Беспокойные звезды - Сюзанна Валенти

Зелье вошло глубоко в мою грудь, тепло распространилось под ребрами и послало поток силы в мои вены. Я поднял взгляд на голубое небо, блеск звездного света говорил о звездах, пришедших посмотреть на эту изменяющую мир коронацию. С теплым потоком в груди я почувствовал, как моя судьба выскальзывает из их рук в мою, как будто они передают эстафету. Мой взгляд упал с них на женщину, с которой я сплел свою судьбу, моя прекрасная супруга, сидящая на троне, который ей давно был предназначен, ее зеленые глаза нашли мои, и безмятежная улыбка покоилась на ее губах. Вот она, королева, которую я всегда знал, наконец, на своем законном месте. И ох, как чертовски приятно было видеть ее там.

Я прошел вперед, поклонившись им обоим и поднеся чашу к губам Дарси.

— Пей, моя королева.

Она не сводила с меня глаз, когда сделала то, о чем, я просил, и я произнес слова ритуала, который отмечал ее как королеву с центром Гильдии, связывая ее с двенадцатью, поскольку они были связаны с ней в круге защиты. Затем я протянул чашу Тори, и она пила, пока я произносил слова, которые раз и навсегда отвязали ее судьбу от неба.

— Теперь эта история принадлежит вам, — сказал я им обоим. — Возьмитесь за ручки и направьте нас к нашему счастью.

ГЛАВА 115

ГОД СПУСТЯ

— Нервничаешь? — усмехнулась Тори.

— Нет, — сказала я непринужденно.

— Лгунья, — сказал Габриэль с понимающим взглядом.

— Определенно, — согласилась София.

— Ладно, я на один процент схожу с ума, — призналась я, заламывая руки.

Джеральдин сунула в них букет полевых цветов, всех синих и белых оттенков. Туда поместили незабудки, ирисы, фиалки, ромашки и даже землянику. Это было чересчур, но чего я ожидала, когда Джеральдин взяла на себя организацию свадьбы? Как я могла на самом деле отказать ей, когда она умоляла меня позволить ей и присылала мне рукописное письмо каждый день в течение целой недели подряд, чтобы объяснить, почему она будет идеальным кандидатом, я сказала «да» в первый день, но она не остановилась.

Тори, как моя подружка невесты, тоже активно участвовала в деталях, но когда дело дошло до этого, она отдала бразды правления в руки Джеральдин. Она раз пятьдесят спрашивала о моих любимых цветах, еде, и даже о моих любимых чертовых консистенциях, после чего я сказала ей удивить меня и Лэнса конечным результатом, если она захочет, и она проплакала целых десять минут, а затем сказала, что удивит ее любимые флеймамблы.

Я готовилась к этому дню в своей спальне и недавно приобретенном фермерском доме Ориона, и когда Джеральдин подвела меня к зеркалу, чтобы увидеть весь эффект моего платья, мой пульс участился еще больше. Это было похоже на что-то из сказки: ледяное голубое платье, прошитое кружевом поверх лифа и рукавов с открытыми плечами. Огромная юбка упала в великолепный бассейн ткани, сапфиры мерцали в слое сетки, а кружевные цветы украшали ее. Мои волосы были собраны в свободный пучок шиньон, несколько завитков синих кудрей свисали с моей шеи, а на голове изящно надевалась тиара, вокруг которой были вплетены части моих волос.

— Это… — У меня не было слов, и Тори рванулась вперед в своем темно-синем атласном платье с тонкими бретелями и зауженной талией, заключив меня в одно из своих редких объятий.

— Это прекрасно, — сказала она.

Я крепко сжала ее, мое сердце забилось еще быстрее, когда я повернулась к Софии и тоже обняла ее.

— Вот, — прошептала она, придав моему платью дополнительный блеск силой своего Ордена, и я поблагодарила ее.

Габриэль подошел ближе, его темно-синий пиджак расстегнулся, и сквозь него был виден жилет с серебряными пуговицами. Цвета напомнили мне нашу старую академическую форму, и я не сомневалась, что это было сделано специально.

— Ты выглядишь прекрасно, — сказал Габриэль. — Нам пора идти. Мы опоздали ровно настолько, чтобы Орио сошел с ума. — Он ухмыльнулся, и я обняла его, прежде чем броситься к Джеральдин и тоже обнять ее.

— Спасибо, — сказала я.

— О, все это было проще простого. Мои куколки были веселы, как лунные мухи, окруженные расписаниями, планировщиками и папками, — весело сказала она, и я взяла ее платье, которое соответствовало платью моей сестры и Софии, и слезы навернулись у меня на глазах от того, какая она красивая, и как до боли я была счастлива, что меня окружали все они. Каким-то образом мы дожили до этого дня, битва давно позади, и, несмотря на шрамы в наших сердцах, оставленные войной, я знала, что сегодня будет хороший день. Тот, который мы заслужили после стольких душевных страданий, и, надеюсь, это только начало бесконечного будущего.

Джеральдин издала птеродактильный вопль и использовала свою магию воды, чтобы поймать мои слезы, когда они начали течь, отправляя их в открытое окно на летний воздух, прежде чем они успели испортить мой макияж.

Габриэль достал из кармана мешок со звездной пылью, и Тори сняла защиту. Я знала, куда мы идем. Я сама выбрала это место, но скрыла это от Ориона, и мне было интересно, что он подумал, когда появился там.

Звездная пыль окутала нас своими объятиями, увлекая в водоворот звезд, и их шепот сопровождал нас, пока мы перемещались.

Мы вошли в небольшую комнату со шлейфом синих лепестков, ведущих к двери перед нами. Ограждения на этом месте были сняты, чтобы наши гости могли беспрепятственно прибыть, хотя там было множество королевских стражников, охраняющих это место. Было невозможно чувствовать себя в полной безопасности, куда бы мы ни пошли после столь долгого страха за свою жизнь, но с каждым днем расслабляться становилось немного легче. Каждую ночь перед сном я обследовала местность, как однажды научил меня Габриэль, проверяя, действуют ли защитные чары, прежде чем вернуться в свою кровать, где Орион ждал меня, читающий книгу.

— Готова? — спросила Тори, подойдя с левой стороны и обхватив меня за руку, пока я сжимала букет.

— Готова, — выдохнула я, и Габриэль взял мою другую руку. Я не могла пройти по проходу без них обоих, поэтому настояла на том, чтобы они оба сопровождали меня.

Джеральдин возилась со шлейфом моего платья, а София подошла к ней сзади.

По щелчку пальцев Тори дверь перед нами открылась, и она выпустила заглушающий пузырь, о существовании которого я даже не подозревала, до нас донесся звук арфиста,