Последний из рода Мэллори - Кей Торп

— Я забыл, что на танцевальных вечерах у них всегда аншлаг, — с досадой сказал Джерард, когда они уселись наконец на свои места. — Мне следовало позвонить и зарезервировать столик сегодня днем, сразу после того как я пригласил вас. — Он взял карту вин. — С чего бы вы хотели начать? — Джерард поднял на нее глаза и засмеялся, обычное беззаботное настроение уже снова вернулось к нему. — Давайте выпьем шампанского! В конце концов, я потратил три недели, добиваясь того, чтобы вы выехали со мной куда-нибудь! Если это не праздник, то что же это такое?

Ванесса быстро представила себе, как они поедут назад после бутылки шампанского.

— Нет, спасибо, я выпила бы шерри, — сказала она.

Еда была хорошей, но не более того. Они закончили ужин в половине девятого и направились в танцевальный зал.

Несколько друзей Джерарда тут же пригласили их присоединиться к компании за одним из боковых столиков. Общество показалось Ванессе славным, может быть, несколько шумным, но в этом они были не исключением. И конечно, не их вина, что Ванесса не получила такого удовольствия, как надеялась. Это место просто не пришлось ей по душе.

Напротив, Джерарду оно явно подходило. Он чувствовал себя здесь как рыба в воде. Наблюдая за тем, как он танцует твист с одной из своих приятельниц, после того как Ванесса, смеясь, отказалась, она могла только удивляться тому, сколько энергии в этом человеке. Даже от одного наблюдения за ними ей показалось, что она сама вспотела и устала.

На мгновение Ванессу оставили за столиком одну. Она встала и отправилась в дамскую комнату, чтобы освежиться.

Отделанная розовым и серебристым кафелем дамская комната была разделена на маленькие кабинки, в каждой из которых находились зеркало, туалетный столик и стул. Ванесса пробыла там всего одну-две минуты, когда услышала, как открылась внешняя дверь и раздались голоса девушек из той компании, к которой они с Джерардом присоединились. Девушки заняли кабинки в том же ряду, где сидела Ванесса, и продолжали разговаривать.

— Это просто потерянное время, — заявила одна, по имени Дорин. — И зачем они притащили сюда этих новых музыкантов? Я больше не приеду. А ты, Валери?

— Это зависит от остальных, — ответила Валери, — но мы ведь приезжаем сюда каждую пятницу последние полгода. Я не думаю, что кто-нибудь станет возражать против перемен. — Наступила короткая пауза, а затем она небрежно сказала: — Что ты думаешь об этой новой девочке Джерарда?

— Не его тип. — Дорин не колебалась. — Недурна, конечно, и этот цвет волос! По-моему, настоящий цвет.

— Ты думаешь, что они не крашеные? — Вопрос был задан с интересом.

— Сейчас трудно угадать, но я думаю, что натуральные. Она не похожа на девушку, которая станет обращать на это особое внимание. — Последние слова были произнесены довольно ехидно.

«Нужно идти», — подумала Ванесса, скорее позабавленная, чем уязвленная этим откровенным обсуждением собственной персоны. Но выйти из комнаты незамеченной было невозможно: девушки в других кабинках заметили бы ее, и хотя в общем они не сказали ничего плохого, все же будет очень неприятно, если они поймут, что она все слышала. Ванесса решила подождать. Вскоре они уйдут, и тогда она сможет выскользнуть и сказать, что просто выходила подышать свежим воздухом.

— А кстати, кто она? — с вызовом спросила Валери, выдав, что сама интересуется Джерардом.

— О, это как раз самое интересное! Она секретарша его кузена… И живет у него в доме.

— Ох! — рассмеялась Валери. — Как удобно для его кузена!

— Но я не думаю, что здесь кроется что-то. Ты ведь никогда не видела Брента Мэллори, верно? Я была с Джерардом в городе пару недель назад, и мы случайно столкнулись с ним и Мойей. Конечно, пришлось остановиться. Я хочу сказать, не мог же он сделать вид, что не узнал своего родного кузена посреди Хай-стрит, понимаешь?

— А что он собой представляет?

— О, один из этих мрачных, насупленных типов. Весь состоит из характера и морали. Смотрит на вас так, словно вы мышь, вылезшая из его сыра! — Дорин расхохоталась. — Мойя была великолепна. Поздоровалась со мной за руку, словно никогда в жизни меня не видела, хотя всего за день до этого мы веселились на вечеринке у Боба Фарроу. Она умеет делать вид! Не знаю, как Джерарду удалось сдержаться! Я знаю только одно: хотела бы я видеть лицо его кузена, когда он наконец узнает про эту парочку! — Она защелкнула свою сумочку. — Ты готова? Остальные подумают, что мы потерялись.

Дверь за ними закрылась. Ванесса медленно приходила в себя: от услышанного она просто потеряла дар речи и не могла поверить своим ушам. Мойя и Джерард! Сколько времени это уже длится? «Эта парочка», сказала Дорин, значит, их отношения всем известны! А что же Брент? А собственное заявление Мойи о том, что она хотела бы выйти замуж? Или она просто рассчитывала получить и то и другое — брак, который обеспечит ей безбедную жизнь, и Джерарда на крючке, который развеет ее скуку, когда пройдет новизна замужества? Но такое мог спланировать холодный, расчетливый человек, а не девушка, которая, казалось, не может никого обмануть, и уж менее всего — человека, за которого собирается замуж. Мысли Ванессы путались.

Джерард сидел один за столиком, когда она вернулась в танцевальный зал. Он притопывал ногой в такт музыке, словно с трудом сдерживая желание снова потанцевать.

— А вот и ты! — обрадованно поприветствовал он Ванессу. — Я уже начал думать, что ты от меня сбежала.

Ванесса не стала садиться.

— Уже поздно, — сказала она, — я думаю, нам пора отправляться домой.

— Поздно? — Он уставился на нее, и улыбка его постепенно увяла. — Сейчас только десять!

— И все же я считаю, что нам пора.

— Еще нет, дорогая! Один долгий вечер не причинит тебе вреда! — Он сделал приглашающий жест. — Пойдем потанцуем.

— Джерард, или вы отвезете меня немедленно домой, или я уйду пешком, — отчеканила Ванесса. — Если вы готовы, я буду ждать вас около машины через две минуты, а пока заберу пальто.

Когда она вышла, Джерард уже стоял возле автомобиля. Его хорошего настроения как не бывало, он едва сдерживал гнев, не говоря ни слова, открыл дверцу перед Ванессой и раздраженно захлопнул ее за ней.

Некоторое время они ехали молча, пока Джерард не высказал то, что было у него на уме:

— И все же в чем дело? Люди за соседним столиком могли подумать, что я посягнул на вашу добродетель или что-нибудь в этом роде. Я чувствовал себя полным дураком.

— Ну, для разнообразия это неплохо. Не все же время дурачить других! — ответила она и пожалела, что не прикусила вовремя язык.

— Что это означает?

— Ничего. Я просто так сказала.

— Нет, не правда. — Он не отводил глаз от лежащей впереди дороги. — Кого же я дурачу?

— Брента, — жестко произнесла Ванесса, и Джерард кивнул, соглашаясь.