Здравствуй, папа, я твой сын! - Анна Мишина

Тимур

– А вот и мама! – рядом появляется Тим и кидается обниматься с девушкой.

– Оля?! – ее имя всплывает у меня в голове.

– С тобой, Тим-Тим, будет отдельный разговор, – строго говорит она, смотря на мальчика. – Ну, так впустишь или будем тут разговаривать? – теперь я тоже чувствую себя маленьким мальчиком от такого голоса.

– Да, проходи, – отступаю в сторону и закрываю дверь.

– С утра пораньше гости? – появляется бабушка. – Ой, – застывает.

– А это моя мама Оля, – улыбается засранец.

Нет, ну не мог сказать сразу? Я бы вспомнил, черт возьми!

– Оленька, у вас прекрасный мальчик, – тут же меняется в лице бабуля. – Только у меня вопрос, как так получилось, что Тимоша оказался у Тимура? И как я тут узнала, Тимур о сыне ничего не знал.

– А вы так уверены, что Тим-Тим сын Тимура? – спрашивает Оля и переводит взгляд на меня. Кажется, мое сердце замерло, остановилось.

– Конечно, Оленька. Сердцем, – отвечает бабушка, а я протягиваю Ольге результат теста ДНК.

– М-м-м, – тянет она. – Додумался? – усмехается.

– Баб, забери, пожалуйста, Тима, нам с Олей надо поговорить, – прошу я и та, тут же кивнув, подзывает к себе Тима и уводит его.

– Ты скрыла от меня сына, – как только бабушка с мальчишкой ушли и мы остались одни, я тут же заявил.

Но Оля, сняв обувь, прошла мимо меня к кофемашине и, нажав на кнопку, обыденным голосом сказала:

– Извини, воспользуюсь твоей кухней, – и опустилась на стул, потирая глаза.

Только сейчас вижу, какой у нее усталый вид.

– Так что? – стою на своем.

– Тебе как, по порядку или? – берет чашку с кофе, делает пару глотков и морщится. Забавно так, как раньше.

– Ты же не любишь кофе, – присаживаюсь напротив нее.

– Помнишь? – мягкая улыбка касается ее губ, на которых я зависаю.

– Было дело, – отвечаю размыто.

– От того, чтобы не вырубиться после бессонной ночи, которую я провела в самолете и в ожидании рейса, меня спасет только он, – снова отпивает кофе. – Я же была в командировке по работе. Оставила Тима с мамой. А он пристал к ней с вопросами о папе, вот мать и сдалась. Нашла тебя быстро и… сам знаешь, что дальше было. Я думала умру, когда начала понимать, что что-то не так. В целом, эти два партизана сходились в одних и тех же разговорах. А пару раз так, будто о разном говорят. Мать одно, Тим то не отвечает, то другое. А когда маму просила по видеосвязи показать, чем занят сын… в общем, понятно стало, что кто-то кого-то покрывает. А программка с местом нахождения Тима так и вовсе показала другой адрес и я все, сорвалась, – качает головой. – Извини, – снова виноватая улыбка. 

– Ты про него мне не планировала рассказать? – догадываюсь я. И мне становится неприятно от этой мысли.

– Да, – отвечает Оля.

– Честно, – усмехаюсь.

Пожимает плечами и прячет взгляд в чашке кофе.

– Почему? – задаюсь вопросом.

– Почти шесть лет назад ты не был готов взвалить на свои плечи ответственность за маленького человека, Тимур, – поднимает на меня свой взгляд цвета золотой карамели.

– Ты так решила, – вредничаю, понимаю это, но поделать с собой ничего не могу. Обидно.

– Ты помнишь, как мы познакомились? – вдруг смотрит на меня так проникновенно, что да, в моей голове тут же всплывают обрывки воспоминаний.

Еще бы не помнить. Случайная встреча, а точнее, столкновение на улице. Да такое, что  у нее из рук вылетели коробки, которые она так осторожно несла. Как выяснилось, в них были пирожные. Оля только начинала свой маленький бизнес. Открыла кондитерскую. Это выяснилось в процессе знакомства. В общем, у нас закрутилось очень быстро.