Дед - Юлия Резник

— Только вас?! Держи карман шире! Это мой ребенок. Мой! Мои плоть и кровь. Если ты думаешь, что заимел хоть какое-то право на нее, трахнув…

— Андрей!

— Папа!

— Не смейте, — тихий голос Деда.

Андрей замолкает на полуслове. Не от слов этого козла, который продолжает настырно сжимать ладошку дочери… А от «убитого» взгляда последней.

— Лен, маленькая, поехали домой, а? Я чуть с ума не сошел, когда маячки сработали. Что уж только не передумал за это время. Я и мама…

— Я никуда не поеду. Мое место здесь. Рядом с любимым мужчиной.

— Это он-то — любимый? — издевательски вздернул бровь отец.

— Андрей! — в который раз за вечер одернула мужа Ольга.

— Нет, я должен был это предвидеть. Тебя вечно на всяких убогих тянет. Всем помочь, всех спасти… Только он тебя, в случае чего, не спасет. У него проблемы с этим, да? — Переводит прожигающий взгляд на Деда, а тот буквально каменеет. Не обращая на это никакого внимания, Андрей продолжает. — Ты же даже своего ребенка не уберег, так что ж ты к моему руки протянул? Как посмел только?!

— Замолчи! — звонкий, дрожащий голос Лены разрывает пространство. — Как ТЫ смеешь такое говорить?! Кто давал тебе право судить, кого бы то ни было? Меня… Гришу? Ты свят?!

— Так, — вмешивается в ситуацию Ольга, — нам нужно всем успокоиться. Григорий, вы извините, что мы так… Бесцеремонно, — жесткий взгляд в сторону заведенного мужа. — Леночка, солнышко, вы с Гришей приготовьте нам что-нибудь выпить, а мы с папой пока выйдем на минуточку, — добавляет Ольга.

— Так рано же ещё… Пить, — изумляется девушка.

Гриша обменивается взглядом со своим неожиданным союзником — мамой Принцессы, и понятливо кивает головой, мягко подталкивая девушку ко входу в кухню.

— Пойдём, Лен. Пусть родители… Поговорят.

Ольга бросает разгневанный взгляд на мужа и выходит из дома. Покосившись вслед удаляющейся парочке, Андрей, как привязанный, следует за женой.

— Ты как с дочерью разговариваешь? — звучит требовательный вопрос Ольги.

— Она спит с ним! Ты что, не поняла?! Весь дом пропах сексом… А она? В халатике этом…

— И что?

— Как что?! Она спит с этим мужиком! Да он твой ровесник, если хочешь знать!

— Ты с каких пор таким ханжой стал? Она любит этого мужчину. Девочка вообще впервые влюбилась. Как ты мог её в этом упрекнуть? А твои слова о гибели ребёнка Григория?!

— Он его не уберёг! — не сдаётся Андрей, хотя и понимает, что действительно затронул непозволительную тему.

— А ты можешь гарантировать, что защитишь своего ребёнка от всего?! Когда ты стал Богом?!

— Черте что! — резюмирует Андрей, отворачиваясь.

— Я тебя не узнаю, — шепчет Ольга.

— Оль…

— Ты же знаешь, какая она… Как ты мог её обидеть?

— Оль, — шепчет Андрей, утыкаясь носом в волосы любимой, — я ей счастья хочу. У Плюшкиных ног весь мир…

— А ей нужен только он. Разве тебе это не знакомо? — поднимает на мужа глаза Ольга.

— Знакомо, — выдыхает мужчина, — только он же… Ну… Не нашего круга, и… Старый он, Оль!

— Ты же сказал, что он мой ровесник. Так что, ты и меня старой считаешь?! — возмущается Ольга, с истинно женской мудростью поворачивая ситуацию в нужном направлении. — Может, там уже и молодуха на горизонте есть?!

Андрей смотрит на жену изумленно, не понимая, как их разговор вообще до такого докатился:

— Ты чего, Оль? Какая молодуха?!

— Которая придёт на смену такой старухе, как я!

— Ты — не старуха.

— Значит, и Григорий не старый.

— Блин!

Уела его таки жена. И не поспоришь. Удивительное дело — мягкая и покладистая Ольга иногда бывала такой занозой!

— Андрюш, ну пусть они сами разберутся, а? Ну, он же не такой плохой. А если бы она привела гота или эмо? Или мальчика-девочку какого-нибудь? Наркомана?! Сам знаешь, что таких полно в их среде.

— Какого гота? Какого эму? — всполошился Андрей.

— Эму — это страус! — смеется Ольга. — А эмо — это… Ну, знаешь, такие, с розовыми волосами и черным макияжем. А ещё они умереть все время хотят.

Андрей смотрит на веселящуюся жену и не может не улыбнуться в ответ.

— А что она нормального парня приведёт, ты мысли не допускаешь?

— Любимый, да пойми же… Тебе любой её парень покажется недостаточно хорошим. Потому что дело не в нем, а в тебе. Не готов ты к тому, что в Плюшкиной жизни появится ещё один мужчина, которого она будет любить.

— Думаешь, она и правда любит этого… Григория?

— Думаю — да.

— Ей всего двадцать два.

Ольга изумленно приподняла брови:

— Мне тебе напомнить, что в этом возрасте у меня уже была трехлетняя дочь?

— Это другое! Я на тебе женился.

— Вот именно. А ведь мне было всего семнадцать, и моей семье ты тоже не то, чтобы нравился, — напомнила Ольга.

Да уж. Пришлось Андрею повоевать за любимую. Но он, как увидел её на школьном выпускном — так и пропал. Конечно, старший на восемь лет начинающий коммерсант не очень впечатлил Ольгиных интеллигентных родителей. Но Андрей уже тогда умел добиваться, чего хотел. И спустя всего три месяца они с любимой поженились.

— Ну, так что? Можем возвращаться? Остыл? — интересуется женщина.

— Нет. Ты мне Плюшку сюда позови, ладно? Я с ней поговорить хочу.

— Орать не будешь? — уточняет Ольга.

— Нет. Извинюсь.

Женщина кивает головой и возвращается в дом. Приходит в просторную кухню и оглядывается по сторонам. Дочь стоит у окна, уткнувшись в грудь своего мужчины. Тот поднимает взгляд на вошедшую в комнату Ольгу.

— Леночка… Там папа с тобой хочет поговорить.

Гриша настораживается, и видя такое дело, Ольга поясняет:

— Вы не переживайте, Григорий. Отец ей не враг.

— Не хочу с ним разговаривать, — отрезает Плюшка, шмыгая носом.

— Так нужно, Лена. Не упрямься. А мы с Гришей пока на стол накроем. Лично мы не завтракали.

Лена нехотя отрывается от любимого и понуро плетется к выходу. Отец застыл на веранде, чуть поодаль топчется охрана.

— Ты что-то хотел?

Андрей поворачивается резко и всматривается в глаза дочери. Когда она успела вырасти? Только вчера заплетал ей косички…

— Хотел. Для начала — чтобы ты не смотрела на меня, как на врага. Я люблю тебя, и хочу лучшего…

— Он лучший для меня.