Рождественские игры - Джейн Фэйзер

Остальную часть дня Нед провел с гостями, ни один из которых, казалось, не знал, чем бы ему заняться. Князь беспорядка большую часть времени отсутствовал; появившись на несколько минут за ленчем, он вскоре снова исчез. Часть людей продолжали прочесывать окрестности и возвращались ни с чем. Годфри Белтон бродил, бросая злобные взгляды на все, что попадало ему на глаза, и на Неда в особенности. По мере того как проходило время, беспокойство все сильнее охватывало гостей.

— Я так беспокоюсь, Роджер, — сказала миссис Эддингтон, когда ей удалось поймать хозяина. — Джорджиана — такое маленькое существо. Она не переживет ночь без крыши над головой. Что же делать?

— Я делаю все, что могу, Белла, — сказал Селби, стараясь скрыть раздражение, обеспокоенно покачав головой. — Мои люди не могут больше искать в темноте. Мы надеемся, что она найдет приют в каком-нибудь доме. Люди, живущие здесь, не откажут ей.

— А нам остается только молиться, — сказала леди с глубоким вздохом.

— Но я не смогу сегодня спать спокойно, думая, как она там, на таком холоде.

— Это было ее собственное решение, — прорычал Годфри, наливавший себе портвейна. — Если она такая дура, что готова рисковать своей жизнью, то сама виновата.

— Боже мой, Белтон, вы не можете так думать! — воскликнул один из джентльменов, искренне возмущенный таким бесчувственным заявлением. — Она же будет вашей женой.

— Да. Бедная девочка, наверное, не в себе, если так поступила, — вставил кто-то еще из гостей. — Ей нужно побольше внимания и заботы, когда она вернется.

— О, она их обязательно получит, — проворчал Годфри, мрачно глядя на Неда, который не обращал на него внимания, уткнувшись в старый экземпляр «Газетт».

Обед прошел скучно, и гости рано разошлись. Селби и Белтон отправились в бильярдную, а Нед оставался в гостиной, читая старые журналы, пока не пришел Джейкобс, чтобы разжечь камин.

— Лошади понадобятся нам как раз перед рассветом, — сказал Нед, как бы продолжая разговор и не отрывая глаз от газеты.

— Сделаем, сэр. — Джейкобс продолжал возиться с огнем, как будто никто ничего не говорил. Вскоре он ушел, а Нед, немного задержавшись, заглянул в бильярдную, словно по пути в свою комнату. Оттуда слышались звонкие удары кия и тихие голоса. Он ничего не мог сделать, пока Селби и Белтон не отправятся спать. Лишь бы только Селби не взял шкатулку с собой. Хотя у него не было причины для этого.

На лестнице Нед заколебался: ему хотелось зайти к Джорджиане в ее каморку на чердаке, — но устоял перед искушением. Риск был слишком велик, пока Селби и Белтон все еще бодрствовали. Селби могло прийти в голову посетить своего гостя и возобновить требования заплатить за ни на что не пригодный кусок земли, и ему показалось бы странным, если бы он не застал Неда в его комнате в такое время.

Он вызвал звонком Дэвиса и поболтал с ним, пока тот помогал ему приготовиться ко сну. Лакей был в курсе всех разговоров и предположений слуг о том, где находится леди Джорджиана.

— Только между нами, милорд. Никто из нас не удивлен, что леди Джорджи сбежала. Она слишком хороша для тех, кому предназначена. Прошу прощения за то, что я высказался, сэр.

— Я ничего об этом не знаю, Дэвис, — равнодушно сказал Нед, усевшись в кресло перед камином с бокалом вина и газетой. — На сегодня это все, спасибо. Увидимся утром.

— Да, сэр. — Лакей поклонился и вышел, а Нед приготовился ждать, но был уверен, что завтра утром, когда Дэвиса спросят об отсутствии лорда Аллентона, он не сможет сказать ничего существенного.

Спустя некоторое время Нед встал и подошел к гардеробу, где стоял его саквояж. Он не мог обременять себя большим количеством багажа, но были вещи, которые ему требовалось взять: одежда, деньги, несколько дорогих ему вещей и, конечно, пистолет.

Когда часы пробили три, он выскользнул из спальни и бесшумно спустился по лестнице в библиотеку. Войдя, Нед запер за собой дверь. По крайней мере это послужит предупреждением о чьем-то появлении. В комнате было темно, только в камине светились догоравшие угли, и он зажег стоявшую на каминной полке свечу, а затем направился к книжному шкафу у дальней стены, где видел Селби в то утро. Сначала казалось, будто шкаф ничем не отличался от других. Слегка запыленные тома выстроились на полках, пространство между полками везде было одинаково, а книги расставлены в алфавитном порядке.

Нед стоял и смотрел на шкаф. Отогнав прочие мысли, он рассеянно провел взглядом вдоль полок. Он не знал, что искал. И вдруг увидел. В середине нижней полки корешки книг прилегали так плотно друг к другу, что между ними не поместился бы и листок бумаги. Он не понимал, как кто-то сумел так плотно их поставить.

Нед опустился на колени, чтобы вынуть одну из книг, и только тут догадался, что это не книги. А достаточно большой брусок дерева, на котором были наклеены полоски книжных корешков, скрывавших каждый миллиметр дерева. Случайный взгляд не обнаружил бы обман, а сколько людей становились на колени, чтобы посмотреть на экземпляры на нижней полке высокого шкафа?

Нед провел рукой по бруску дерева, его ширина соответствовала полдюжине книг. Приблизительно это и был размер шкатулки. Нед вынул книги, стоявшие по бокам бруска, и ощупал его. Затем просунул ладонь под полку, отстоявшую от пола всего на полдюйма. И тут он нащупал замок, врезанный в дерево. Нед нажал на него, но тот не раскрылся. Попытался сдвинуть его, тоже безуспешно. Он мог действовать только на ощупь, не видя, что делает. Нетерпение перерастало в отчаяние, Нед старался сдвинуть его то вправо, то влево. Когда он еще раз сдвинул брусок влево и, как по волшебству, деревянный брусок превратился в дверку, распахнувшуюся перед ним, Нед увидел позади шкафа глубокое отверстие в стене.

Там, в самой глубине, стояла шкатулка. Она оказалась не очень тяжелой, но замок выглядел крепким. Оставалось надеяться, что умение Джорджи не подведет ее. Как только она достанет завещание, он вернет шкатулку в тайник — конечно, если только сумеет поставить все на место.

Джорджиана весь вечер ходила взад и вперед по маленькой комнатке на чердаке. Она сгорала от нетерпения. Сознание собственного вынужденного бессилия было невыносимо. Она отдала дело своего спасения в чужие руки, хотя всегда все делала сама, полагалась только на себя, а сейчас во всем зависела от Неда.