Шесть лет - Эль Севено

– Снимите номер, Раф! – слышится издалека. Я открываю глаза и понимаю, что мы все еще на озере. Не в его комнате, где каждую ночь мое тело жаждет большего.

– Я немного занят, – отвечает Раф.

Он снова начинает плыть, чтобы увести нас подальше от площадки. Мы подплываем к участку берега, где трава немного выше, а деревьев больше. Раф выходит из воды и кладет меня на землю, а затем выпрямляется, чтобы расстегнуть молнию на своем гидрокостюме. Мой костюм открывает вид только на бикини и ложбинку между грудями. Он снимает верхнюю часть и позволяет ей упасть на бедра. Это видение вторгается в мои ночи день за днем. Обожаю, когда он выглядит именно так. Раф в своей стихии – сексуальная энергия, которая разрушает все моральные устои. Что и происходит со мной сейчас. Я обхватываю его ногами, притягиваю к себе и теперь могу завладеть его ртом и чувственным языком.

Вода охладила наши тела, я дрожу, как только мы соприкасаемся кожей. Но, как ни странно, для меня нет ничего горячее, чем когда он на мне. Раф располагается между моих бедер, его эрекция прижимается к самой чувствительной части моего тела. Мне кажется, что я начинаю просить и каждый раз, когда он делает слабое движение в мое лоно, я чувствую, что вот-вот потеряю сознание.

– Ты не можешь вести себя так каждый раз, когда мы встречаемся, – притворно протестую я.

– Вообще-то могу.

– Любой может нас увидеть.

– Никто не увидит, – нагло врет Раф.

Он продолжает осыпать мою кожу поцелуями. Раф освобождает мою грудь и тут же набрасывается: его рот пожирает мою шею, язык проводит линию к груди. Мое тело выгибается под его ласками.

– Ты знаешь, что мне некогда прохлаждаться с тобой?

– Так вот как ты называешь наш секс? Я бы сказал, что мы трахаемся как кролики.

Я смеюсь.

– Очень сексуально.

Он щекочет меня своей щетиной, вынуждая замолчать. И я еще сильнее дрожу. Я, конечно, мазохистка, раз не хочу лежать с ним и целовать его.

– Я должна идти домой, – слабо протестую я.

– Еще нет.

– Раф… – нас прерывает голос.

Парень останавливается и смотрит вверх. Я вижу две ноги, затем узнаю его тренера, который скрестил руки на груди и с раздражением осматривает нас.

– Тебе платят не за то, чтобы у каждого подростка в округе был стояк.

– Потому что они хотят мое тело – тело мечты…

– Я говорю не об этом. А… об этом.

Тренер переводит палец с Рафа на меня. Раф отстраняется и помогает мне подняться. Хоть я и отпускаю его, он продолжает раздевать меня глазами. Мне действительно нужно уйти, иначе Раф не перестанет заваливать меня на землю. Когда я застегиваю костюм, парень становится похож на грустного щенка.

– Простите, мадемуазель, но у Рафа плотный график. И я не уверен, что он полностью сосредоточен, когда вы рядом.

– Но тогда у меня получается лучше выполнять трюки, – нахально отвечает Раф.

– Потому что ты просто пытаешься покрасоваться!

Я не могу сдержать смех.

– Тебе стоит сосредоточиться, так что я оставлю вас.

Я целую Рафа в щеку и спешу уйти, пока он не попытался меня удержать.

– Вик, подожди!

Ой, кажется, я не была достаточно быстрой.

– Раф, черт возьми! – ворчит позади него грузный тренер. Однако парень не обращает на него внимания и присоединяется ко мне. Я чувствую, как мое сердце тает от радости.

– Увидимся вечером?

Я улыбаюсь. Я хочу этого так же сильно, как и он.

– Чем хочешь заняться?

– Пойдешь ко мне?

– Твоя мама ничего не заподозрит? Ты вообще не приходишь к ней.

– Я совершеннолетний. И не обязан перед ней отчитываться.

– Она не знает, что у тебя есть квартира. Может, стоит ей сказать.

– Чтобы я вообще забыл, что такое покой? Нет, спасибо. Так что?

– Мы можем остаться у тебя … Или сходим куда-нибудь.

– Куда? Здесь нечем заняться.

– Есть кинотеатр. Раз уж ты испортил просмотр фильма в прошлый раз, за тобой должок.

Раф широко улыбается.

– Только попробуй сказать, что не получила кое-что взамен фильма.

– Такое я получаю каждую ночь, – отвечаю ему, а в памяти всплывают картинки.

Он целует меня в последний раз.

– Я зайду за тобой.

– Ладно.

Остаток дня я провожу в лавке, предаваясь мечтам, как подросток. Я начинаю приводить в порядок свою квартиру, просто чтобы подумать о чем-то другом, и, наконец, решаю раздать бесполезные вещи бабушки. Я еще ничего не приобрела для торговой части, потому что мне пришлось устранять повреждения, вызванные протечкой, и решать вопросы с электричеством и водоснабжением с рабочими; но дизайн, который я хочу воплотить, уже вырисовывается в моей голове. Я надеюсь успеть до конца праздников, даже если дело кажется сложным…

Прошел почти месяц после моего возвращения, и я начинаю беспокоиться. Мои скудные сбережения кончаются. Я позвонила отцу и сестре, чтобы узнать, как они, и еще раз сказать им, как сильно по ним скучаю, но я не собираюсь беспокоить их своими денежными проблемами. Не буду никого просить о финансовой помощи.

Тусоваться с Рафом на озере несколько раз в неделю – совсем не идеальный способ добиться прогресса, даже если Раф будет продолжать помогать мне. Нельзя сказать, что нет результата. Мы видимся каждый день, и он все глубже проникает мне в душу. Но нельзя. Так не должно было быть.

Я как раз заканчиваю собирать последнюю коробку для Эммауса, когда с удивлением обнаруживаю, что Раф стоит у стены, наблюдая за моей работой.

– Ты еще не готова! – замечает он, когда я заправляю прядь волос за ухо.

– Я хотела закончить.

– Тебе помочь? – он сразу же начинает снимать пиджак.

– Думаю, закончу завтра. Я слишком хочу пойти с тобой в кино.

Раф приседает рядом со мной. Проводит пальцем по пряди волос, которую я только что убрала, но она снова выбилась.

– Ты вспотела.

– Приму душ, – шепчу я, не в силах отвести от него взгляд.

– Если хочешь, могу потереть спинку.

– Как самоотверженно с твоей стороны, – мягко смеюсь я, поднимаясь. – Но я уже взрослая девочка.

– Да, я знаю.

Неожиданно Раф наклоняется и поднимает меня на руки. Я оказываюсь вверх ногами, цепляясь одной рукой за его плечо. Я слишком легкая, или это он такой сильный?

– Раф!

– Тихо! Я ищу ванную.

Он находит ее очень легко. Квартира небольшая, коридор ведет только в две комнаты. Раф ставит меня в душевую кабину и начинает раздевать, а потом включает воду. В следующую секунду его руки начинают трудиться