Нечаянный обман - Аманда Квик

— Безусловно. — Миссис Петтигрю, большая крепкая женщина, носившая большие крепкие шляпы, уселась в кресло.

Олимпия втайне всегда считала, что Аделаида Петтигрю составляет хорошую пару своему мужу. Будучи женой крупнейшего в окрестностях землевладельца, она очень заботилась о своем положении в местном обществе. По мнению Олимпии, она также была чересчур озабочена и положением любого другого человека по соседству. Итон, Хью и Роберт называли ее старой хлопотуньей, всюду сующей свой нос.

В прошлом у тети Иды и тети Софи сложилось о ней такое же мнение.

Миссис Норбери рассеянно кивнула Олимпии, присаживаясь в маленькое кресло. Она положила небольшой ридикюль на колени и нервно теребила его руками. Эта женщина напоминала бледную маленькую мышку, вечно шарящую взглядом по углам, как будто выискивая нужную дырку в стене.

Олимпии не понравилось, что миссис Петтигрю привезла с собой жену викария. Это не сулило ничего хорошего.

— Я схожу за подносом с чаем, — проворчала миссис Берд.

— Благодарю вас, миссис Берд. — Олимпия взглянула на гостей, глубоко вздохнула и приготовилась к худшему. — Прекрасный день, не правда ли?

Миссис Петтигрю проигнорировала ее вежливое замечание.

— Мы приехали по весьма важной причине. — Она бросила на свою компаньонку властный взгляд:

— Разве это не так, миссис Норбери?

Миссис Норбери вздрогнула.

— Совершенно верно, миссис Петтигрю.

— Что же это за важная причина? — спросила Олимпия.

— Нарушены правила приличия, — объявила миссис Петтигрю зловещим тоном. — Если говорить откровенно, то признаюсь вам, мисс Вингфилд, меня удивляет то, что это произошло именно в вашем доме. До сих пор ваше поведение хотя, по общему мнению, и было эксцентричным, а порой и весьма странным, но все же редко выходило за рамки приличия.

Олимпия озадаченно уставилась на нее:

— Что-нибудь изменилось в моем поведении за последнее время?

— Определенно изменилось, мисс Вингфилд. — Миссис Петтигрю выдержала паузу, желая произвести больший эффект. — Мы считаем, что вы наняли совершенно неподходящего учителя для своих племянников.

Олимпия замерла.

— Неподходящего? Неподходящего? О чем, ради всего святого, вы говорите, миссис Петтигрю? Преподаватель, которого я наняла, — прекрасный специалист. Мистер Чиллхерст превосходно выполняет свою работу.

— Нам сказали, что внешность вашего мистера Чиллхерста весьма зловеща и что ему, безусловно, нельзя доверять. — Миссис Петтигрю взглянула на миссис Норбери в поисках поддержки. — Разве я не права, миссис Норбери?

Миссис Норбери еще крепче сжала свой ридикюль.

— Да, миссис Петтигрю. Его внешность внушает огромные опасения. Нам сказали, что он выглядит как пират.

Миссис Петтигрю снова повернулась к Олимпии:

— Нам дали понять, что он обладает не только грубой и угрожающей внешностью, но и необузданным темпераментом.

— Необузданным? — Олимпия сердито посмотрела на собеседницу. — Это просто смешно.

— Говорят, что он жестоко избил мистера Дрейкотта, — удостоила ее своим замечанием миссис Норбери. — Утверждают, что под глазами Дрейкотта все еще не прошли синяки посте перенесенного насилия.

— О, вы имеете в виду тот небольшой инцидент, что произошел несколько дней назад в моей библиотеке? — Олимпия улыбнулась, слегка успокоившись. — Это пустяки.

Простое недоразумение.

— Едва ли недоразумение, — сказала непреклонная миссис Петтигрю. — Ваш мистер Чиллхерст, несомненно, представляет угрозу для всех живущих по соседству.

— Глупости. — Олимпия больше не улыбалась. — Вы преувеличиваете, миссис Петтигрю.

— Дело не только в том, что он опасен для всех нас, — возразила та, — у моего мужа есть основания полагать, что он вполне может воспользоваться вашей наивностью, мисс Вингфилд.

Олимпия уставилась на нее.

— Уверяю вас, мистер Чиллхерст не обманывает меня.

— По-видимому, он присвоил товары, присланные вашим дядей, — сказала миссис Петтигрю.

— Полная нелепость. — Олимпия поднялась. — Миссис Петтигрю, я сожалею, что должна просить вас уйти. У меня очень много работы сегодня, и я не могу позволить себе тратить время на подобные разговоры.

— Видели ли вы хоть какие-нибудь признаки дохода, который вам надлежит выручить от продажи последней партии? — холодно поинтересовалась миссис Петтигрю.

— Нет еще. Но прошло слишком мало времени, чтобы успеть продать товары в Лондоне, не говоря уж о том, чтобы получить прибыль.

— Мой муж сомневается, что вы увидите хоть какие-нибудь деньги, — сказала миссис Петтигрю. — Но говоря по правде, ваше финансовое положение не основная моя забота.

Олимпия сложила руки на столе и процедила сквозь зубы, едва сдерживая себя:

— Какова же ваша основная забота, миссис Петтигрю?

— Ваша репутация, мисс Вингфилд.

Олимпия не поверила своим ушам.

— Моя репутация? Каким образом она может оказаться в опасности?

Миссис Норбери почувствовала, что настал ее черед сыграть свою роль. Она слегка откашлялась, чтобы прочистить горло.

— Хочу заметить, что одинокой женщине, подобной вам, не пристало близко общаться с персоной типа мистера Чиллхерста. — Совершенно верно, — подтвердила миссис Петтигрю.

Она одарила жену викария поощряющей улыбкой, а затем вновь повернулась к Олимпии:

— Вашего мистера Чиллхерста нужно немедленно уволить.

Олимпия смотрела на женщин, прищурив глаза.

— Теперь послушайте меня. Мистер Чиллхерст — учитель в этом доме. Как показала практика, он превосходный учитель, и у меня нет абсолютно никакого желания увольнять его. Более того, ни у кого из вас нет ни малейшего права распространять о нем лживые слухи.

— А как же ваша репутация? — беспокойно напомнила миссис Норбери.

Краем глаза Олимпия уловила какое-то движение. Она повернула голову и увидела Джареда, небрежно прислонившегося к дверному косяку. Он слегка ей улыбнулся.

— Моя репутация — моя забота, миссис Норбери, — сказала Олимпия резко. — Не забивайте голову пустяками. За последние несколько лет никто, кроме вас, об этом не беспокоился, и я себя чувствовала прекрасно.

Миссис Петтигрю вздернула подбородок.

— Сожалею, что приходится вмешиваться в ваши дела, но, если вы не прислушаетесь к нашему мнению, мы вынуждены будем действовать.

Олимпия с отвращением взглянула на нее:

— И как будут выглядеть ваши действия, миссис Петтигрю?

— Наш долг — следить за благополучием трех маленьких невинных мальчиков, которые сейчас находятся на вашем попечении, — произнесла миссис Петтигрю леденящим тоном. — Если вы не создадите для своих племянников нормальные условия проживания, мой муж предпримет шаги, чтобы удалить их из вашего дома.