Разбуди этот дикий огонь - Робин Грейди

Она замерла, потрясенная услышанным, однако взяла себя в руки.

– То есть ты хочешь подбросить дров? Или намереваешься вскружить мне голову, чтобы подчинить своей воле, и я молчала в тряпочку?

– Какая чушь.

– Может быть, я окончательно выжила из ума.

– Если мы продолжим в таком духе, ничего не добьемся.

– Вот именно, Джек. Между нами все кончено.

Анжелика отправила ему еще одно сообщение о встрече с ней в ресторане «Ласситер гриль». Джек высадил Аманду у ее дома, всячески пытаясь справиться с растущим беспокойством.

Ресторан выбран неспроста. Это могло означать только одно: Анжелика помирилась со сводным братом. Дилану отчим оставил контрольный пакет акций сети ресторанов, где делали отменный гриль. Один из них находился здесь, в Лос-Анджелесе.

Джек хотел выслушать ее. И если у нее появились какие-либо сомнения или она хотела сдаться, он намерен отговорить ее.

Таксист высадил его. Джек оставил огромные чаевые. В ресторане, являвшемся образчиком милого деревенского стиля, он сразу же заприметил Анжелику за столиком неподалеку от камина. Она с обреченным видом глядела в кофейную чашку.

– Привет, Анжелика.

Джек сел напротив. Она подняла глаза. Выражение ее лица было напряженным.

– О чем ты только думал?

– Ты говоришь об Аманде Стивенс?

– Компания и, в частности, фонд и без того сильно пострадали от перетягивания каната. Зачем было спать с этой женщиной?

– Я не планировал. По крайней мере, не предполагал, что могут возникнуть такие последствия.

Она выпрямилась в кресле:

– Я звонила Логану. Ему совершенно нечего было мне сказать.

И что теперь делать? Встать в угол?

– Я взрослый человек и не нуждаюсь в разрешении.

– Нуждаешься, если ситуация хоть как-то связана с моим именем. Я не думала, что ты попытаешься перетянуть Аманду на нашу сторону.

– Даже не пытался.

– То есть ты просто так решил приударить за ней?

Он сжал зубы так сильно, что заболела челюсть.

– Аманда Стивенс действительно мне нравится.

– Какая досада, ведь ты только что разнес ее в пух и прах.

Все не так уж плохо, хотя Джек не понимал, зачем берет всю вину на себя.

– К твоему сведению, Аманда – совершеннолетняя, и я ни к чему ее не принуждал.

– Она тебе не пара. – Гнев Анжелики не знал границ. – Вряд ли найдется кто-то, равный тебе в…

Пора повернуть беседу в правильное русло.

– Зачем ты хотела встретиться со мной?

– Я хочу, в смысле, действительно хочу…

– Отказаться от законного наследства?

– Я хочу, чтобы все снова стало как было.

– Но мы не можем остановиться теперь. Только вперед. Справедливость на нашей стороне.

– Веришь ли ты в то, что сейчас сказал?

Вот так новости. Но, принимая во внимание…

– Это долгое сражение. Но есть то, за что действительно нужно бороться, как бы трудно ни было.

– Удалось ли Аманде Стивенс добраться до тебя? Я сижу и думаю, что ты использовал ее, но мне интересно.

– Влияет ли она на меня? Знаешь, на самом деле да. Она особенная женщина с большим сердцем, и это не последнее из ее достоинств. Но это ничего не меняет. Анжелика, задумайся. Мы сделаем так, что тебе больше не придется жить с ярлыком униженной наследницы Грегори Ласситера.

Ее глаза заблестели от слез.

– Ты не такая, как Грегори. Ты сильнее. И тебе нужно время, чтобы набраться сил, а я буду стоять на страже.

– Джек, ты даже не представляешь, каково это – делать подобный выбор.

Да, он действительно был счастливчиком. Ему выбора не предоставили.

Когда Логан сообщил, какую роль ему предстояло сыграть в этой драме, Джек действительно хотел отказаться. Но друг остается другом, дружба для него не имеет срока давности. Таким образом, он согласился соблюсти специальную оговорку в завещании, касавшуюся исключительно его и Анжелики. С того дня он все больше приближался к окончательному поединку с Эваном и всеми, кто его поддерживал. Джек считал победу единственно возможным исходом. Но теперь ему не хотелось, чтобы в ходе этих разбирательств пострадала Аман-да Стивенс.

Анжелика отменила пресс-конференцию и, когда Джек оставил ее, пребывала в лучшем состоянии духа. Однако он не питал иллюзий относительно безоблачного будущего. Анжелика образованная и умная женщина, однако Джек не сомневался, что без его вмешательства она бы приняла условия завещания.

Он снова заказал такси, первой мыслью было заскочить в офис. По правде говоря, ему хотелось порыбачить на озере в тишине.

Время, проведенное с Амандой, было богатым на события, тем не менее вероятность того, что им удастся возродить былую страсть, ничтожна. Джек вспоминал, когда последний раз был с женщиной. Пресса приписывала ему распутство в прошлом. Если мужчина привлекателен и не женат, естественно, он не станет домоседом с пятью кошками. Тем не менее его успехи на любовном поприще чрезмерно приукрашены. К тому же не каждый день встречаешь Аманду Стивенс.

Она прекрасно подходит ему во всех отношениях, в том числе даже своим раздражающим упрямством. А когда они занимались любовью, она была дикой, соблазнительной и невероятно щедрой. Временами ей удавалось полностью истощить его. Она всегда вдохновляла его.

Но у него серьезные причины сомневаться в том, что она когда-либо захочет снова увидеть его.

Джек размышлял над тем, чтобы попросить водителя изменить маршрут и отвезти его домой, когда ожил мобильный телефон. Только бы не Анжелика. Может, Аманда? Нет.

Дэвид Болдуин. Опять.

«Все еще рассчитывает увидеться с тобой сегодня. С лучшими пожеланиями, Дэйв».

Джек сочувствовал ему, тот нуждался в помощи. Но это даже не рассматривалось, хотя что-то можно предпринять. Ему нужно чем-то занять оставшиеся полдня.

Таксист высадил его перед офисом «Лодки Болдуина». Вывеска исчезла с фронтона главного здания. Во дворе не было ни души. Джек сверился с часами. Он приехал после закрытия.

Приблизившись к входу, он испытал необычное покалывание на коже. Это отнимет у него пять минут, он скажет Болдуину, что сделка по-прежнему обсуждается, кроме того, он также намерен принять предложение. Аманда права. Сколько денег нужно одному человеку? Однажды Дэйв упомянул о том, что у него шестеро детей. Шестеро. Жуть. Четыре мальчика, две девочки. Каково это – расти в доме, полном братьев и сестер? Шумно. Страшно. Зато не одиноко.

Секретарша заметила его и тотчас вскочила: