Моя мачеха – землянка - Ольга Ивановна Коротаева

Тут уголок рта иха дёрнулся, и прозвучал негромкий голос с лёгкой хрипотцой:

— О чём задумалась?

Вздрогнув, я отвернулась. Ощущая себя так, будто меня застукали на горячем, я нарочито возмущённо махнула в сторону двери:

— Луин лжёт! Его Величество волнуется обо мне? За Айканара он был готов казнить всех направо и налево. А когда узнал, что отравить пытались меня, то и вовсе пустил всё на самотёк. Наказать девушку запретом приходить на бал? Серьёзно?

— Вообще-то для лини Кнэссэ это будет серьёзным ударом, — старательно пряча улыбку, заметил Такет.

— Ударом, — скривилась я. — Вот бедная Теренита пострадает ни за что! Десять настоящих ударов… Ох!

— Ей повезло сохранить жизнь, — тихо заметил иха. — Поверь, всё могло бы закончиться намного плачевнее.

— Верю, — понурилась я и в отчаянии взлохматила волосы. — Да что же это?! Такое чувство, что король подвергает меня изощрённым пыткам, и я понятия не имею, за что он так со мной!

Повисла тишина. Мы, не сговариваясь, посмотрели на Айканара. Такет вздохнул и, предложив мне руку, повёл к креслам. Я отметила, что столик, на котором стоял поднос с завтраком, уже был пуст.

Иха помог мне сесть, а сам сделал шаг к арке в стене и нажал на невидимый рычаг. Зеркальные створки разошлись в стороны, и моему взору открылось углубление, где темнели три бутыли и сверкали серебряные бокалы.

Когда Такет вручил мне наполненный бокал, я осторожно пригубила напиток и с удовольствием цокнула языком.

— Это настой из Роззиссы? Спасибо!

Мне очень понравилось угощение, хотя имелись некоторые подозрения, что выдержанный напиток всё же сродни вину. Иначе почему сразу закружилась голова, а проблемы стали казаться чуточку легче?

— На самом деле ты права, — отпив из своего бокала, признал Такет. — Но это не всё. Сервиан рад, что отравить пытались не Айканара. Нападение на наследника клана Орьил и внука короля имело бы очень тяжёлые последствия для Луниана.

Я догадалась, что речь о политике.

— Это из-за плохих отношений с кланом Оллэн? — уточнила я и напомнила: — Ты просил не злить Кнэссэ из-за этого.

Он кивнул.

«После того, что она выкинула, — подумалось вдруг, — мне чертовски хочется её позлить!»

Такет посмотрел на меня поверх бокала так, что, казалось, пронзил колдовской зеленью глаз. Словно прочитал мысли и они ему понравились. Под кожу будто всыпали горящих углей, и воздух между нами словно накалился. Внезапно захотелось снова ощутить вкус поцелуя иха.

Я решительно отставила бокал и поинтересовалась:

— Значит, мне не показалось, что король мучает меня? Что ему нужно? Чего хочет добиться?

— Могу лишь предположить, — откинувшись на спинку кресла, вздохнул иха. — Он не верит тебе и думает, что ты заодно с похитителями Айка. И сегодняшнее событие едва не подтвердило его подозрения.

У меня похолодела спина. Если бы Такет быстро не провёл расследование, а кот и Айк не рассказали о подслушанном разговоре, то, возможно, меня бы казнили вместе с Теренитой.

— Да почему он так думает?! — Меня захлестнула злость. — Лучше бы на себя посмотрел. Держит при себе интригана Луина, прощает ему такое, от чего волосы дыбом! А я спасла мальчика, но меня подозревают во всех смертных грехах. Где справедливость?

— Хали моя, — внезапно улыбнулся Такет, и у меня сердце пропустило удар. Почудилась нежность в его голосе, или это всё очаровывающий напиток? — Если где-то и есть справедливость, то не на Луниане.

Я замолчала, вспомнив его историю. Действительно, законы в системе Звёздных драконов жестоки, и не стоит размахивать томиком земных правил.

— А вот на первый твой вопрос я могу ответить, — продолжил Такет, и я невольно подалась к нему, чтобы не упустить ни слова. — У иха есть способность ощущать намерения людей. Не так, как целители, которые отличают правду или ложь. Это лишь слова. Высшие драконы могут чуять суть. А в тебе есть некая тайна. Ради неё ты пойдёшь на всё.

У меня дыхание оборвалось от его слов. Неужели они знают о Доминике?

Видимо, на моём лице отразилось что-то, потому что иха отставил бокал и осторожно взял мою кисть. Легонько сжал её и спросил:

— Зачем ты на самом деле прилетела на Луниан?

В отличие от его осторожных движений, голос прозвучал властно и почти заморозил льдом.

Так меня подозревают в интригах из-за того, что я скрываю правду о сыне?

— Скажи мне, — приказал Такет и чуть сильнее сжал мои пальцы.

Я судорожно с трудом втянула вдруг загустевший воздух. Рассказать о болезни Доминика? Попросить каплю крови? Внезапно подумалось, что иха не откажет, даже если снова придётся пройти через боль. Или мне хотелось в это верить? Может, это чувство из-за напитка из Роззиссы?

И всё же я решилась открыться.

— Дело в том…

Но тут на кровати встрепенулся Айканар. Не открывая глаз, он шевельнул губами. Я услышала слабое:

— Барси-и-лий.

Переглянувшись с Такетом, мы вскочили и поспешили к кровати. С другой стороны на неё запрыгнул кот, который во время визита короля и после даже звука не подал. Сейчас же деловито потрогал лапкой мальчугана и осторожно отозвался:

— Я тут! Что ты хочешь?

— Ты, — несчастно прошептал Айк, — пойдёшь со мной на бал? Без тебя там будет ску-у-учно…

«Бал». — Я прикусила губу, вспомнив о том, как король вскользь упомянул праздник.

В отличие от Кнэссэ, я бы с удовольствием отказалась от этой повинности.

Глава 23

Такет покинул меня сразу, как очнулся Айк, и больше я мужа не видела. Он не пришёл на обед, пропустил и ужин. Чтобы отвлечь себя от навязчивых мыслей о чужом, по сути, для меня человеке, я предложила мальчику игру.

— Кро-ко-дил, — с трудом выговорил Айканар незнакомое слово. — Кто это?

Барсилий с удовольствием присоединился к нашему разговору:

— Это как дракон, но без крыльев и шеи! А ноги такие короткие, что приходится ползать на брюхе.

— Ну и уродство, — поёжился мальчик и виновато хлопнул длинными ресницами. — Я не хочу в него играть.

— В него и не будем. — Я строго погрозила коту. — Игра так называется, но это не значит, что нужно изображать именно крокодила.

— А кого? — заинтересовался ребёнок. — Дракона?

— С этим подождём, — мягко остановила энтузиазм Айканара (только живого дракона не хватало!) и прищурилась. — Давайте изображать то, что знают все присутствующие. Я буду первой.

Поднялась и, заложив руки за спину, которую выпрямила до лёгкого хруста позвонков, высоко подняла голову. Прошлась по комнате, старательно имитируя знакомую походку, а затем замерла у окна и бросила холодный взгляд на внимательно наблюдающего за мной мальчика.

— На кого похоже?

— Э… — растерянно замялся он и