Слепой огонь - Галина Божкова

Ему с удовольствием и подробно отвечали:

– Ну конечно, бог, как ты знаешь, сильнее дьявола! Намного сильнее! Значит, Он, само собой, сильнее чёртовых прислужников. Вот ты же сильнее какого-нито крестьянина, подчинённого тебе? Верно? И с Господом нашим так же. Ничто не делается без воли его, – монах, пряча усмешку, поучительно поднял грязный палец перед носом лежащего рыцаря.

Пожилой, округлившийся не только в талии, рыцарь из свиты короля Гордона Лекса почтенный сэр Кристофер следовал в собственной телеге, ведя теософские беседы с бродячим монахом. Собеседник ему попался интересный и столь же вольный в суждениях, как и сам рыцарь. По крайней мере, сэр рыцарь так считал. Дорога предстояла дальняя, и теперь сэр Кристофер нисколько не жалел, что взял в деревне попутчика. С разговором и приятелем дорога сокращается, это все знают.

– Многие люди даже не осознают суть христианского учения, – продолжал монах. – Вот, например, я спрашиваю смерда-прихожанина, в кого он верит, он мне отвечает: «В бога!» И всё! В благостного всемогущего и чадолюбивого Бога!

– Ну… А что не так? – заинтересовался рыцарь странному повороту разговора. Он и сам так бы ответил, но сравнивать себя с простым прихожанином – ну уж нет! Он намного умнее и образованнее, что и пытается всем доказать.

– Вера наша, единственно правая и справедливая, состоит из веры в Бога, дьявола, в святость и грех, в приспешников диавола и ангелов божиих! И ещё в райское блаженство и адские муки! Если веришь, то веришь во всё святое писание, и в то, что говорят слуги Господа нашего. Только слуги господни могут правильно толковать книги святые. И отпущение грехов только они могут, святостью своей приближаясь к Нему ближе, чем постоянно грешащие простые люди.

– Надо же, ведь верно! Вот знал, а не понимал! Вовремя мы встретились! – сэр рыцарь ещё раз оценил свою предусмотрительность.

Солнце озолотило край небосвода, когда извилистая, словно ползущая змея, дорога завела небольшой отряд с продовольствием и другими припасами для королевского войска в старый сосновый лес.

– Посматривайте там! – грозно приказал рыцарь сопровождающим.

– Проедем ещё немного, здесь недалеко большая поляна, ручей, много сушняка для костра, – ненавязчиво посоветовал монах. – Я часто тут останавливаюсь, когда прихожу в здешние края.

– Что скажешь, Вальтер? – спросил совета рыцарь у старшего в отряде воина из рейнских немцев, которые постоянно служили наёмниками при королевском войске.

– Да, здесь часто останавливаются торговцы. Вот только… – немец покачал головой, накрытой низким стальным шлемом.

– Что? – недовольно спросил сэр Кристофер.

– Последнее время в окрестных деревнях нехорошие слухи идут об этом лесе. Будто звери здесь какие-то не такие.

– Что за глупости! Какие не такие? – Поморщился рыцарь.

– Да вроде видели, как стаей ходят…

– Вот глупость! – засмеялся сэр Кристофер. – Эка невидаль!

– Невидаль… – нахмурился Вальтер. – Вот только звери-то все разные! Да ещё друг на друге ездят!

– Ну?! На это стоило бы посмотреть! Какую только ерунду не пересказывают эти глупые крестьяне!

– Полностью с Вами согласен, сэр Кристофер, – монах вздохнул, сокрушаясь. – Тёмен народ наш, тёмен.

– Не тёмен, а глуп невероятно! – На этот раз не согласился рыцарь. – Иной раз втолковываешь дураку, а он стоит, глазами хлопает, ну прямо как мой осёл, которого я привёз из крестового похода.

– Так Вы воевали в Святой земле?! – восхищению монаха не было предела.

– В молодости… – и сэр Кристофер занялся своим любимым делом – восхвалением собственных подвигов в Святой земле и за её пределами. Упомянутый ранее осёл брёл в хвосте отряда, привязанный к последней телеге.

Монах в серой рясе не давал остыть беседе; поддакивал, охал, даже хватался за сердце или осенял себя крестным знамением в особо героических местах повествования. И вообще всячески выказывал своё полнейшее уважение к рыцарю-крестоносцу.

Ночной дозор не дремал. Да разве уснёшь под такие разговоры?! По остывающей земле проползал туман, а холодок страха заползал в души троих неспящих.

– А однажды на чёрном-чёрном коне выехал из леса волк! А из пасти его – белая пена, и глаза будто огнём пылают! Схватил он эту нечестивицу-цыганку и унёс прочь. А как она визжала! Люди говорят, красавица была, но воровка…

– Значит, грешница! Вот её нечистая и унесла. Других-то никого не тронул этот оборотень?

– Нет. Другие попрятались.

– Так чего тебе боятся, Люк? Если что и мы попрячемся…

– Ты на исповеди давно был? – неуверенным голосом поинтересовался один из сидящих у костра стражников.

Другой стал торопливо озираться и креститься:

– Когда бы мне? Вторую неделю по деревням ездим…

– А толку? Везде разор, запустение… Много ли мы набрали припасов?

Их разговор прервало гулкое уханье филина. Огромные пылающие глаза показались из-за деревьев и в полной тишине поплыли вокруг поляны.

– А-а… – вмиг севшим голосом захрипел стражник. В ответ появились ещё несколько пар горящих глаз. Остро завоняло палёной шерстью.

– А-а-а!!! – прорезался голос другого стражника. Его крик подхватили перепуганное ржание лошадей, вой волков и каких-то других, но явно не менее страшных зверюг.

– К оружию!!! – дуэтом кричали сэр Кристофер и Вальтер, пытаясь хоть как-то остановить панику в рядах бывших крестьян, а теперь почти неустрашимых воинов, которые бросились врассыпную по всем кустам, а некоторые даже пытались влезть на деревья. Видимо, чтобы из засады атаковать неведомого врага. Правда, оружие их осталось у костра…

– Трусы! Ко мне! – не унимался сэр Кристофер, размахивая мечом около телеги. – Всех перерублю! Хоть дьявола, хоть чертей его! С нами святой крест! Пропади, нечистая!

Странно, но его пламенная речь никого не вернула на страшную поляну.

Между тем, всё вокруг героически стоящих на месте престарелого рыцаря и его верного оруженосца заволокло густым и вонючим дымом. Раздалось жуткое замогильное пение, которое вдруг стало удаляться. Вскоре дым рассеялся и пение смолкло. Рыцарь перестал ругаться и проклинать жителей преисподней, гордо выпрямился и изрёк:

– Вот что вера истинная творит! Я служил Господу мечом и телом, теперь он защитил меня, своего верного слугу, изгнав исчадий ада! Где же священник? Святой отец! – закричал он.

Но ответа своему призыву сэр Кристофер так и не дождался. Даже трупа священника никто не нашёл, когда дым окончательно рассеялся, так же, как и всех повозок, и лошадей, и продовольствия, и осла, и даже доспехов славного рыцаря…

– Тёмен наш народ, тёмен… – смеялся одетый монахом седовласый Рубен, восседая на телеге сэра Кристофера. Он правил конягой, спокойно потряхивая вожжами. Утро застало маленький отряд недалеко от временного лагеря в глубине леса.