Мы сделаем это вдвоём - Салма Кальк

Я не удержалась, глянула в ту сторону, столкнулась с взглядом странных жёлто-зелёных глаз, поймала улыбку. Сухо кивнула в ответ. Где вы были, господа, три с небольшим года назад, весной? Подумаешь, обошли бы друга его величества, и что? Друг бы пережил, я полагаю.

- Рад видеть вас, маркиза, - Саваж склонился к моей руке.

- А раз вы не подвинули моего друга дю Трамбле, то извольте отойти и сейчас, - сказал ему король.

Сегодня он был не в золотом с чёрным, но наоборот – в чёрном с золотой отделкой. Саваж поклонился и отбыл – порталом, вот прямо порталом и прямо из-под королевского носа, а я слышала, что использование порталов на территории дворца запрещено.

- Госпожа маркиза, благодарю вас за точность, - сказал мне король и подал руку. – Прогуляемся?

Я только молча кивнула и приняла его руку. Мы пошли по дорожке – другой, широкой и хорошо отсыпанной, а Мари и придворные остались ждать нас у фонтана.

- Я тоже рад вас видеть, маркиза, не только Саваж, - говорил король. – Мне бы хотелось видеть вас чаще. Её величество тоже просила передать, что желает беседовать с вами, вы произвели на неё очень хорошее впечатление, а это, сами понимаете, дорогого стоит.

- Я благодарна её величеству за внимание, - только и сказала я.

Я смотрела под ноги, не на своего спутника. Не нужно мне на него смотреть.

- Вы очень изменились, маркиза. Дочь графа де Рьена запомнилась мне совершенно иной.

- Все мы меняемся с годами, и не всегда к лучшему. Наверное, я слишком много времени провела в провинции, и разучилась проводить время при дворе.

- И чем же вы занимались в провинции?

- Делами имущества моего супруга. У меня растёт сын, он должен унаследовать земли, замки и всё прочее, что принадлежит ему по праву.

- Неужели маркиз не заботится о будущем сына?

- Заботится, как может, и как он это понимает, - маркиз – его друг, кто их знает, о чём они говорят между собой?

- И что же, вам не было скучно?

- Нет, ваше величество, не было.

- Но вчера на балу вы определено скучали.

- Сложно не заскучать на чужом празднике, в котором не можешь участвовать.

- Что с вами случилось?

Он задал этот вопрос и остановился так резко, что я споткнулась на ровном месте и чуть не упала прямо там. Это раньше Женевьев де Рьен ходила легко и не падала на ровном месте, с Женевьев дю Трамбле такое случалось сплошь и рядом.

Король подхватил меня и не дал упасть. Поставил на землю, но не отпустил, легко придерживал за талию.

- Посмотрите на меня, Женевьев.

Надо же, он даже помнит моё имя. Я подняла взгляд и упёрлась в его глаза, сейчас, под солнцем, они казались скорее синими, чем серыми. Он смотрел внимательно… а потом вдруг улыбнулся.

- Раньше вы виделись этаким огненным мотыльком – лёгким, прекрасным, порхающим. А сейчас я вижу глухую стальную оболочку, а что внутри – никак не могу понять.

- То и есть, вы видите правильно, - выдохнула я. – Ничего лёгкого и порхающего. Нет и не будет.

Он смотрел… и продолжал улыбаться.

- Вы позволите беседовать с вами время от времени?

- Разве я могу не позволить? – усмешку я себе позволила.

- Что же, вы думаете, я стану навязывать вам своё общество? – нахмурился он.

- Я думаю, ваше величество поступит так, как сочтёт нужным, - я не могла смотреть на дорожку, и смотрела на вышивку его камзола.

- Вы верно сказали – как сочту нужным. Мне нужно, чтобы вы были рядом, хотя бы время от времени.

- Я могу приезжать в столицу раз в два-три месяца и проводить несколько дней при дворе, - я решилась взглянуть на него.

Я не увидела ни тени раздражения на лице, только внимание. И… нешуточный интерес, вот как это называется.

- Я буду рад, если вы станете ближней дамой её величества.

А будет ли рада королева? Или её тоже не спрашивают?

- А если я попрошу разрешения удалиться обратно во владения своего мужа? Мне следует обратиться к её величеству? Или можно прямо к вам?

- Может быть, мы придём к разумному соглашению? Я весьма рад тем землевладельцам, которые что-то понимают о своих владениях, и уж конечно, я не буду препятствовать вам, раз вы готовы приглядывать за заметной частью моего королевства. Но мне будет приятно, если вы найдёте время и для меня тоже.

- Ваше величество, вы можете просто приказать.

- Я так понимаю, вам уже приказали. Граф де Рьен, потом маркиз дю Трамбле. И что в итоге? Вместо живой и прелестной дамы я вижу спотыкающуюся на каждом шагу стальную оболочку, и не знаю, есть ли у неё что-то внутри. И хотел бы это узнать.

- Там может не оказаться ничего, привлекательного для вас.

- Позвольте мне самому судить о том, что мне привлекательно, госпожа маркиза. Давно ли вам говорили, как вы красивы? Почему-то мне кажется, что давно. Так вот, послушайте. Я не умею слагать стихи, и извилисто говорить не умею тоже, поэтому скажу прямо – вы прекрасны необыкновенно. Ваши серые сверкающие гневом глаза, ваш пепельный локон на шее, ваш тонкий стан и ваши изящные пальцы – всё это прекрасно. И даже ваш весьма язвительный язычок прекрасен, мне кажется, будто от вас сейчас искры полетят.

- Не полетят, - невежливо ответила я. – Это невозможно. Я более не маг.

- Вот в чём дело, - кивнул он. – Понятно. Вы выгорели? Потому что… дю Трамбле простец, и не мог дать вам того, что дал бы в браке маг?

- Нет.

- Тогда как это случилось? – он смотрел цепко и не давал возможности отвести взгляд.

- По воле моего отца и маркиза дю Трамбле. Ваше величество может расспросить их обоих.

Не знаю, почему я не упомянула графа де Реньяна. Почувствовала, что он может быть полезен мне самой?

Где-то вдали часы пробили десять.

- Я так и сделаю, - кивнул он. – Благодарю вас, маркиза, за разговор. И за откровенность. Надеюсь ещё говорить с вами в будущем, мне очень нравится говорить с вами, и я хочу сделать