Райский остров - Джилл Барнет

Теодор быстро запрятал драгоценные стекла в свои необъятные карманы и вытащил оттуда какой-то предмет. Он поднял перепачканную руку, и в ней оказался доллар, весь покрытый слоем песка. Хэнк воззрился на доллар и усмехнулся. Только что он сказал себе, что не отвел бы глаз от Смитти и за вагон золота, а тут один доллар – он отвел взгляд от невыразимо прекрасной картины.

Его провели как мальчишку. Он встряхнул головой. Такой всегда была его жизнь.

Сундуки, выловленные из моря, были для Маргарет и спасением, и развлечением. Ей представлялось, что она нашла клад. Надо отдать должное Хэнку: он очень ловко открывал их все подряд. Маргарет, правда, воздержалась от изъявления благодарности. Она была занята: просматривала содержимое одного из двух найденных сундуков.

Вдруг она вскрикнула от испуга: «Где Аннабель?», выпрямилась и тут же вспомнила, что она спит рядом. На всякий случай она проверила, где ребенок. Девочка действительно спала спокойным сном. Затем Маргарет обернулась к детям, крепко зажав в руке свою находку.

– Смотрите, – сказала она громким шепотом, протягивая им кусок французского мыла. Лидия и Теодор, надо отдать им должное, не были потрясены случившимся. Мыло, как и ранее найденные зубные щетки и порошок, не вызвали у них слез умиления.

Маргарет в упоении продолжала говорить:

– Видите? Это мыло. Настоящее мыло. Мы можем принять ванну и наконец вымыть голову. Ванну, настоящую ванну. – Она вздохнула и еще крепче прижала мыло к груди.

Теодор фыркнул.

Маргарет скрестила руки на груди и внимательно по смотрела на мальчика.

– От ванны, молодой человек, не умирают.

Молодой человек вздернул веснушчатый нос.

Она почувствовала на себе взгляд Хэнка и посмотрела на него. Казалось, он тоже созерцает мыло.

– Это я оставлю себе. – Маргарет поторопилась положить мыло в глубокий карман юбки, куда раньше уже были надежно спрятаны зубной порошок и щетки. Впрочем, никто из присутствующих и не претендовал на ее сокровища.

Она и Хэнк последние полчаса все время спорили, что необходимо им в борьбе за существование, а что нет. В результате Маргарет «отвоевала» одежду, расчески, зубные щетки и ленты. Только это последнее привлекло внимание Лидии. Хэнку достался складной нож, инструменты и кремень. Открыв очередной чемодан, он быстро откинул крышку и просмотрел содержимое. Маргарет увидела, как он выудил кепку с большим козырьком, посмотрел на нее и надел на голову. «Сидит прекрасно, наверное, большого размера», – машинально отметила она.

Хэнк нагнулся и стал быстро откладывать в сторону все, по его мнению, ненужное. В это время к нему подошла коза и бросила что-то у его ног. Хэнк нахмурился, нагнулся, взял в руки какой-то предмет, состроил гримасу и закинул его далеко в воду.

Коза что-то проблеяла и направилась вдоль пляжа, видимо, надеясь найти то, что он бросил.

– Что это было?

– Старая никчемная бутылка.

Хэнк нагнулся над ящиком и выбросил еще что-то.

– Ты просто не можешь не выбрасывать вещи.

– Они ничего не стоят, – пробормотал он, продолжая рыться в сундуке.

Маргарет уперлась в бока руками.

– Что это было?

– Это? – Хэнк приподнял за завязки корсет.

Она упрямо приподняла подбородок и твердо сказала:

– Мне это нужно.

Хэнк уставился на нее, как будто увидел в первый раз, потом на корсет, повертел его в руках, снова оценивающе оглядел ее фигуру и деланно нахмурился:

– Думаешь, подойдет?

– Ох, какой ты умный! – оборвала она.

Хэнк хихикал еще минуты две, довольный, своей остроумной шуткой.

– О, вот нечто полезное, – сказал он, доставая из сокровищницы колоду карт и тасуя ее с ловкостью шулера, родившегося с картами в руке. Затем проделал небольшой карточный фокус.

Теодор, естественно, не пропустил такой момент. Затаив дыхание, он робко спросил, нельзя ли ему тоже научиться показывать такой фокус.

– Нет, – резко ответила Маргарет.

– Обязательно, – одновременно сказал Хэнк.

Она бросила на него значительный взгляд.

– Он ведь еще ребенок.

– Тем легче ему будет учиться. – Он отдал карты Теодору, и тот, сидя на песке, попытался перетасовать колоду. Карты летели куда угодно, но только мимо руки мальчика. Озадаченный, Теодор собрал их и отдал Хэнку.

– Вот как надо. – Хэнк наклонился, взял руки паренька в свои и аккуратно перетасовал карты.

Она ничего не сказала, да она и не смогла бы, увидев, как просиявший Теодор переглядывается с Хэнком.

Маргарет посмотрела на Лидию. Судя по всему, девочке тоже хотелось бы присоединиться.

– Может быть, ты и Лидию научишь?

– Я вовсе не хочу возиться с глупыми старыми картами, – фыркнула Лидия и, отвернувшись, отошла к козе.

Маргарет подождала, пока Хэнк выпрямится, и стала сверлить его глазами.

– Ты выбросил одежду, щетку, ленты как якобы не нужные. Но колода карт тебе необходима?

Он пожал плечами:

– Я бантов не ношу.

– Но Лидии они нужны.

Хэнк посмотрел вслед девочке.

– Она что, рыдать ушла? Из-за чего?

– Обиделась.

– Ей лучше не дуться из-за пустяков.

Маргарет возмущенно тряхнула головой. Здесь он ей не помощник. Лидия что-то шептала козе, крепко обняв ее.

Маргарет хотела подойти к девочке, но остановилась на середине пути, встретившись с Лидией глазами. Вернее, они посмотрели друг на друга одновременно. У Маргарет было такое впечатление, что Лидия прочитала ее мысли на расстоянии и намеренно повернулась к ней спиной. Маргарет остановилась. Она очень хотела бы помочь, но не знала как. И поэтому решила не трогать девочку и дать ей побыть наедине с собой. Маргарет также нужно было время, чтобы обдумать положение и попытаться найти какой-то путь к сердцу девочки. Она оглянулась на Хэнка. Он раскладывал вещи в различные кучи, причем делал это так быстро, что Маргарет и глазом моргнуть не успела, как он уже все закончил. Себе он отложил кости, кремень, пистолет, перочинный нож, черные штаны и пояс. Только кости нарушали картину и явно выбивались из ряда вещей.

Она с раздражением отметила про себя, что он откинул в сторону то, что им с Лидией могло бы пригодиться. Вдруг она увидела еще одну гору вещей.

– А это кому?

– Тебе.

– То есть?

– Ну это же твое хозяйство. То, что нужно женщинам.