Всего один поцелуй - Элизабет Ренье

– Не думаю, что этот вечер будет для меня приятным, – ответила девушка. – Обычно на балу у леди Марреньер собираются самые скучные в Бафе люди. Я приняла приглашение только ради Шарлотт.

– Надеетесь найти ей мужа? – спросила Джудит.

– Нет. Это – задача ее отца, а не моя.

– Наверное, это сделать будет нелегко? Как и у бедняжки Сары, у Шарлотт тоже нет денег.

– Какая же ты дерзкая, Джудит!

– Да, мисс, – согласилась служанка. – И, конечно же, там будет мистер Баннистер. Знаете, после того, как она оказалась под копытами его лошади, мистер Баннистер стал нежно смотреть на нее.

Онор резко поднялась с кресла.

– Тебе тоже пора выйти замуж, – сказала она, разглядывая себя в зеркале. – Тогда ты, может быть, перестанешь подсматривать за другими и мучить бедного Томаса. Служанка хихикнула.

– О, мисс, это так приятно – мучить мужчину! Видеть, как он, вымаливая поцелуй, встает перед тобой на колени…

– Ты очень рискуешь. Ему скоро все это надоест, и он станет ухаживать за другой. Например, за моей новой горничной. А она относится к нему куда добрее, чем ты.

«Если бы мне нравился Джон Баннистер, этот совет мог бы помочь и мне», – подумала Онор.

– Ох уж мне это жеманное создание! – с презрением воскликнула Джудит.

Но, тем не менее, Онор увидела в глазах служанки испуг.

Подавая хозяйке накидку, Джудит, восхищенно разглядывая розовое платье Онор, ласково коснулась шелковой ткани.

– В этом наряде вы ездили к леди Марреньер два года назад, – мечтательно заметила она. – В тот вечер, когда…

– Да, я это хорошо помню, – прервала Онор служанку.

Могла ли она забыть ту ночь, когда так круто изменилась ее жизнь, когда слова, сказанные незнакомцем, вошли в ее сознание, а встреча с несчастными детьми помогла ей найти цель всей ее жизни? Уже не первый раз Онор спрашивала себя, зачем она приняла приглашение леди Марреньер. Только ли ради Шарлотт? А может быть, ей снова захотелось встретить на балу Джона Баннистера и вновь пережить волнительные моменты той далекой ночи? Ведь он в какой-то степени предопределил ее судьбу. Как жаль, что черная полоса открытой вражды пролегла между ними.

Скрипнула дверь, и в комнату вошла Шарлотт. Сложив веер, Онор простерла к подруге руки и кинулась к ней навстречу.

– Дорогая моя, ты прекрасно выглядишь! – воскликнула она. – Лиловый цвет тебе так к лицу.

Щеки девушки от смущения покрылись румянцем, глаза заблестели.

– Да и ты в этом наряде похожа на герцогиню! – воскликнула Шарлотт. – Сегодня ты просто неотразима! – Она подобрала подол своего платья и закружилась по комнате. – Это напоминает мне былые дни в Лондоне, – напевала девушка. – У меня такое чувство, будто бы мне снова восемнадцать. Я в ожидании чуда, дорогая!

– Думаешь, мистер Баннистер тоже приедет? – Онор внимательно посмотрела на Шарлотт.

– А почему он должен приехать? – Подруга сделала вид, что не понимает, на что намекает Онор. – Ну, коль скоро мистер Баннистер племянник леди Марреньер, то он тоже может приехать на бал.

– Когда он тебе это сказал? – резко спросила Онор. – С чего ты взяла, что они родственники?

– Он пооткровенничал со мной, когда я обрабатывала ему рану. Это леди Марреньер финансировала его поездку в Европу. А ты разве об этом не знала?

– Возможно, я это слышала, но забыла. Это ведь такие пустяки.

Так вот почему два года назад он оказался на балу, подумала Онор. И, конечно же, он будет и в этот раз!

Но вместе с ней на балу должна быть и Шарлотт, которая не только чувствовала себя восемнадцатилетней девушкой, но и выглядела соответствующе. Более того, у нее с мистером Баннистером установились теплые отношения. Она, не в пример Онор, не спорила с ним и не ссорилась.

– Сомневаюсь, что он приедет на бал, – как бы невзначай бросила Онор. – Танцевать он не любит…

Шарлотт удивленно посмотрела на нее.

– Это он тебе сам сказал? – спросила она. – Не могу себе представить, что бы вы могли говорить на подобные темы.

– Это произошло, когда… – начала Онор и замолчала.

Нет, события той ночи должны быть сохранены в тайне, подумала она.

– Фразу о том, что танцы его не вдохновляют, он бросил мимоходом.

Слуга доложил, что карета подана. Выйдя на улицу, девушки поежились – дул холодный ветерок. Онор повернулась к Саре, которая вышла их проводить.

– Ты, правда, хочешь остаться дома? – спросила она.

– Милая моя, ты же знаешь, что я не особенно люблю балы, – ответила та. – Молодые люди приглашают меня на танец только потому, что их об этом просит сердобольная устроительница бала. Так что танцуйте, веселитесь и не жалейте меня. Мы с твоей бабушкой скоротаем время за игрой в карты или шахматы, а потом я уложу детей спать.

Не успели они сесть в карету, как Сара вдруг вскрикнула:

– Боже, Бартоломью, что это?!

Онор проследила за ее взглядом и увидела мальчика. Перед собой он вел какого-то неизвестного мужчину. Онор застыла на месте от изумления.

Бартоломью с видом победителя подошел к девушкам. Одежда его была в грязи, волосы растрепаны. Руки мужчины, которого он привел с собой, были связаны. В руках мальчик держал длинный нож, на который в испуге посматривал незнакомец. У пленника был испуганный вид.

– Мисс, я сдержал свое слово, – гордо выпалил Бартоломью. – Я сказал, что следующий браконьер будет мой.

– Где ты его поймал? – спросила Онор. – Как ты смог? Ты ведь почти ребенок.

– В лесу. На том же месте, где видели первого негодяя. Только вместо лука и стрел у него при себе был нож. Этот самый ножик я у него, как видите, отобрал.

– Что ты делал в моем лесу? – обратилась Онор к мужчине.

Тот молча опустил голову.

– Ты охотился на оленя или ловил в моей реке рыбу? – настойчиво спрашивала девушка.

– Нет, миледи. Честно вам говорю, ничего плохого в ваших владениях я не делал.

– Этого не может быть! Ты вторгся на мою территорию, и это уже плохо. Скажи, с какой целью ты оказался в лесу?

Мужчина не ответил. Бартоломью ткнул его рукояткой ножа между ребер. Пленник вскрикнул и упал на колени.

– Я не браконьерствовал и ничего не собирался у вас украсть! – прокричал он. – Перед мировым судьей я всегда был чист. Правда! Клянусь Богом, я не преступник!

– В таком случае скажи мне правду, – теряя терпение, потребовала Онор. – Ответь на мой вопрос. Ничего плохого я тебе не сделаю. Что ты делал на моей земле?