Искусственное счастье - Сабина Мамедова

— Намёки? Брось, Кейт. Я просто констатирую факт, — теперь он в открытую смеётся.

— Господи, Лиам, ты что пьян? — нужно поскорее убраться от этого мужчины. Меня пугает его поведение. Пугает осознание того, что могут значить эти слова.

— Не будь такой зажатой, — ещё громче смеётся он. — Я всего лишь пытаюсь быть дружелюбным, Катерина.

И моё сердце пропускает удар. Этого не может быть! Он не может знать. Как? Как такое произошло? Чувствую, как пол под ногами начинает шататься. В голове полная неразбериха и миллион вопросов, на которые у меня нет ответов.

— Ты хорошо себя чувствуешь, детка? Такая бледная, — насмехается ублюдок.

Хочу что-то сказать, но слова застревают в горле. Понимаю, что любые оправдания бессмысленны. Он знает правду, и я не смогу убедить его в обратном. И тут ко мне приходит осознание того, что Лиам ничего не рассказал своей семье. Вот только почему? Он не похож на глупца.

— Что тебе от меня нужно? — откинув стеснение, спрашиваю его.

— Никаких тайных замыслов, — подмигивает мне брюнет. — Мне ничего от тебя не нужно.

— Тогда я не понимаю? — искренне удивляюсь я.

— Почему я не рассказал ему? — догадывается парень. — В прошлый раз это закончилось плохо. Так что теперь пусть сам разбирается в своих проблемах.

— Разве это только его проблемы? — этот парень удивляет меня всё больше. — И почему ты сказал, что в прошлый раз это плохо закончилось?

— Она тебе не рассказала? — удивлённо изрекает он, пропуская первый вопрос мимо ушей.

— О чём? — сейчас мне кажется, что Грейсон знает намного больше, чем я сама.

— Знаешь, а я не удивлён, — вновь игнорирует мой вопрос.

— О чём я не знаю, Лиам? — становлюсь настойчивее.

Парень подходит ближе и практически нависает надо мной, произнося около моего уха:

— Я давно знаю о планах этой стервы, но когда…

— Что здесь происходит? — прерывает Лиама суровый мужской голос.

Отодвигаюсь от Грейсона-младшего так далеко, как только позволяет моё положение, и смотрю на Джо. Он выглядит сбитым с толку и… злым? Боюсь даже представить, что сейчас творится в его голове. Хочу что-то сказать, но меня опережает Лиам.

— Остынь, братец, — непринуждённо произносит парень. — Мы просто общались.

Он подходит к Джо и хлопает его по плечу.

— Я не претендую на твою девушку, — громко смеётся. — Но признаю, малышка в моём вкусе.

— Лучше бы тебе убраться отсюда, Лиам, — зло произносит Джозеф. И я полностью с ним согласна.

— Какие вы оба злые, — вновь смеётся Лиам и направляется к выходу. — На дворе как-никак праздник, будьте добрее, — у самого входа он поднимает бокал, который не выпускал из рук ни на минуту и окидывает нас насмешливым взглядом, — Весёлого Рождества.

Вижу, что парень собирается сказать что-то ещё, но затем, ехидно ухмыльнувшись, покидает террасу.

Стою и не могу пошевелиться. В данный момент чувствую себя, словно нашкодивший ребёнок. Боюсь посмотреть на Джо. Я абсолютно уверена, что он зол на меня. Но парень своим поведением доказывает обратное.

— Ты в порядке, малышка? — он подходит ко мне и нежно обнимает за плечи.

— Да, я…, — не знаю, что сказать. — Просто твой брат, как бы это сказать помягче… ужасен?

— Нет, детка, — он смеётся. — Мой брат грёбаный мудак.

— Мне нечего возразить, — отвечаю ему и, наконец, могу спокойно выдохнуть.

— Если он тебя обидел…

— Давай не будем говорить о твоём брате.

— Хорошо, — соглашается Джо. — И чем мы займёмся дальше? — на его губах расцветает сексуальная улыбка.

— Не знаю, давай сделаем какую-нибудь глупость, — говорю первое, что приходит в голову.

— Глупость? — Джо начинает смеяться. — Мне на ум приходит только одна глупость, которую я хочу с тобой сделать.

— Ты такой испорченный, Грейсон, — притворно надуваю губки и хлопаю его по плечу.

Джозеф вновь смеётся, а затем прижимает меня к себе и дарит страстный поцелуй. И я пропадаю. Плавлюсь в его объятиях. Забываю все причины, по которым не должна находиться здесь. Важен только он.

Его руки гладят мою поясницу, опускаясь всё ниже, и по моему телу разливается волна наслаждения. Внутри меня тугим узлом зарождается желание. Не хочу, чтоб он останавливался. Мне всегда будет мало того, что даёт мне этот мужчина.

— Джо, — из моих губ вырывается протяжный стон. — Не хочу, чтоб ты останавливался.

— Хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь, ангел? — шепчет он около моих губ, в то время как его руки поднимают подол моего платья. — Прямо здесь, где каждый может увидеть нас?

Его губы опускаются на мою шею, а руки всё больше распаляют пожар внутри меня. Одной рукой Джо властно сжимает мою попку, а другая его рука ложится мне между бёдер, проверяя, насколько я готова переступить черту. Не могу сдержать громкого стона. Это всё слишком для меня. Джо безжалостно дразнит, мучает. Ему доставляет удовольствие сводить меня с ума.

— И кто из нас двоих более испорченный, детка? — понизив голос, произносит Джо. А затем его руки отпускают меня, и мужчина отходит назад.

— Что ты делаешь, Джо? — я полностью сбита с толку. Он вновь прижимает моё тело к себе.

— Как бы сильно я ни хотел трахнуть тебя в эту минуту, мы не будем этого делать на родительской террасе, — медленно произносит мучитель, глядя мне в глаза. И тут в моё сознание постепенно просачивается реальность.

— Господи, — не могу поверить, что творю подобное. — Это ты во всём виноват, — легонько отталкиваю его от себя. — Когда ты творишь со мной… такое, я не могу нормально мыслить.

— И мне это безумно нравится, — искренне говорит Джо. — Люблю, когда из-за меня ты сходишь с ума.

— Пожалуйста, прекрати, — закрываю глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Так, чем займёмся, ангел? — непринуждённо спрашивает мой искуситель.

— Чем вы занимались на Рождество в детстве? — серьёзно спрашиваю я.

— Ты серьёзно, ангел?

— Абсолютно.

— Ну у нас была небольшая традиция, — отвечает Грейсон. — Если на улице было много снега, то мы втроём лепили снеговиков. А затем спорили у кого был лучший. Своего рода маленькое соревнование.

— Отлично, — задорно улыбаюсь я. — Тогда мы будем лепить снеговиков.

Глава 12

Джо

— Ты выглядишь счастливым для человека, чья компания терпит крах, — заявляет Мейдер, но я знаю, что он на самом деле рад за меня.

— В этом и была суть моей поездки, — отвечаю ему. — Проветрить мозги.

— Да. Только теперь твой мозг занят не делами, а одной несносной блондинкой.

И этот гад был абсолютно прав. Я не могу перестать думать о