Глупое сердце - Шэрон Кендрик

— Я очень рада, что все так хорошо закончилось для нее, — произнесла Энджи.

— Правда?

— Да. Никто не должен вступать в брак, сомневаясь, правильно ли он делает, — спокойно сказала она и закашляла.

Риккардо прищурился, внимательно посмотрел на нее и заметил, что нос Энджи покраснел, сильно выделяясь на бледном лице.

— Ты в порядке?

— В полном порядке. Я просто… а… а… апчхи!

Он нахмурился:

— Тебе не следовало выходить на работу.

— Это просто простуда.

— Тебе не следовало приходить на работу, — повторил он упрямо.

Она взглянула на него с насмешливым вызовом:

— Разве я могу позволить себе отсутствовать на рабочем месте? Я полагала, что должна отработать все то время, которое мне осталось отработать, иначе могут последовать юридические санкции. Я думала…

— Энджи! — резко оборвал он ее. — Я наговорил тебе все это в порыве злости, а когда у меня появилось время подумать обо всем, я понял, что сделал это напрасно. На самом деле я много чего понял… Но главное — я не хочу, чтобы ты уходила.

«Ну не насмешка ли, что слова, которые я когда-то приняла бы близко к сердцу и хранила бы в своей памяти, больше не волнуют меня, потому что были произнесены слишком поздно? Получается, жизнь человека, — с горечью подумала Энджи, — зависит от того, вовремя ли произошли определенные события или запоздали…»

— Я вел себя неразумно, — добавил Риккардо, поскольку она продолжала молчать.

Энджи каким-то образом умудрилась улыбнуться:

— Значит, ты хочешь, чтобы я осталась…

— А мы не могли бы забыть о том, что все это вообще случилось?

Она взглянула на него. Казалось бы, Риккардо очень умный человек, но иногда бывает таким тупым! Или в нем, как всегда, берет верх его врожденное высокомерие? Он так ничего и не понял…

— Мы можем попытаться, — игриво сказала она. Риккардо лениво улыбнулся:

— Так ты, в конце концов, остаешься?

Повисла пауза. Когда-то она не могла устоять перед силой его взгляда.

— Риккардо, я не могу…

Неожиданно его улыбка исчезла.

— Но почему?..

— Потому что не могу. Не сейчас. Не тогда, когда мы стали любовниками. Мы не сможем вернуться к прежним взаимоотношениям между боссом и секретаршей, которые нас когда-то так устраивали. И ты подыщешь другую секретаршу.

Он сжал пальцы в тугой кулак:

— Я не хочу другой секретарши!

— И тем не менее ты ее найдешь — и все будет отлично. Ты просто не любишь перемен, вот и все. — Странно, но сейчас Энджи чувствовала себя достаточно сильной, если не считать легкой дрожи в коленях да приглушенного звона в голове. — Ссора, которая произошла между нами, тут ни при чем. Я планировала уйти еще до того, как она произошла, и планирую сделать это — независимо ни от чего. Я должна. Разве ты не видишь этого?

— Но почему?.. — Риккардо ничего не понимал.

«Скажи ему! — уговаривала себя Энджи. — Скажи о своих чувствах и о том, что движет тобой, и он убежит с такой скоростью, что только пятки засверкают!»

— Потому что рано или поздно наша любовная интрижка закончится и нам будет невыносимо продолжать и дальше работать вместе…

Не привыкший к таким аргументам, Риккардо, который обычно командовал сам, смотрел на Энджи тяжелым, немигающим взглядом.

— Это вовсе не любовная интрижка, — упрямо возразил он, — поскольку ни один из нас не состоит в браке!

Однако Энджи обратила внимание на то, что Риккардо не стал отрицать, что все закончится. Ну и правда, как он мог отрицать это?

— Тогда как бы ты назвал… это?

Он пожал плечами:

— Ну… отношения?..

Она уловила сомнение в его голосе и, наверное, рассмеялась бы, если бы ей не было так больно.

— Деловые отношения, да, но не более того. Ведь у нас даже никогда не было свиданий!

— Не хочешь ли ты сказать, что хотела бы этого? — ухмыляясь, спросил он. — Начать назначать свидания?

Энджи покачала головой.

— Совершенно не хочу! — печально ответила она.

— Нет? Не представлю, чего бы еще ты могла хотеть? — вкрадчиво произнес Риккардо, поднимая Энджи на ноги и беря в кольцо своих рук. Его губы с жадностью, которую он и не пытался скрывать, прижались к ее губам.

Сквозь туман, который сгущался в ее голове, Энджи почувствовала ответный прилив страстного желания, но отшатнулась от него, пока еще была в состоянии найти в себе силы.

— Ты можешь заразиться от меня, — заявила она и тут снова закашлялась.

Нахмурившись, Риккардо прижал тыльную сторону ладони к ее лбу.

— Да ты вся горишь! Это не просто простуда, — заявил он. — Похоже, что у тебя температура. — Буркнув что-то по-итальянски, он усадил ее на диван, поспешно набрал номер на своем телефоне и произнес: — Si, si, subito[10]. — Потом взял пальто и сумку Энджи. — Пойдем, piccola, — ласково сказал он. — Мы уходим.

Она посмотрела на него как сквозь туман:

— Куда?

— Я отвезу тебя домой. Тебе надо лечь в постель.

— Я не…

— Пожалуйста не спорь со мной, Энджи. Сейчас не время.

Энджи позволила ему помочь ей спуститься и невольно заметила, как любопытные лица повернулись в их сторону, когда они шли через приемную. Сев на заднее сиденье лимузина и чувствуя, что ее пристегивают ремнем безопасности, она смутно осознала, что Марко поехал по очень старой дороге в Стэнхоуп.

И только когда они остановились у очень импозантного старинного здания, а засуетившийся портье приветственно снял фуражку перед Риккардо и нажал кнопку вызова лифта, Энджи поняла, что ее привезли совсем не домой. По крайней мере, не к ней домой.

— Что ты делаешь? — шмыгая носом, тихо спросила она, когда он взял ее под локоть и лифт со скоростью реактивного самолета вознес их наверх. — Я думала, что ты везешь меня домой.

— Ты считаешь, что я могу оставить тебя там, в той ужасной квартирке? Одну? Где о тебе некому позаботиться?

— Мне совсем не нужно, чтобы кто-то заботился обо мне, — упрямо сказала Энджи.

— Нет, нужно!

Тут она прекратила спорить, потому что Риккардо понес ее — понес ее! — в спальню, и у нее закружилась голова. Он положил ее на огромную кровать, а потом ловко раздел, оставив на ней только бюстгальтер и трусики. Заботливо прикрыл простыней, а сам пошел к телефону, чтобы позвонить врачу.

— Не нужно мне никакого врача! — запротестовала Энджи, хотя теперь ее всю била сильная дрожь.