Низвержение Света - Тальяна Орлова

Но все за столом согласно закивали, словно каждый собственными глазами видел, как злобный некромант издевался над его любимой кошкой. Я усмехнулась – и этот тихий звук заставил присутствующих посмотреть на меня. Пришлось хоть что-то объяснять:

– А я читала в другой книге, что магия одинакова, просто одному одаренному проще ее показывать темным цветом, а другому – белым. Но когда случались какие-нибудь неприятности, то надо было найти виноватого. Винить всегда проще того, кто хоть чем-то отличается от остальных. Это то же самое, когда мне запретили танцевать на городской площади, хотя любой другой девушке спокойно простили бы – дело не в танце, а в том, что я выгляжу иначе. Может, преступление всех демонов в том же самом? Зачем искать правду, если враг так удобно выделяется? Это не я придумала, в книге прочитала.

Леди Нарра нахмурилась:

– Это что же за книга такая? Ни разу подобной чуши не слышала.

Мне не пришлось придумывать название, поскольку Айла зацепилась за другое:

– Танцевать?! Ви, ты умеешь танцевать?

Лиена закатила глаза от каких-то воспоминаний:

– А я однажды видела, как танцевали деревенские девушки. Они взялись за руки и плавно пошли по кругу. Выглядело очень захватывающе!

– И я бы посмотрел, – подхватил Миран, который обычно отмалчивался. Притом продолжал пялиться на меня.

Ну если так интересно, то с меня не убудет. Я предложила без лишних кривляний:

– Могу как-нибудь показать. Клянусь, что ни одна светлая душа в процессе не превратится в темную. Это просто танец, ничего необычного.

Дети герцога подтянулись и нетерпеливо уставились на отца. Но Винсент Мейз покачал головой и объяснил:

– Когда объезжаю свои земли, часто вижу, как простые люди танцуют и поют. По-моему, ничего особенного. И они не идут после этого убивать своих соседей и не поддаются бесконтрольной похоти. Но все же есть в этом действе нечто заразное, особенно для юных умов. Какой-то легкий пьянящий эффект: если песня грустная, то сам начинаешь грустить безо всяких оснований, а если веселая и громкая, то хочется подергать ногой в такт. Я не вижу в этом греха, но Айле надо для начала выйти замуж за хорошего человека. Вдруг он будет придерживаться старых порядков? Вы отлично знаете, что чем ближе к столице, тем больше магических орденов. Без танцев прожить запросто, а попробуй проживи в семье со строгими правилами, если вдруг подхватишь эту заразу и когда-нибудь после чарки крепкого вина не сможешь себя сдержать?

– Ну папа, какой муж? – возмутилась Айла. – Клятый крин, мне всего пятнадцать! Я хочу быть как Ви – сильной и свободной!

Леди Нарра укоризненно покосилась почему-то в мою сторону и сразу переключилась на другую тему:

– Айлу приглашают на все банкеты в этом сезоне, но пока ей там следует смиренно помалкивать. Особенно с такими словечками, смысл которых без труда угадывается. А вот Мирану уже вполне можно осмотреться на предмет симпатий. Нашему сыну ни одна не откажет, ведь он воспитан, образован и наследует титул!

Я проигнорировала очередной томный взгляд Мирана в мою сторону, тем временем женщины уже бурно обсуждали предстоящие праздники. От меня отстали. И как раз принесли десерты, коими я могла заняться. Как и вернуться к своим мыслям.

Я тоже представления не имела, сами ушли демоны во Мрак или их туда силой загнали, но это вряд ли имело принципиальное значение. Мои предки действительно пытались обжиться в том мрачном и неблагоприятном мире, лишь бы защитить уже себя от бесконечного и беспричинного истребления. Но с ресурсами там сложно, особенно с водой. Чтобы вырастить урожай, который здесь появляется почти сам собой – от единого брошенного зерна, там приходится очень постараться, в том числе и постоянно воевать за каждый ручеек. Стоило только населению Мрака разрастись, как эта проблема разделила демонов. На родине нет сторон света, но первые пришедшие туда назвали их так, как привыкли. В итоге образовалось четыре крупных клана: белые демоны севера, желтые демоны востока, черные демоны юга, и мы – красные демоны запада. В условиях жесткой нехватки ресурсов мои предки были вынуждены сражаться друг с другом, разделяясь на «своих» и «чужих». Некоторые время от времени ставили под сомнение такой расклад сил и прорывались сквозь барьер на Свет. Еще каких-то сто лет назад демоны покидали Мрак десятками. Очевидно, нередко достигали успеха, уходили от преследования, обживались при Свете, оттого полукровки и продолжают мять ногами эту землю. Ни один не вернулся обратно, поэтому пробелы я заполнила, когда уже оказалась здесь.

