В сетях искушения - Хайди Райс

— Почему ты спрашиваешь? — прошептала я, пытаясь сдержать эмоции, которые грозили заново уничтожить меня.

Я вся встрепенулась, когда увидела его, но потом мои восторженные чувства сменились острой болью, которую он причинил мне.

Теперь я стояла перед ним, совершенно сбитая с толку, и пыталась понять, что происходит. Данте выглядел как сумасшедший, с тяжело вздымающейся грудью и безумным блеском в глазах.

В моей голове кружилось бессчетное количество вопросов по поводу того, что он здесь делал, почему вел себя подобным образом и при чем тут мистер Галанти, но единственным, за который я смогла ухватиться, был тот, который я задавала себе тысячу раз с тех пор, как мы расстались.

Как он мог смотреть на меня с такой тоской, когда с такой легкостью отвергнул меня? Мне понадобилось целых три недели, чтобы убедить себя, что мы расстались не по моей вине. Мне не следовало начинать разговор о его матери, но я не хотела огорчать его. Может, сказанное мною было неуместным, но оно исходило из любви к нему.

— Алекси соблазнил тебя? — Голос Данте вдруг стал на удивление уверенным для человека, который до этого нес околесицу. — Если так, я убью его.

— Хватит, — через силу выдавила я, — хватит спрашивать меня о мистере Галанти. Ты с ума сошел?

— Мистер Галанти? Не Алекси. Слава тебе, Гос поди, — облегченно рассмеялся он. — Значит, ты не спала с ним.

Его глаза опасно зажглись, когда он поднял руку и коснулся пальцем пульсирующей жилки на моей ключице.

— Это чудесная новость, bella. Я горжусь тобой.

Мне стало жарко, и желание принять его ласки, похвалу и покровительство стало почти что невыносимым. Разве не об этом я мечтала с того самого вечера, как мы расстались? Что он вернется и скажет, что я по‑прежнему дорога для него и что он хочет, чтобы мы снова были вместе. И что он не собирался причинять мне столько боли. Но ярость, закипавшая во мне, оказалась сильнее возбуждения. Когда Данте давал мне отставку, он вел себя грубо и неоправданно жестоко, и теперь мне отчаянно захотелось причинить ему такую же боль. Я резко ударила его по руке, достаточно сильно, чтобы он охнул.

— Не прикасайся ко мне! — завопила я. — Как ты смеешь спрашивать меня о моей личной жизни? Ты… — Я так разозлилась, что не могла говорить. — У тебя нет никакого права.

— Нет, есть, — возразил он, но я видела, что мой отпор поверг его в шок, почти так же, как и меня саму. — Ты работаешь на меня, — добавил Данте, но как‑то неуверенно. — И я был твоим первым мужчиной. Я пытаюсь защитить тебя. Алекси — известный гуляка. Он использует женщин, а потом бросает их, он…

— Мистер Галанти тут ни при чем, — перебила его я, наконец подобрав слова, которые мне следовало найти три недели назад. — И не смей снова попрекать меня моей девственностью. Теперь я не такая невинная, как раньше. И если ты хотел защитить меня, Данте, почему же не защитил от самого себя? — Я вытерла слезы, текущие по моим щекам, но я больше не стыдилась их и не боялась показывать свою слабость.

— Bella, пожалуйста, не плачь, — мучительно прошептал он и снова потянулся ко мне. Но я отступила назад.

— Нет, — решительно заявила я, хотя мое сердце разрывалось от боли. — Данте, ты бросил меня. Так что у тебя нет никакого права три недели спустя врываться в мою жизнь и указывать, с кем мне спать. И у тебя нет права называть меня «bella», прикасаться ко мне, словно я твоя собственность, и смотреть на меня так, будто я тебе небезразлична, хотя мы оба знаем, что это не так. Ты сделал мне больно. Знаю, наши отношения длились всего пять дней, и я слишком бурно реагировала, возможно, слишком романтизировала нашу связь. Но мои чувства были настоящими. Я влюбилась в тебя, и ты знал это… И все равно обошелся со мной как с пустым местом.

— Ты была невинной. Я порвал с тобой, чтобы защитить тебя. — По тому, с каким надрывом прозвучали его слова, можно было подумать, что он верил в то, что говорил. И это заставляло меня страдать еще сильнее.

— Неправда. Ты защищал себя, — отрезала я и обхватила себя руками, потому что меня так трясло, что я боялась развалиться на части. — Данте, не знаю, что такого сделала тебе твоя мать, но надеюсь, однажды ты сумеешь справиться с этим.

Я направилась к двери, чтобы убраться отсюда, подальше от него. Зря я согласилась на эту работу. Я приняла его предложение, руководствуясь неправильными мотивами. Я хотела иметь возможность снова увидеть его, быть неподалеку, даже если он потерял интерес ко мне. Мне хотелось впечатлить его своими способностями, заслужить его одобрение. Он был моим первым любовником и моей первой любовью — и он был неотразимым мужчиной. Но этот человек использовал меня, и мне давно следовало оградить себя от него и от влияния, которое он оказывал на меня.

— Куда ты собралась? — требовательно спросил Данте. — Ты все еще работаешь на меня.

— Уже нет. Я увольняюсь.