Путешествие в мир чувств - Шантель Шоу

Такис остался, потому что не мог бросить Лиссу. Эта женщина поражала и озадачивала его все сильнее с каждым днем, когда он узнавал о ней что‑нибудь новое. Его жена была мудрой. Она понимала, что Такис мучается, и мало‑помалу он начал открываться ей.

Они жили на вилле, но не отдельно, как в доме в Афинах до свадьбы. Такис делил постель с Лиссой, завтракал, обедал и ужинал и про водил свободное от работы время. Они разговаривали, смеялись и занимались любовью, но он по‑прежнему не мог насытиться ею. Обычно он несколько часов работал у себя в кабинете, а Лисса трудилась в дизайнерской студии над интерьером отеля «Афродита».

Иногда Такис летал в свой офис в Афинах, но всегда возвращался вечером. Вылезая из вертолета, он наблюдал, как Лисса торопливо идет к нему по саду.

Он все еще избегал мыслей о своем отцовстве или о том, каким отцом он станет.

– Я не верю, что мы рождаемся с заранее намеченной судьбой, – сказала Лисса. – Мы сами управляем своей жизнью. Например, ты не захотел пасти коз в бедной деревне и построил бизнес‑империю. То, что твой отец был ско тиной, не означает, что ты будешь таким же, как он.

Когда ремонт в отеле «Афродита» завершился, Такис и Лисса устроили вечеринку. Лисса проделала потрясающую работу. На вечеринку пригласили представителей европейской элиты.

Закончив совещание в Афинах, Такис переоделся в смокинг и вылетел на Санторини.

Лисса была в спальне. Такис остановился в дверях и уставился на нее как завороженный.

– Ты… – Он потерял дар речи.

– Я похожа на кита? – неуверенно спросила она.

– Ты красавица, – проворчал он.

Лисса выглядела как богиня в золотистом платье до пола. Лиф с открытыми плечами облегал ее пышную грудь.

Такис заметил, что она часто прикасается к своему животику, и сейчас ему захотелось упасть на колени и склонить перед ней голову. Мать его ребенка никогда не бросит своего сына, как мать Такиса бросила его. Как он бросил своего брата. Его сын вырастет в любви.

– Ты невероятно хороша. – Он подошел и обнял ее. – Моя прекрасная жена.

Лисса ликовала, когда Такис поцеловал ее страстно, соблазнительно и нежно. Простонав, он крепко прижал ее к себе, и она почувствовала его возбуждение.

– Нельзя, – выдохнула она и вдохнула. Глаза Такиса блестели, как расплавленная сталь. – Нельзя опаздывать на вечеринку, – напомнила она ему. – Сегодня важная ночь для тебя. Ты открываешь десятый отель сети «Персей».

Он судорожно вздохнул:

– Сегодня твоя ночь. Как бы сильно ни хотел заняться с тобой любовью, я заставлю себя подождать несколько часов. Ты будешь в центре внимания и выслушаешь заслуженную похвалу.

Он вынул из кармана смокинга узкую коробочку с изысканным колье и серьгами‑подвесками из розового золота с белыми бриллиантами.

Лисса округлила глаза:

– Я не могу это принять…

– Я заказывал это специально для тебя.

С трудом сглотнув, она повернулась к зеркалу и надела серьги, а Такис застегнул колье на ее шее.

– Ослепительно красиво, – прошептала она, водя пальцем по сверкающим бриллиантам на шее.

– Ты очаруешь наших гостей, – хрипло сказал он. – На вечеринке я буду представлять себе, что на тебе нет ничего, кроме колье.

Он обвил руками ее талию и прикоснулся пальцами к животу. Малыш с силой пнул руку Такиса. На мгновение на лице Такиса отразилась такая сильная боль, что у Лиссы перехватило дыхание. Такис нанял лучшего акушера в стране, который наблюдал за беременностью Лиссы. Но она по‑прежнему не знала, как он воспринимает свое отцовство.

Они сблизились с тех пор, как он переехал на виллу, но чего‑то не хватало. Не хватало любви. Она пыталась убедить себя, что дружбы, взаимного уважения и физической совместимости достаточно. Но она ошибалась.

Такис взял с кровати ее накидку.

– Пора ехать, – пробормотал он, – иначе мы опоздаем.

Лисса, взволнованная, стояла рядом с Такисом в роскошном вестибюле «Афродиты» и здоровалась с гостями. Она надеялась, что ее интерьерные замыслы произведут благоприятное впечатление, слушала благосклонные комментарии и понимала, что она преуспела.

– Я горжусь своим отелем и тобой, – сказал ей Такис позже вечером, найдя Лиссу в зале для свадеб. – Тебе не нужно было нервничать. Все в восторге. Ты создала уникальное место, в котором царит гостеприимная и роскошная атмосфера.

– Как ты узнал, что я нервничаю? – спросила она.

– Я изучил тебя, куколка, – тихо сказал он. – У тебя все написано на лице.

Лисса надеялась, что он знает все о ее мыслях и чувствах. Она обрадовалась, когда их прервал журналист, который попросил интервью. Журналист работал в престижном журнале по дизайну интерьеров.

– Что вдохновило вас на создание свадебного зала и потрясающей террасы, где можно устраивать свадьбы под открытым небом? – спросил журналист.

– В детстве я мечтала о свадьбе в красивой романтической обстановке и хотела создать сказочное место, где женихи и невесты сыграют волшебную свадьбу своей мечты.

– Вам, должно быть, самой хотелось выйти замуж в «Афродите», – прокомментировал журналист.

Лисса почувствовала на себе взгляд Такиса, и ей стало любопытно, помнит ли он скромный зал, в котором они поженились только потому, что она забеременела. Не следует забывать, отчего он женился на ней.

– Свадьба – особенное мероприятие, где бы оно ни проходило, – сказала она журналисту, надеясь его убедить.

Ближе к ночи Такис и Лисса уехали на машине из отеля. Хотя он утверждал, что она красива, Лисса чувствовала себя неуверенно. Они вошли на виллу, и Такис подхватил ее на руки и понес вверх по лестнице в спальню, не обращая внимания на просьбы Лиссы опустить ее.

– Какая же ты красавица, – тихо произнес он, снимая с нее лиф платья и лаская пальцами ее грудь.

Платье соскользнуло на пол, и Лисса осталась в тонких кружевных трусиках и бриллиантовом колье.

Она смотрела в зеркало, как загорелые руки Такиса касаются ее бледной груди, а на его скулах выступает едва заметный румянец.

– Ты богиня. Моя богиня, – сказал Такис дрожащим голосом.

Быстро раздевшись, он усадил ее на краю кровати и опустился на колени. Разведя ее ноги в стороны, он принялся ласкать и целовать Лиссу.

Их близость снова была изумительной, но Лисса не переставала думать о том, что Такис по‑прежнему недосягаем для нее.

До родов оставалось восемь недель, и Такис настоял на том, чтобы они вернулись в Афины, где Лисса была ближе к частному родильному дому. Он купил дом, который ранее арендовал, и Лисса с радостью оформляла детскую. Она думала, что Такис будет опять подолгу работать в своем кабинете, как прежде, но между ними сохранились близкие отношения, которые сложились