Ведьма для императора - Дарья Ву

class="p1">Он уже укладывал меня в постель. Вот только мне отпускать совсем не хотелось. Наоборот, прижаться сильнее. Ведь помимо запаха, он был такой тёплый. Невероятно, приятно тёплый. А мне, после бадьи, очень хотелось согреться. Поэтому-то я не выпускала его, а, наоборот, прижалась сильнее и потёрлась щекой о голую шею.

Я почувствовала, как напрягся господин, а ещё, что тоже меня не выпускал. Да, убрал руку из-под моих коленок, но не со спины. Он сглотнул, отчего его кадык заметно перекатился. Взгляд Коэна смягчился, потемнел. Я облизнула губы. Он потянулся к ним.

В дверь постучали.

— Могу я войти? — раздался с улицы голос хозяйки.

— Сейчас, — отозвался господин, впопыхах закутывая меня в верхнее платье поверх ничего.

Наспех и слишком туго затянув на мне пояс, Коэн поспешил открыть дверь и впустить хозяйку. Он с порога забрал у неё корзину, гружённую едой, и потянулся за пухлым, крупным кувшином, но его хозяйка отдавать отказалась.

Коэн и хозяйка уселись за стол. Я присоединилась к ним, усевшись под боком господина.

— Ваш муж не придёт? — поинтересовался Коэн, поглядывая на браслет из красного камня, который носила хозяйка.

— Сегодня его нет в общине, — улыбнулась она, но браслет прикрыла.

Коэн общался с хозяйкой легко и расслабленно, Я то пыталась вклиниться, то натурально засыпала, но старательно себя будила. Коэн с хозяйкой уже вместе над чем-то смеялись, а кувшин на удивление легко поднимался со стола, словно там уже и пить было нечего. Протерев глаза, я опёрлась обеими руками о стол и уложила подбородок на сплетённые пальцы.

— Но почему у нас? — заплетающимся языком спросила хозяйка про наш выбор на праздник.

— Если честно, — наклонился к ней господин, словно готовился выдать секрет, — то у меня здесь была встреча с одним нелюдем.

— Мы не против нелюдей, — замахала хозяйка ладошкой.

— И даже не против Хасели? — Коэн словно удивился.

Хозяйка нахмурилась.

— И даже не против Мэйру?

— А вы? — сузила глаза хозяйка.

— За них, — кивнул Коэн со знанием.

К моему непониманию хозяйка расплылась в улыбке и сообщила, что за такое можно выпить. Однако она с грустью отметила, что нечего. Тогда Коэн сообщил, что нет ничего лучше беседы со столь замечательной женщиной. И дело не в вине, а, значит, оно не нужно вовсе. От его явных заигрываний меня замутило. Потому я поковыляла за ширму умыться. Господин же обсуждал с хозяйкой какие-то встречи, общих знакомых, тайные собрания и прочие непонятные мне вещи. Спустя некоторое время, пообещал продолжить чудесную беседу в другой день, он сказал, что жаль расставаться с такой чудесной женщиной, но настойчиво проводил её за дверь.

И запер. Я выглянула из-за ширмы.

Господин приложился лбом к деревянному косяку. Развернулся слишком резко, отчего слегка покачнулся.

— Пора спать, — уверенно сообщил он, с трудом идя к постели.

— Ты же говорил, что еженощный сон не нужен?

— Спать, Летта. Живо.

Глава 35

Мы улеглись на широкую, но твёрдую постель и потушили свет. Я зевала, но никак не могла заснуть. Всё думала: про кого господин говорил с местной хозяйкой?

— Не вертись, — шикнул на меня Коэн.

В ответ я повернулась на бок и вгляделась в его профиль, с трудом просматриваемый в темноте. Чего-то не хватало.

— Рогов нет.

— И не должно быть, — сказал господин устало, кажется, он улыбнулся. — Слеза феи.

— Так снимите. Зачем она на ночь?

— Не хочу пугать тебя, — господин лежал на спине и не смотрел на меня.

— И не испугаете.

Я села и, не услышав протеста, потянулась к верёвочке на его шее. Сняла через голову, нависнув над господином, и ощутила, как его тёплые, шероховатые руки поддержали меня за талию, чтоб не повалилась сверху.

Рога вернулись. С ними я заметила, что из опьянённых глаз господина исчезла всякая зелень, черты лица заострились. Даже зубы в приоткрывшемся рту казались острее. Кожа господина выглядела очень бледной, а может, так виделось из-за окружавшей нас ночной темноты.

— Вы красивый, а не страшный.

Мы оба были пьяны. Иначе то, что произошло позже, я объяснить не могла.

Господин сжал мою талию. Я ойкнула. Он перевернулся, накрыв меня собой.

— Поиграем? — спросил хрипло, но ответа явно не ждал.

— Да! Нет. А печать?

Он рассмеялся. Хрипло, низко, но совсем безобидно. Поцеловал мою шею и пообещал, что это ещë не соитие, и если я не хочу быть сверху, он с радостью возьмëт ведущую роль на себя.

Коэн знающе потянул за мой пояс. Он говорил, что многие пары развлекаются так, а сам целовал мои обнажившиеся плечи. Я чуть не сболтнула, что мы-то не пара, но вовремя прикусила язык.

— Одни использует это как прелюдию, — его губы опаляли горячим дыханием мою грудь. — Другие просто так, как мы.

Он освободил меня от распахнувшихся одежд и отстранился любуясь. Отодвинулся к моим ногам и сел между ними. Я сжалась. Напряжение прошлось по всему телу, но страха не было. Лишь любопытство. Что же дальше?

И господин не заставил ждать. Его ладони, такие большие и крепкие, накрыли мою грудь и слегка сжали. Мягкими улиточками спустились по бокам к бёдрам. Прочертили когтями тонкие светлые полосы от внешних сторон ко внутренним и раздвинули ноги.

— Вы уверены, что так можно? — от смущения голос мой еле слышен.

Я взглянула на его левую руку, на ту еë часть, где виднелась опоясывающая печать помолвки. Он хохотнул и лёг.

— Можно, — прикусил внутреннюю часть моего бедра. — Доверься мне, Капелька.

Я вскрикнула и ощутила, как господин подул на место укуса. Горячий язык прошёлся вверх по ноге. Отстранился. Господин медленно, осторожно коснулся поцелуем низа моего живота. Я вздрогнула. Пусть он умело обходил стороной ту самую мою часть, в которой я, на удивление, больше всего желала ощутить его дыхание, приятный жар распространялся по моему телу. Господин, как и обещал, играл. Не торопился, будто случайно временами задевая касаниями мои половые губы. Целовал и лизал ту часть, где нога соединяется с телом, и поддувал на самую чувствительную часть меня.

Я крепко сжала простыни в руках и запрокинула голову, не в силах смотреть на него. Закрыла глаза и прикусила нижнюю губу, будто это могло помочь спрятаться. Да, я могла остановить его, могла отскочить, но хотела-то иного.

И получила.

Его язык, горячий и влажный, прошёлся меж складочками вверх к клитору. Господин схватил мои бёдра сильными руками и согнул мои ноги в коленях. Я охнула и раскрыла глаза. Господин безобидно прикусил. Так нежно и страстно. И с таким желанием. Он то