Останься навсегда - Кэролайн Андерсон

Оливер и представить себе не мог, чем обернется этот вечер.

Добравшись до дома Джули и Стива, они были встречены невероятным шумом, с которым дети буквально слетели вниз по лестнице, крича: «Дядя Оливер!» Но как только приветственные крики смолкли, наступила такая тишина, что Кейт показалось, что прямо у нее на глазах между ней и семьей Оливера вырастает кирпичная стена.

Но Джули – добрая, славная Джули – разрушила эту стену в мгновение ока. Негромко вскрикнув, она протянула руки к Кейт, и та шагнула в ее объятия, чувствуя, как глаза наполняются слезами, и крепко обняла ее.

– Как я рада снова тебя видеть… – прошептала она сквозь слезы.

– И я рада. Дай взглянуть на тебя. – Джули немного отстранила ее и досадливо поморщилась. – Выглядишь усталой. Все такая же симпатяжка, но ужасно усталая. Это он тебя загонял по своей клинике?

Кейт пожала плечами:

– Мы все не молодеем. А вот ты выглядишь просто чудесно. И это с пятью-то детьми!

Стив фыркнул:

– Поверь, на самом деле это сущие пустяки.

«Если бы», – подумала Кейт.

– Как ты? Рад снова видеть тебя.

Он наклонился и поцеловал ее в щеку, слегка сжав ее плечо, словно поддерживая. Он был хорошим человеком. Кейт невольно спросила себя, что все они подумали о ней, когда она вот так внезапно исчезла из их жизни? Но сейчас был явно не самый лучший момент для подобных вопросов.

– Ну а где же ваша новорожденная? – спросила она, натянув на лицо широкую улыбку.

А подняв глаза, увидела Оливера, державшего в руках крошечный сверток. Оливер с нежностью и восхищением смотрел на лицо малышки, а потом поднял голову, и их глаза встретились.

Может ли быть еще больнее?.. Кейт по-прежнему улыбалась, заставляя себя сделать то, чего все от нее ждали, и отчаянно надеясь, что сможет при этом удержаться на ногах.

Она медленно подошла к нему, наклонилась и приняла крошечный сверток из рук мужчины, которого любила всю жизнь. Личико девочки было прекрасно – темно-синие глазки, с любопытством разглядывающие ее, маленький вздернутый носик, крошечный ротик с алыми губками.

Вот этого счастья природа лишила ее. Кейт снова почувствовала комок в горле. Она держала в руках легкое, почти невесомое сокровище – беззащитное, беспомощное и уязвимое. Уже в пятый раз Джули и Стив удостаиваются этого бесценного дара, а у нее и Оливера этого не будет никогда.

«У меня не будет», – напомнила она себе. А у него все еще может быть, если они не будут вместе. Так что встреча с Джули и малышкой должна стать еще одним напоминанием о том, что нельзя сейчас не сопротивляться его обаянию. Вернуть все обратно сейчас до смешного легко, но нужно быть сильной – ради него. Быть сильной и отпустить его.

– Она просто прелесть, – произнесла Кейт дежурную фразу. – И сразу заметно, что ваша, – добавила она, с облегчением передавая сверток Стиву. – Я бы сказала, что она пошла в папу. – Кейт повернулась к обступившим Оливера детям. – Так, ну а кто тут у нас? Бен, если не ошибаюсь? И Лорна, – сказала она, обращаясь к старшим. – Вы наверняка будете рады услышать, что я бы никогда в жизни не узнала вас, если бы встретила на улице – через пять-то лет! – но вот вас двоих я точно никогда не видела.

– Я Сэм, – сказал третий. – А это Джо.

Кейт торжественно поздоровалась с обоими и с улыбкой повернулась к Лорне:

– Трое братьев! Ты, наверное, очень рада наконец получить сестренку?

Лорна кивнула:

– Братья – это еще ничего. Но больше братьев не хочу! – И она с отвращением наморщила нос.

– Мы будем ее одевать, – сказал Сэм. – Как куклу.

– Нет, не будем! Она ребенок, а не кукла, – заявил Бен со всей авторитетностью старшего брата.

Губы Сэма задрожали.

– Но я хочу ее одевать!

– Перехочешь, – сказал ему Бен. – Да ты и держать-то ее не сможешь, ты еще маленький.

– Ну-ну, не надо ссориться, – подала голос Джули. – Так, а сейчас… кто хочет собрать этот пазл? Уверена, что дядя Оливер сложит его раньше, чем вы найдете два первых куска!

Кейт до боли хотелось даже не уйти, а убежать отсюда, из этого маленького уютного мирка, которого у нее самой никогда не будет. Но в эту минуту сверху спустилась мать Оливера и замерла на нижней ступеньке, вцепившись рукой в перила.

– Кейт, – произнесла она, и ее лицо, покрывшееся за эти пять лет глубокими морщинами, побледнело. – Здравствуй, дорогая. Как ты?

Кейт с трудом сглотнула. Почему ей так тяжело? Зачем она вообще здесь? Не надо было позволять Оливеру уговорить ее приехать сюда.

– Отлично, спасибо. Рада видеть вас. Я слышала о вашем муже… Соболезную.