Все серьезно - Хелен Кинг

— Войдите, — откликнулась она, радуясь, что это по крайней мере не Клодия. Эта девица не обучена стучать.

Человек, вошедший в комнату, был ей совершенно незнаком. Лет около пятидесяти, полный, лысоватый, он бросил на Лору беглый внимательный взгляд, кивнул и подошел к столу.

— Вы Лора Торнтон? Вам просили передать это… — он протянул ей сложенную записку, — и доставить на место. Только поторопитесь. Я оставил машину на улице, там нет стоянки.

Лора развернула письмо и прочла:

«Уже четыре часа, как я в последний раз прикоснулся к тебе. Я схожу с ума. Один час. Один только час! Или эта просьба кажется тебе безумной?»

Стараясь не покраснеть, Лора взглянула на ожидавшего шофера.

— А где это место?

— В мотеле, в двух кварталах отсюда.

— О! — Лора почувствовала, как ее щеки неудержимо запылали.

— Так вы едете или нет? — нетерпеливо воскликнул шофер.

Лора нагнулась за сумкой, стоявшей возле стула, и поднялась, чувствуя, как все в ней начинает дрожать. Никогда еще не приходилось ей совершать подобные экстравагантные поступки.

Таксист слегка приподнял брови, быстро оглядывая ее с головы до ног.

— Повезло парню, — пробормотал он.

Лора покраснела чуть не до слез.

— Он мой муж, — быстро проговорила она.

Шофер бросил циничный взгляд.

— Ну конечно, моя милая. Я всю жизнь развожу жен к мужьям по гостиницам. Поторопитесь-ка.

Лора была рада, что поездка до мотеля оказалась очень недолгой. Почти через минуту она уже выскочила из такси на тротуар прямо в объятия мужа. Пока Дирк расплачивался с водителем, Лора бегло огляделась и убедилась, что мотель не так уж неприличен. Здание чистое и новое, с широким застекленным подъездом, окруженное пальмами. Перед входом бил фонтан. Но все же это была гостиница, а всем известно, для чего люди снимают номера в гостиницах в обеденный перерыв.

— Он решил, что я — девица легкого поведения, — с упреком прошептала Лора, когда таксист отъехал.

Ее лицо пылало от смущения и скрытой радости. Дирк засмеялся, блеснув белыми зубами, и поцеловал ее прямо на виду у всех людей, входящих и выходящих из мотеля.

Он, как видно, успел съездить домой, принять душ и побриться, потому что от него шел чудесный запах. Выглядел он тоже чудесно — в черных брюках и мягком джемпере того же серо-стального цвета, что и глаза.

— Вот как? — проговорил он, повелительным жестом обнимая ее за талию, и повел в мотель. — Ну и что же? — он с улыбкой извлек из кармана ключ от номера двадцать три. — Ты и правда поймала меня на крючок.

Так прошла неделя, полная сюрпризов и неожиданностей. Вечером после работы Дирк отвозил Лору домой, где она принимала душ и переодевалась в одно из платьев, которые он выбирал для нее сам. Эти утонченно чувственные платья, сделанные из мягких тканей, удивительно шли к ее фигуре, не будучи, однако, открыто вызывающими.

Зато белье было именно таким — эротическими покровами из шелка и кружев, белого или черного цветов, умело скрывающими и обнажающими ее формы.

Когда она, надушенная и припудренная, выходила из ванной, он вез ее обедать в какой-нибудь отдаленный ресторан при гостинице или мотеле, чтобы после обеда уже не нужно было никуда ехать. В конце обеда, когда Дирк вел ее в номер, Лора обычно была в состоянии легкого опьянения. Но не только от вина, выпитого за обедом. Ее опьяняла близость Дирка и ожидание любви, к которой она стремилась с равной с ним жадностью. Они никак не могли утолить жажду взаимной близости. Засыпали в объятиях друг друга, только когда за окном уже начинало светать.

В пятницу вечером в их сказочном существовании случилась первая заминка. Дирк позвонил Лоре на работу незадолго до пяти и сообщил, что не сможет выбраться из конторы раньше семи. У него назначено свидание с клиентом. Когда Лора предложила приготовить ему обед дома, он согласился и пообещал приехать к восьми часам.

Но пробило восемь, а Дирк все не появлялся. В половине девятого Лора уже сходила с ума от беспокойства, но все же не могла заставить себя позвонить ему на работу. Первый раз за это время ревность и подозрительность подняли в ее душе свои ядовитые головы.

Конечно, клиент — женщина, решила она. Привлекательная и красивая женщина. И в эту самую минуту Дирк обнимает ее. И она отдается ему. На полу в его кабинете.

Кипя от негодования, Лора ходила взад и вперед по квартире. В восемь тридцать пять послышался звук ключа, поворачивающегося в замке, и она стремглав метнулась в прихожую.

— Почему ты не предупредил, что задержишься? — налетела она на него.

— Если бы у меня в машине был телефон, я позвонил бы обязательно, — кротко ответил он, закрывая за собой дверь. — На мосту случилась пробка. Кажется, небольшое столкновение.

Его проницательные глаза взглянули пристально на ее напряженное раскрасневшееся лицо.

— Я опоздал всего на полчаса, Лора.

Но ревность уже завладела ею безраздельно.

— Полчаса вполне достаточно для такого Казановы, как ты! И не только эти полчаса. Ты весь день приятно проводил время! По крайней мере, с тех пор, как позвонил мне днем.

Правой рукой он ухватил ее запястье и рывком притянул к себе.

— Что за дьявольская чушь! Я же сказал, что был занят. Но видимо, мне придется убедить тебя по-другому.

Он впился в ее губы свирепым долгим поцелуем. Когда она безвольно склонилась к нему, он поднял ее на руки и быстро понес в спальню.

— Ты ужинала? — пробормотал он через полчаса, после краткой на этот раз, но бурной сцены близости.

— Я не хочу есть, — она лежала, положив голову ему на грудь, успокоенная и умиротворенная. Шторм, бушевавший в ее душе, остался далеко в прошлом.

— Ты знаешь, что ты сумасшедшая? — сказал он, гладя ее по волосам, поднимая один за другим черные шелковистые локоны и прижимая их к губам. — Как будто я могу взглянуть на других женщин, когда ты со мной. Я люблю тебя, Лора. Ты должна это знать.

Она резко приподнялась, и губы ее приоткрылись от неожиданности.

— Ты сказал это в первый раз, с тех пор как…

Горло ее сжалось, а глаза наполнились слезами. Две крупные слезинки выкатились из-под ресниц и поползли по щекам.

Увидев, что она плачет, он изменился в лице.

— О, боже! Не плачь, дорогая, ну пожалуйста, — он привлек ее к себе, и она почувствовала, как дрожат его руки. — Я очень люблю тебя, — упорно повторил он. — Только всегда верь мне.

— Ты больше не оставишь меня? — жалобно вырвалось у нее.

— Нет. Никогда!

— А как же развод? Я не хочу развода, Дирк. Мне не нужна любовная интрижка. Мне нужен ты здесь, со мной, навсегда. Пожалуйста, милый. Переезжай обратно насовсем, и пусть все будет как раньше.