Однако когда нынешний император взошел на престол, он направил всю государственную мощь на усиление барьера и организацию кордонов охраны, чтобы никто со стороны Света умышленно или неосознанно не нарушил магическую границу. Со стороны Мрака она стала непроницаемой – заживо сжигала любого, кто лишь попытается войти в серебристое облако. И когда путь окончательно перекрыли, демоны поняли, что больше надежды нет – и войны между ними стали более жестокими. Несколько поколений подряд мои предки ожесточали сердца и тренировали тела – раз уж выжить суждено не всем, то пусть в числе спасенных окажутся свои. Среди демонов нет неодаренных магией – хоть капля силы имеется у каждого. Самые талантливые пытались найти способ преодолеть барьер, видя лишь в этом спасение. Но надежда угасала с каждым десятилетием.

Когда на нас напали черные демоны, мы уже знали, что это конец. Их было больше, а наша земля – самая плодородная. Потому они шли на нас уже с полным осознанием, что назад не повернут, потому и сражались отчаяннее. На моих глазах погиб отец, ранили старшего брата, все наши подданные умирали один за другим. Мне было почти четырнадцать, я владела родовым кинжалом, но все же вряд ли бы устояла против обученного взрослого воина. И когда собралась прыгнуть в гущу схватки, меня за волосы оттащил назад старый учитель. Приволок в свою каморку и указал на магическую сферу. Он уже много лет подряд раздражал моих родителей рассказами о своей задумке – теоретически эта сфера могла миновать барьер, поскольку тот не распознает плоть, спрятанную внутри. Никаких исследований учитель провести не успел, но сейчас силой пихал меня внутрь. Я была не согласна – мне уже хватало ума понять, что к концу дня ни одного из красных демонов в живых не останется. Значит, мне следовало умереть вместе с ними. И тогда в каморке появилась мама – вытерла грязной рукой окровавленный лоб, послушала пару секунд мои стенания и с размаха ударила меня по щеке. А потом процедила сквозь зубы:

– Виалара-Хорра, возьми себя в руки и сделай что должна. Мы не знаем, где будет страшнее – здесь или в этой сфере. Но ты обязана попытаться. Если из красных демонов не выживет никто, то и некому будет отомстить.

И тогда я поняла, что бросить их – это не слабость, а миссия. У меня не было имбиг – младших сестер. И просто по этой причине должны были пытаться спасти именно меня. Братья все же сражались лучше – они перед смертью хоть нескольких черных с собой заберут, от меня такого же прока не будет. Не имею представления, как учитель доставил сферу к барьеру и как запустил ее в облако. Возможно, ему помогали мои сородичи, или он все же построил экспериментальный образец своей установки. Но после долгого шума в ушах и серых волн перед глазами я рухнула куда-то, от удара стены раскололись, а я ослепла. На самом деле ослепла, поскольку глаза очень долгое время не могли привыкнуть к яркости света. И я продолжала лежать, заодно позволяя телу хоть немного исцелиться после мощного удара о землю. Учитель был прав, сфера прошла барьер беспрепятственно, а это обилие зелени, сини и яркости служило свидетельством, что я оказалась в ином мире. О том, что дальше мне придется столкнуться с охраной, я пока не знала. Но ведь и они не знали, что к ним иду я – Виалара-Хорра, жена бога, возлюбленная дочь клана красных демонов. Путь от барьера до замка герцога занял у меня около шести лет, я освоилась, почти перестала считаться странной, узнала много нового, о чем во Мраке и представления не имеют. И, кажется, до сих пор не совершила ни единой серьезной ошибки, раз налицо столь значимый прогресс в моем положении…

Я вздрогнула и сильно напряглась, забыв о десерте, поскольку старые мысли столкнулись с новой, крайне неожиданной. За столом все еще весело обсуждали