Доверься мне - Бекка Мак

Прежде чем я успеваю осознать, как улыбка Картера теряет уверенность, он открывает ящик. Он вынимает небольшой коричневый пакет, и прочищает горло.

— Эм, возможно, это немного странно, но у меня для тебя есть кое-что…

— Оливия!

Картер захлопывает ящик, пакет остается внутри, его щеки пылают, когда Адам прижимает меня к себе, а я умираю от любопытства.

— Картер сказал, что ты придешь, но никто не поверил.

Гарретт поднимает руку.

— Я поверил в то, что ты здесь будешь. Ставил на это сто баксов, — он вытаскивает из джинсов пачку денег, веером разбрасывая их перед лицом. — Спасибо, что пришла.

Эммет вытаскивает одну купюру и сует ее мне в руку.

— Олли заслуживает одну из них, ведь это благодаря ей у тебя их столько.

Кара крадет купюру.

— А мне одну, потому что это я ее привела.

— Чертовы проценты, — ворчит Гарретт, убирая свои деньги, пока никто не забрал еще пару купюр.

Кара похлопывает Адама по плечу.

— Ты знал, что ты любимый вратарь Лив?

Его лицо озаряется, он выпрямляется и гордо проводит ладонью по своей груди.

— Правда? Я?

— Да, — я не обращаю внимания на шокированный взгляд Картера, в его глазах читается обида. — Ты непоколебим как кирпичная стена. — Я также считаю, что Адам — самый милый человек в лиге. Каждый раз, когда ему делают комплимент в послематчевом интервью, он стесняется и отворачивается от камеры.

— Олли пятнадцать лет играла в хоккей, — говорит ему Картер.

— Правда? — Адам оглядывает меня с ног до головы. — Хочется думать, что была ты вратарем, но ты чертовски маленькая, — он поджимает губы. — Прости. Крошечность — это не плохо, просто…

— Не очень хорошо для вратаря, понимаю. Я пыталась им быть целый год, когда мне было восемь, — я морщу нос. — Это ужасно. Я не справляюсь с чувством вины, которое приходит после проигрыша. Слишком чувствительна и не могу отделить себя от неудачи — я плакала всю дорогу домой, потому что винила себя.

Адам кивает и кивает на Картера, Гаррета и Эммета и остальных членов команды, сидящих по разным углам дома.

— Некоторые поражения тяжелее других, но справиться с ними всегда проще, когда рядом эти ребята, готовые поддержать меня.

— Твоя девушка здесь? Мы не знакомы.

— О, э… — Адам почесал свой затылок. — Нет, сегодня она не в настроении. Может быть, в следующий раз. Ты ей понравишься.

Ты возненавидишь ее, губами говорит Кара через его плечо, и взгляды всех остальных, включая Картера, говорят мне то же самое.

— Я буду с нетерпением ждать нашей встречи, — я подталкиваю Гаррета. — А как насчет тебя? Кто-нибудь особенный?

— Не-а, — он слегка улыбается и подмигивает мне. — А что, ищешь кого поцеловать в полночь?

Картер усмехается, размахивая руками.

— Ты не можешь в полночь целовать мою спутницу!

— Ради Бога, Картер, это не свидание.

— Ты не можешь целовать девушку, которую я не звал на свидание, но мы на самом деле с ней на свидании, в полночь!

Я закатываю глаза и прячу улыбку за рукой.

Гарретт наклоняется ко мне, приближая рот к моему уху.

— Раскрывая все карты, я поставил пятьсот баксов на то, что ты поцелуешь его в полночь.

Прежде чем я успеваю ответить, из столовой доносятся аплодисменты, и Гарретт хлопает в ладоши.

— Да ладно, Лив. Давай поиграем в бир-понг11, — он тащит меня в переполненную комнату, где на роскошном столе из спилов клена стоят красные стаканы и мячики для пинг-понга. — Ты можешь быть моим напарником. Мы заставим Картера и Адама рыдать.

Картер идет позади нас, засунув руки в карманы, и смотрит на руку Гарретта, обхватившую мое бедро.

О, Боже. Мистер Беккет ревнует.

Его взгляд переходит на меня, и уголок его рта подергивается в ухмылке. Он подлетает ко мне, пока Гарретт и Адам наливают пиво по шести стаканам, расставляя их в форме треугольника на противоположных концах стола.

Его горячий взгляд обжигает каждый участок моего тела, которого он касается.

— Хочешь сделать игру интереснее?

Мои пальцы проскальзывают по его пуговицам.

— Что предлагаешь?

Он переводит взгляд на мои губы.

— Если я выиграю, то получу твой полуночный поцелуй.

Мне перехватывает дыхание, Кара довольно хихикает. Прошло пару лет, но в университете мы были королевами бир-понга. Нас никто не мог победить.

— А если выиграю я?

— Не выиграешь. У меня слишком серьезная мотивация.

Надо отдать ему должное, его упорство восхищает. Я провожу пальцем по его торсу и останавливаюсь чуть выше пояса джинсов. Единственный выпитый напиток дал мне прямо в голову, потому что я всерьез думаю о том, что позже, вероятно, засуну туда всю руку. — Не смеши меня.

Его зеленые глаза искрятся от восторга.

— А чего ты хочешь?

Если быть честной, я бы хотела, чтобы мне помассировали ноги и вежливо проводили в новый год, но просьба, которая вырывается у меня изо рта, намного скромнее.

— Ты сводишь меня на Холодное сердце 2, — я умираю от желания посмотреть этот мультфильм, а он скорее умрет, чем окажется в общественном кинотеатре с девушкой, на мультике с диснеевскими принцессами.

Все вдруг вздыхают, словно знают что-то, чего не знаю я.

Кожа вокруг глаз Картера морщится, его широкая улыбка показывает ямочки.

— Договорились, — его пальцы заправляют за уши мои распущенные локоны, рука скользит к моему затылку, притягивая меня ближе. — Шучу, Ол, — он касается нежным, едва уловимым поцелуем моей челюсти, теплое дыхание опускается по моей шее, заставляя меня трепетать. — Я люблю Диснеевские мультики, так еще и пойду с тобой на свидание, — он отходит от стола с мячиком для пинг-понга в руках и добавляет: — Теперь я выиграл независимо от исхода этой игры.

Картер хорош, как и ожидалось. Адам и Гарретт тоже.

Но я лучше.

Когда мы с Гарретом выигрываем первую партию, Картер быстро объявляет, что это только первый раунд из трех. А когда мы выигрываем и вторую игру, это вдруг становится вторым раундов из пяти.

Когда во время третьего раунда я попадаю первым мячиком, Гарретт поднимает меня, а толпа, которую мы собрали вокруг нас, кричит.

— Я никогда не видел, чтобы Картер проигрывал в чем-либо столько раз подряд, — шепчет Гаррет, опуская меня на землю, его рука на моей спине.

Я поднимаю глаза, чтобы встретиться с прикованным к нам разъяренным взглядом Картера, его челюсть нервно дергается. Непонятно на что он так реагирует — на проигрыш или на то, что Гарретт так откровенно флиртует со мной все это время.

Шарики для пинг-понга летают по воздуху, пока мы набираем очки в течение