Мансарда для влюбленных - Алина Кускова

Оля грустно смотрела на то, как ее подруга собирает чемоданы. Камушкина решила сбежать вместе с Марио Берлусконни, которого выудил из-под своей кровати Феликс Иванович. Сделал он это не преднамеренно, а совершенно случайно. Под своей кроватью мастер хранил старые, но еще пригодные аккумуляторы. За одним из них Феликс Иванович и полез среди бела дня. Уж зачем он ему только понадобился? Марио лежал под кроватью, обнимая жизненно необходимую для мастера деталь, и отдавать ее собирался лишь с собственной жизнью, на которую, как он решил, Феликс Иванович покушается.

Ценой неимоверных ухищрений вернувшейся с работы Пелагеи удалось уговорить Марио отдать аккумулятор и вылезти из-под кровати. Он вылез и убежал, как впоследствии оказалось, в туалет. Но намеревался бежать гораздо дальше. Пока он собирал свои пожитки, Анжелка паковала свои.

– Брать или не брать? – Она покрутила перед Олей легкомысленным сарафаном.

– Не бери, – посоветовала подруга, – тебе же придется скрываться и быть незаметной, а не выпячивать прелести наружу. Мимо такого сарафана ни один нормальный мужчина не пройдет. Обязательно заинтересуется его содержимым.

– Думаешь? – улыбнулась Камушкина и сунула сарафан в походную сумку. – Это для Маришки, – пояснила она, – вдруг его интерес ко мне снизится до нулевой отметки.

– Хорошо бы, – мечтательно произнесла Ольга, – и скорее бы, пока ты не натворила дел.

– Ты никогда по-настоящему не любила! – обиженно заявила Анжелка.

– Никогда, – подтвердила Оля, – и что теперь? Меня за это расстрелять?

– Ты постоянно сводишь разговор к намекам на то, что Марио не долго осталось жить, – всхлипнула та.

– Вообще-то я говорила о себе.

– Ты говоришь и думаешь только о себе! – обвинила Камушкина.

– Ладно, давай поговорим и подумаем о тебе, – согласилась Оля. – Предположим, что вам удастся оторваться от преследователей, хотя, замечу, они совершенно на них не похожи. Скорее всего, это дорвавшиеся до халявной выпивки иностранные алкаши. Где вы остановитесь? Еще в одной глубинке? В Больших Груздях. Но кто сказал вам, что это безопасное от мафии место? Возвращайся с Марио в Москву, устраивай его переводчиком, выходи за него замуж – ассимилируй его. Он станет одним из миллионов москвичей, чуть загорелым, но после зимы это пройдет, чуть темпераментнее, но после совместной жизни с тобой и это пройдет, чуть ненормальным, но это уже никогда не пройдет, зато вы будете одной крепкой сумасшедшей парой. Где легче потеряться? Правильно, в стоге сена. Найти иголку в стоге сена невозможно. По крайней мере, долго придется искать. Где, ты думаешь, прячутся все насильники, грабители и убийцы? Правильно, в нашей столице.

– Нет, Марио не насильник, грабитель, убийца…

– Откуда ты знаешь? Может быть, он четвертовал предводителя Коза-ностра? Сложил его останки в полиэтиленовый пакет и утопил в Средиземном море. Ты же принципиально не смотришь новости.

– Они идут в одно и то же время с моими любимыми сериалами! Начать смотреть?

– Поздно. Тебе уже ничто не поможет. Любовь – вирусное заболевание, оно передается посредством поцелуя. – Ольга задумалась. – Интересно, как он целуется?

– Страстно, пылко, ну еще как-то там, горячо, – ответила Анжелка.

– Я не про твоего недобитого бандита, – возразила Оля, – я про Баланчина.

– Вот! Я говорила! У подруги такое горе, а ты все сводишь к своей собственной особе. Брать или не брать? – Анжела покрутила перед Ольгой белыми шортиками.

– Бери, – ответила та, – как раз под полосатый топик. Когда будешь на карачках лазить по картофельным полям, шортики пригодятся. Нарисуешь на заднице круг с мишенью, чтобы господа мафиози не промахнулись. А ты как думала? Отведешь от любимого человека удар. Примешь, так сказать, огонь на себя. Получишь, так сказать, приключения на задницу.

– Не смешно, – фыркнула Анжелка и отбросила шортики в сторону. – Нужно подумать о продуктах. У нас еще остался шоколад?

– Кто бы спрашивал, – пожала плечами Оля, – возьми сухим пайком.

– Это как? – попалась Анжела.

– Силосом, – довольно ответила подруга. – Пелагея его много заготовила. А что? В твоей последней диете содержалась одна сушеная трава.

– Это пищевые добавки, – простонала Анжелка, возводя глаза к потолку. – Господи! Накажи ее любовью за издевательства над лучшей подругой! Пусть прочувствует на себе. Кстати, о тебе. К Баланчину его Муза приехала, а ты сидишь и мешаешь мне собираться в бега. Я бы на твоем месте торчала под его окнами и подслушивала, о чем они там говорят. Вместо новостей и сериалов. Конечно, будет обидно, если они начнут целоваться и увлекутся процессом. Но для тебя это не катастрофа? Нет? Молодец. В любви, Лялька, главное вовремя остановиться. А то потом пойдут временные трудности, осложненные беременностью. Марио хочет пятерых детишек…

– А ты, Камушкина, чего хочешь ты?!

– Любить своего итальянца.

Против такого аргумента Ольге сказать было нечего, она лишь пожала плечами и помогла подруге закрыть наполненную тряпками спортивную сумку. Анжела хотела было взять чемодан, но после передумала, со спортивной сумкой через плечо легче бегать по полям. А передвигаться им с Марио придется только таким двуножным способом, не ехать же на общественном транспорте. Среди общества наверняка найдется гад, узнавший итальянца, который и сообщит мафиозникам о его передвижениях.

Подвиг подруги Ольга оценила высоко. Декабристка! Даже хуже. Те, по крайней мере, знали, куда ехали за своими мужьями – в Сибирь. Анжелке же придется скитаться черт-те где. Но если она променяла спокойный отдых на берегу моря на дикие приключения в стиле вестернов, то так тому и быть. Ольге ничего не остается делать, как смириться. В любом случае девица она самостоятельная, взрослая, должно же быть в ее голове еще что-то помимо мыслей об итальянце, мозги, к примеру. Ну, на это не стоит надеяться. Влюбленные люди думают не мозгами, а сердцем.

Вернувшаяся с работы Пелагея с заговорческим видом подхватила Анжелкину сумку и закинула ее в кузов грузовика. Сгибаясь в три погибели, в кузов полезла и сама Анжелка. Там, укрытый брезентом, уже сидел Марио со своими скромными пожитками. Вонь от кузова, в котором обычно Пелагея перевозила силос, шла такая, что перебивала все остальные запахи по периметру в полкилометра. Оля усмехнулась, подруга перед этим мучалась сомнениями, каким парфюмом себя полить: с цветочным ароматом или ароматом с нотками сандалового дерева. Получается, сомневалась зря. Нужно было вылить оба пузырька сразу. И не на себя, все равно не перебьет запах силоса, на землю. Вследствие полной непригодности парфюма в сложившейся обстановке.

– Задыхаюсь, – прошептала подруга из кузова.

– Терпи, – также тихо ей ответила Оля, – представь, что это новая разработка французских парфюмеров.