Влюбленные недруги - Памела Кент

Не успела Каприсия прийти в себя от пережитого испуга, только зачастивший пульс начал успокаиваться, как вновь послышался звук автомобильного мотора. Если это действительно автомобиль, его фары совсем не видны в тумане, она стоит в стороне от дороги, значит, машина может проехать мимо и водитель ничего не заметит! Вот это ее добьет — каково знать, что ты потеряна на бескрайней равнине, никто из проезжающих не сможет тебя найти, помочь тебе, и ты обречена оставаться на этом месте до восхода солнца, превратившаяся в ледышку, с заиндевевшими волосами.

Каприсия напряженно вслушивалась в становившийся все более отчетливым шум приближавшегося автомобиля, который нарушал гнетущую тишину, давившую на нее со всех сторон. Она не осмеливалась сделать и шагу в сторону от своей машины, боясь потерять ее из виду — на расстоянии фута видимость уже кончалась. Если бы это случилось, ее положение стало бы совсем невыносимым.

Так она стояла в неподвижности и ждала, затаив дыхание, пока непроглядный мрак, окружавший ее, не разорвали два расплывчатых желтоватых пятна, напоминающих сливки на молоке. Когда эта неясная желтизна превратилась в яркие оранжевые круги, Каприсия испытала такое облегчение, что окончательно лишилась сил и не могла бы промолвить ни слова, даже если бы от этого зависело все на свете.

Автомобиль — к этому моменту стало понятно, что он был большим и мощным, — медленно подъезжал к ней, словно водитель разыскивал кого-то в этой пустыне. Но, видимо, он просто принимал меры предосторожности в таком густом тумане. Ноги Каприсии приросли к земле, и, стоя в теплом оранжевом свете фар, она готова была плакать от радости.

Когда машина остановилась рядом и водитель окликнул ее, выглянув в окно, она почувствовала такое громадное облегчение, какое ей еще не доводилось испытывать прежде. Он же, казалось, вовсе не удивился, найдя ее здесь.

— Лучше вам сесть в машину, — сказал он, открывая дверцу. — Вы, наверное, немного замерзли, если уже стоите здесь давно.

Не отвечая, она на ощупь обошла автомобиль и опустилась на сиденье рядом с водителем. Каприсия действительно не могла выговорить ни слова. Радость от того, что ее наконец нашли, сжимала горло, и ей хотелось лишь тоненько и жалобно скулить, как делают продрогшие животные, когда их впускают в теплый дом. Готовая расплакаться, она уже несколько раз шмыгнула носом, и Винтертон протянул ей чистый платок, чтобы она могла вытереть лицо, достав его из жилетного кармана.

— Вы выглядите так, словно искупались в утином пруду, — отметил он, критически оглядев ее, настолько лишенным всякого сострадания голосом, что она не смогла удержаться, и ее плач перешел в слегка истерический смех.

— Сэр Галахэд! — воскликнула она. — Это правильно, что вы путешествуете не на белом коне! Белый конь вам совсем не к лицу.

— И вам было бы далеко не так уютно, как сейчас, в машине, — напомнил он. — Так сколько же вы прождали здесь, на этой дороге? — спросил он почти сердито, и в этом вопросе наконец прозвучало некоторое грубоватое сочувствие.

— О… целую вечность, — пробормотала она неопределенно.

Он посмотрел на часы.

— Ну тут вы немного преувеличиваете — я выехал из Лондона лишь на полчаса позже вас. Механик из гаража, где вы в первый раз остановились, сказал мне, что ваша машина совсем недавно тронулась дальше, но он сомневался, уедет ли она далеко. И я понадеялся быстро догнать вас, но после того как справился у второго механика… Я сделал ошибку, держась сзади вас большую часть пути. Когда вы съехали с дороги и потерялись, я чуть не потерялся сам. Честно говоря, только благодаря чистой случайности мне удалось снова найти дорогу, и также счастливая случайность помогла мне разыскать вас. А то я уже начал думать, что вы с вашей машиной растворились в воздухе… или вас похитили эльфы, которые обитают на этих холмах…

— О, не надо! — воскликнула она, вздрагивая. Он успокаивающе похлопал ее по руке.

— Вы просто переволновались. Она кивнула:

— Мне было по-настоящему страшно. При свете лампочек, освещавших салон, он увидел, как она измучена. Лицо ее осунулось, по щекам с мокрых волос все еще стекали струйки воды. Она казалась совсем маленькой, несчастной и не переставала дрожать от холода. Он озабоченно потрогал ее руки и лицо, они были холодными. Он быстро снял пальто и обернул вокруг нее, затем стянул коврик с заднего сиденья и тоже накинул сверху.

Она, стуча зубами, пыталась возразить, но он не стал слушать.

— Не глупите. Мне тепло, а вы промерзли насквозь. Если вы не схватите простуду после такого приключения, я буду очень удивлен. Закутайтесь потеплее, а я постараюсь снова выехать на дорогу — не сидеть же нам здесь всю ночь! Надо быстрее добраться до какой-нибудь гостиницы и подкрепиться хорошим ужином. Думаю, вы не откажетесь перекусить, не так ли?

Она посмотрела на него с благодарностью.

— Не откажусь, — произнесла она осипшим голосом. — Но еще больше мне хотелось бы выпить чего-нибудь горячего.

— Вы скоро сможете это сделать — подогретый виски с лимоном или молоко с ромом, на выбор, — пообещал он. Наклоняясь к лобовому стеклу, он всматривался в расстилавшуюся впереди мглу и, к счастью, обнаружил, что туман понемногу начинает редеть.

— Лучше просто чашку горячего чая, — пробормотала Каприсия.

Он негромко рассмеялся.

— Скоро, уже скоро, все что захотите…

В конце концов они выехали из тумана, и через некоторое время остановились у ярко освещенной загородной гостиницы. Когда Каприсия, считая себя затерянной посредине глухой пустыни, надеялась только на чудо и ждала помощи, она могла бы поклясться, что любая цивилизация — с ее горячими напитками, жарким огнем в камине, уютом и сочувственными человеческими лицами — находится неизмеримо далеко. А рай оказался от нее всего лишь в миле. Даже не верилось.

Там, в тумане, время как будто остановилось, и она все еще пребывала в другом измерении.

Когда Винтертон привел ее в гостиницу, Каприсия сильно подозревала, что напоминает огородное пугало, и чрезвычайно обрадовалась знакомству Винтертона с хозяином. В ее распоряжение была немедленно предоставлена комната, где она могла немного привести себя в порядок, и ванная. Каприсия, если бы пожелала, имела возможность тут же принять горячую ванну.

Но ей не хотелось заставлять Винтертона долго ждать в обеденном зале, где он пообещал занять столик, и она поспешила присоединиться к нему, выпив только чашку чаю, который принесли ей в комнату, вытерев волосы полотенцем, и успев немного подкраситься.

Винтертон ходил взад и вперед по холлу, освещенному ярко пылавшим камином, и в задумчивости курил. Увидев, что она спускается по лестнице, он машинально погасил сигарету и посмотрел на нее с улыбкой.

— Ну вот, совсем другое дело, — одобрительно кивнул он. — Теперь вы больше похожи на мисс Каприсию Воган, знакомую мне хозяйку поместья Ферринфилд.

Она порывисто протянула ему руку.