Любовь и прочие глупости - Бьюла Астор

— Ты должна понять, я же для тебя старалась, — оправдывалась Хейзл. — Он так хотел видеть тебя! Вот я и подумала, что…

— Что ты подумала, что?! Что он сразу же заключит меня в крепкие объятия и громогласно поклянется в страстной и вечной любви?

На глазах Констанс сверкали слезы гнева.

До этого разговора она держалась с сестрой холодно и натянуто, но ни разу не упомянула о Мэтте. Констанс была сильно обижена и сердилась на Хейзл, что та позволила Мэтту застать ее врасплох, и теперь боялась окончательно потерять самообладание и навсегда рассориться с сестрой.

Но, как бы Констанс ни злилась, как бы ни ругала сестру, она все же понимала, что Хейзл совершила этот поступок исключительно из любви к ней.

— Значит, ты все-таки любишь его? — неожиданно спросила Хейзл.

— Конечно, я его люблю! — с отчаянием воскликнула Констанс. — Но дело не в этом! Тебе известно, зачем он хотел меня видеть?

— Мне казалось, что вы с ним поссорились, и Мэтт хочет помириться.

— Милые бранятся… и так далее. Ты это имеешь в виду? — Констанс горько рассмеялась. — Ничего подобного! Мэтт приезжал сообщить мне, что я должна была, видите ли, предупредить руководство о своем уходе за три месяца. А не за один.

— Об уходе?! Значит, ты не передумала…

— Нет, не передумала. Это необходимо. Пойми, я не смогу больше там работать. По крайней мере, пока там работает Мэтт. — Она посмотрела Хейзл в глаза и с отчаянием в голосе призналась: — Я люблю его, а он меня — нет.

— Но он так волновался за тебя…

— Волновался, потому что спешил выбросить меня из своей жизни, а не наоборот! — Констанс говорила с непривычной для нее резкостью. Она взглянула на часы. — А теперь мне пора. Нужно успеть в Честер до начала часа пик.

— В Честер? — удивилась Хейзл.

— Поеду посмотрю, как там мой дом, — пояснила Констанс, старательно пряча глаза. — Я… я звонила сегодня в страховую компанию, и они сказали, что ремонт, в основном, закончен. Хочу посмотреть, что еще нужно сделать, перед тем как выставить дом на продажу.

Честно говоря, Констанс немного покривила душой. Она действительно звонила в страховую компанию, но там очень удивились ее звонку и не сразу поняли, чего она хочет. Констанс это показалось странным, но затем она, кажется, нашла ответ. После того как Кевин Райли разгромил ее дом, она отказывалась что-либо предпринимать, чтобы ее дом начали ремонтировать. Страховому агенту она устало сказала, что больше ничего не хочет слышать об этом доме. И вещи оттуда ей не нужны, ничего не нужно.

Она полностью возложила хлопоты по организации уборки и ремонта на страховую компанию, прибавив, что не имеет ни малейшего желания видеть этот дом.

Но так было до вчерашнего вечера, когда Мэтт жестоко бросил ей обвинение в трусости.

— Послушай, если хочешь, я могу поехать с тобой, — неуверенно предложила Хейзл.

Констанс без раздумий решительно отказалась:

— Нет, спасибо, я отлично справлюсь сама.

В доме, разумеется, поменяли все замки, но расторопный страховой агент переслал Констанс комплект новых ключей. Теперь эти ключи лежали в ее сумочке.

Поцеловав мать и сестру, Констанс вышла через заднюю дверь. От страха по спине ее бегали мурашки, но она твердо решила, что не проявит малодушия и не повернет обратно. Слова Мэтта по-прежнему звучали у нее в ушах.

Когда она уже садилась в свою машину, в доме зазвонил телефон. Хейзл сняла трубку и очень обрадовалась, узнав голос Мэтта.