Липовый мед - Галина Милоградская

— Александр, готовь машину, едем в город. — Костя вновь отложил было телефон, но он завибрировал, и на экране всплыл чат, в котором он закидывал Алису сообщениями и ни на одно из которых она так и не ответила.

Самолёт через час. Тебе привезти магнитик?

Улыбка сама собой появилась на лице, Костя покачал головой и набрал:

Привези мне себя.

Некоторое время Алиса набирала сообщение, и он заинтересованно следил за тем, как ползут точки по экрану. Но, спустя полминуты, на экране появилось одно только слово:

Хорошо.

Чувства захватывали, оглушали настолько, что Костя действительно не мог думать ни о чём больше, кроме Алисы. Всю дорогу до дома Игната он смотрел в окно и улыбался, изредка прикусывая костяшку пальца. Работа, удовлетворение от новых побед, проекты и амбиции — всё отступило на второй план, затмеваясь её улыбкой и блеском глаз. И это чувство не шло ни в какое сравнение с тем, прежним, бывшим когда-то. Более глубокое, осознанное, необъятное — сейчас Косте казалось, что он может обнять весь мир.

Машина остановилась у бывшей фабрики, давно переделанной в несколько просторных лофтов. Квартира Игната занимала почти весь четвёртый этаж пятиэтажного здания и состояла из спальни, ванной комнаты и огромного пространства, поделенного на зоны. Кирпичные стены, большой диван, серые фасады кухни и гранит столешницы и стол — Игнат любил минимализм, но минимализм дорогой. Сдержанность и стиль, которые можно получить только за большие деньги. Мотоцикл стоял тут же, прямо у входа в лифт, которых в этом доме было несколько — по одному в каждую квартиру.

— Ну что, спортсмен? — с порога крикнул Костя, оглядываясь и замечая пустые тренажёры в углу. — Ты где?

— Ты обещал, что приедешь через час, — капризно протянул Игнат, выходя из ванной, обёрнутый полотенцем.

— Прости, милый, я успел быстрее. — Костя томно вздохнул но, не выдержав, громко расхохотался.

— Давно я тебя таким не видел… — Игнат прищурился. — Довольным что ли? Нет, не то… Ты как будто светишься изнутри. — Обойдя Костю, он остановился за его спиной и осторожно ткнул пальцем в плечо. — Знаешь, мне кажется, ты что-то скрываешь от меня. Не представляю, как ты смог так быстро запасть на Баринову и так влипнуть.

— Может, оденешься для начала? — Костя обернулся и окинул демонстративным взглядом обнажённый торс.

— Я тебя смущаю? — Игнат заиграл бровями и повёл плечом.

— Вести разговоры с голыми мужчинами у меня получается хуже, чем с голыми женщинами.

— Вот так всегда! — театрально вскинув руки, Игнат скрылся-таки в гардеробной и вышел спустя пару минут, в джинсах и расстёгнутой рубашке. — Теперь я услышу, наконец, душещипательную историю любви?

К тому времени Костя успел достать из винного шкафа бутылку виски и теперь разливал его по стаканам. Игнат уселся на высокий барный стул и облокотился о стол, пристально следя за движениями его рук.

— Мы были знакомы, — заговорил Костя, протягивая стакан. — Пятнадцать лет назад.

Игнат тихо присвистнул.

— Жили в одном городе, встречались…

Костя рассказывал и сам заново переживал то время, вспоминая моменты, о которых, полагал, давным-давно забыл. Впервые в голове промелькнула мысль о том, что надо было вернуться за ней. Через год, два, пять — вернуться, забрать и никуда от себя не отпускать.

— Так и что теперь? — спросил Игнат, когда Костя замолчал.

— Не знаю. Но больше не хочу её отпускать.

— Жениться решил? Серьёзно?

— Почему нет? — Костя задумчиво улыбнулся. — Не ты ли мне говорил, что давно пора?

— Не думал, что это произойдёт так быстро. И что, думаешь, это она и есть, одна и на всю жизнь?

— Почти на сто процентов в этом уверен.

— Послушай, но у Бариновой, насколько я помню, есть ребёнок.

— Да, дочь вроде бы, от первого брака. — Костя нахмурился — возраста ребёнка в досье указано не было, а после он и вовсе думать забыл о наличии дочери у Алисы. Сколько же ей на самом деле лет? А что, если она совсем маленькая? Дети для Кости всегда казались чем-то абстрактным, непонятным и далёким. Впрочем, мысль о том, что надо будет воспитывать чужого ребёнка, не пугала. Всё же, прежде всего, это была дочь Алисы, а уже потом — какого-то мужчины.

— Так надо с ней познакомиться, узнать ближе. Знаешь — новый папа в семье, все дела…

— Слушай, — нервно рассмеялся Костя. — Мы не завтра бежим в ЗАГС, спешить некуда, времени на знакомство будет ещё достаточно. Для начала нам бы между собой разобраться.

— А что разбираться-то? Или у вас опять ничего не было? И вообще, почему ты сейчас сидишь и пьёшь у меня, а не лежишь в постели с ней?

— Алиса улетела в Испанию до конца недели. Что-то, связанное с делами Дергачёва. — Костя покрутил стакан в руке. — Но после вчерашнего свидания у нас всё явно сдвинулось с мёртвой точки, за что, — он отсалютовал стаканом, — огромное тебе, человеческое спасибо!

— Ну надо же, — хмыкнул Игнат. — У меня, видимо, талант объединять влюблённые сердца. А точнее, ваши с Бариновой. Может, возьмёшь Купидоном на полставки?

— Ты мне лучше, Купидон, скажи, что там у тебя с Таней. Она на тебя вчера как кошка смотрела.

— Правда? — излишне поспешно откликнулся Игнат, но тут же широко улыбнулся, сверкнув чёрными глазами. — Мы вчера целовались. И только.

— И кто-то ещё говорит о влюблённости? — Костя покачал головой. — Посмотри на нас: сидим и обсуждаем свидание, как две девицы на выданье.

— Ну, женихи-то мы с тобой завидные, — подбоченился Игнат. — Но я пока так далеко не заглядываю. Она мне нравится, и даже очень. Но любовь ли это?.. Посмотрим.

Пока высшее руководство холдинга пребывало в состоянии лёгкой любовной лихорадки, Амалия продолжала строить планы и расставлять сети. А Антон — присматриваться к ней, с каждым днём всё больше понимая, что именно такая ему и нужна. Яркая, статусная, в меру наглая — Амалия несомненно успела завести множество полезных связей, не вечно же ей работать секретарём. Антон решился во вторник, и, отложив газету, медленно подошёл к столу, облокачиваясь на него.

— Не хочешь сходить куда-нибудь после работы?

Амалия подняла на него взгляд, в котором читалось сплошное недоумение, будто она не верила, что он на самом деле решился к ней обратиться с подобным вопросом.

— Ты предлагаешь мне сходить на свидание? — Верхняя губа слегка задралась, будто под нос сунули что-то дурно пахнущее.

— Почему нет? — Антона, казалось, совершенно не смутила подобная реакция. За год работы на Жарова он успел изучить характер его секретаря. Да и от Санька наслушался. Амалия была стервой, и именно это в ней и заводило.

— Когда войдёшь в список Форбс, может я и соглашусь, — надменно протянула она, возвращаясь взглядом к монитору.