крайней мере, сегодня. Хочешь? – Отем протянула ему бутылку.

Он взял ее и стал пить воду большими глотками. На бутылке остался вкус губ Отем. В нем вспыхнуло воспоминание о поцелуе, и желание вернулось. Бен отдал бутылку Отем и взял себя в руки.

– Спасибо.

Ее взгляд скользнул по его обнаженной груди, опустился ниже, и кошачьи глаза округлились.

– Боксеры!

Бен не смог сдержать улыбку.

– А ты думала, я из тех, кто носит плавки?

Отем залилась румянцем. Даже в слабом свете, падающем в гостиную с улицы через балконную дверь, Бен увидел, как порозовели ее щеки.

– Вообще-то я об этом совсем не думала.

– Это плохо. Я надеялся, что думала.

Она искоса бросила на него взгляд и отвернулась.

– Мне никогда не снится больше одного сна за ночь, так что ты можешь вернуться домой, если хочешь. Или оставайся до утра.

– Я останусь до утра. У меня нет настроения отбиваться ночью от хулиганов на улице.

Отем кивнула, словно одобряя такое мудрое решение.

– А ты сможешь снова заснуть? – поинтересовался Бен.

– Обычно это бывает трудно.

Он протянул руку и провел пальцем по ее щеке.

– Я мог бы тебе помочь…

Бен не смог удержаться от этого замечания, поскольку совершенно точно знал, что она откажется. Отем попятилась:

– Как знать, может, будет лучше, если ты пойдешь драться с хулиганами.

Он растянул губы в улыбке:

– Попытайся отдохнуть. Увидимся утром.

– Мы… начнем ее искать?

Его улыбка погасла.

– Да.

– Мы найдем ее, Бен.

Он ничего не ответил. Этот шанс был до боли мал. Однако Бен принял решение и с этого момента собирался посвятить себя поискам. Он снова лег на диване, но больше не смог уснуть.

Это было так странно – мужчина в доме во время завтрака. Даже когда Джош оставался на ночь, Отем не готовила еду. Они всегда куда-нибудь выходили. Однако в это утро – она принципиально не стала задумываться о причине – ей почему-то захотелось приготовить завтрак.

Отем налила два стакана апельсинового сока, разогрела в микроволновке бекон, подрумянила пару английских булочек и зажарила яичницу-болтунью, сдобрив ее луком и помидорами. Когда Бен вошел в кухню, в брюках, голый по пояс и растирая полотенцем мокрые волосы, его встретил уже накрытый стол.

– Пахнет определенно чем-то вкусным.

Отем попыталась не пялиться на него, но это оказалось непросто. У Бена было красивое, идеально сужающееся к бедрам тело, с прекрасной мускулатурой. Конечно, в спортклубе Отем чуть ли не каждый день приходилось видеть качков с куда большими бицепсами, однако они не производили на нее такого впечатления, как Бен.

– Надеюсь, ты любишь яйца с беконом, – сказала она, когда он натягивал мятую белую рубашку.

– Я не привередлив, особенно когда голоден. – Бен не стал заморачиваться с запонками и заколками, и рубашка осталась незастегнутой. – Тебе помочь?

– Все почти готово. Садись за стол.

Бен закатал рукава, обнажив свои потрясающие руки, и опустился на один из стульев, придвинутых к маленькому обеденному столу в гостиной.

– Так здорово, что ты приготовила завтрак. Не могу даже вспомнить, когда последний раз для меня кто-то готовил еду.

Отем постаралась сфокусироваться на сковородке.

– Твоя жена не любила готовить?

Он усмехнулся:

– Джо вообще ненавидела кухню. Ей не нравилось там убираться… Ну, по крайней мере, так она говорила. Мы часто ели в ресторанах, хотя после рождения девочек это стало сложнее.

Бен замолчал, и Отем поняла, что он больше ничего не скажет на эту тему.

– Я люблю готовить, – мягко произнесла она. – В основном простые блюда. Те, которым меня научил папа. Я чаще ем дома, чем где-либо еще.

– Я так понимаю, ты больше жила с отцом.

Отем выключила газ и потянулась за тарелкой.

– Моя мама умерла, когда мне было тринадцать. Погибла в автокатастрофе. Пьяный водитель съехал с дороги и сбил ее. Думаю, ты об этом знаешь.

Он помолчал.

– Тебе, наверное, пришлось тяжело.

Отем было больно говорить о смерти матери, но ей требовалось полное доверие со стороны Бена, а чтобы его получить, она должна быть откровенной, вне зависимости от темы разговора.

– Ее смерть меня почти уничтожила. Я всегда была немножко застенчивой. А после этого совсем закрылась. Папа решил, что мне нужно отвлечься от мыслей о смерти мамы, и стал брать меня с собой в походы. Сейчас у него повышенное давление, так что он не может совершать восхождения, но мы до сих пор время от времени ходим в походы, и он постоянно тренируется, для поддержания здоровья.

Бен снова промолчал. Последнее время он смотрел на нее так, словно пытался что-то понять. Отем расставила тарелки на столе, налила кофе в кружки и села за стол, напротив Бена.

– Вообще-то я рада, что ты сейчас здесь. – Она отпила апельсинового сока. – Теперь, раз мы готовы начать поиски, нам нужно выработать план.

– План, – повторил за ней Бен.

– Я уже думала о том, с чего можно начать. Что нужно предпринять для того, чтобы дело пошло. Я надеюсь, у тебя есть фотография Молли, которую ты мог бы мне дать. Мне нужно настоящее фото, а не газетная копия.

– У меня есть парочка снимков дома. Я еще должен вспомнить, куда их положил, но они точно где-то есть.

Отем прервалась, чтобы съесть кусочек хрустящего бекона. Он убрал фотографии, потому что видеть их было слишком больно…

– Что? – спросил Бен, которому явно не понравилось, как она на него смотрит. – Я сказал, что найду фотографию, и я это сделаю.

– Кстати, а зачем она тебе?

Отем подняла кружку с кофе.

– Я хочу состарить ее компьютерной программой. Я видела, как это делают, по телевизору. Я должна совершенно точно убедиться, что девочка, которую видела во сне, – это Молли.

– Но ты ведь убеждена, что это она? – Бен уставился на Отем с заново возросшим подозрением.

– Я абсолютно убеждена, что это она. Просто не хочу ничего упускать. А кроме того, это понадобится нам, раз мы начинаем новые поиски. Ей ведь уже двенадцать, а не шесть. Мы должны показывать людям, как она выглядит сейчас.