Дракон по обмену - Дарина Ромм

Дверь моей комнаты распахнулась, внутрь влетела Делайя, и тоже кинулась к окну, потеснив меня:

– Почему ты убежала, Елизавета? Надо было остаться у ворот и поближе посмотреть на них.

 Она прилипла носом к стеклу:

– Святые метлы, какой же он красавец! Я как-то раз видела его издалека, и даже тогда почти облизывалась. Но вблизи он еще лучше.

– Ты о ком говоришь, подруга? – в груди вдруг шевельнулось что-то злое, нехорошее.

Не отрывая взгляда от стоящих посреди двора мужчин, ведьмочка сладко потянулась, томно провела ладонями по груди и промурлыкала:

– Про Родерика Сторвилла, конечно. Не про этого же старого хрыча Ракарвисса. Ну сама посмотри на него, подруга. Ведь правда, он просто потрясающий?

Она вдруг схватила меня за руку и выдернула из-за шторки, за которой я пряталась:

– Иди сюда, а то тебе плохо видно.

В этот момент, будто почувствовав, Родерик Сторвилл медленно повернул голову и безошибочно нашел взглядом мое окно.

Темно-карие глаза прошлись по двум прилипшим к стеклу женским фигуркам, и остановились на мне.

Уголки твердых губ чуть дрогнули в довольной улыбке. В глазах вспыхнуло что-то странное, от чего мое сердце на миг замерло, а затем дернулось и понеслось вскачь.

Несколько бесконечно долгих секунд мы смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляды. Затем гадский Родерик Сторвилл растянул губы в плотоядной ухмылке и отвернулся.

Я дернулась прочь от окна и с усилием выдохнула – нет, не мог он меня узнать!

Единственное, что он тогда мог разглядеть, это цвет глаз и короткие волосы. И то и другое я изменила, значит нечего и опасаться. Это мне просто от страха мерещится, что он посмотрел как-то особенно.

Не слишком себя успокоив, я плюхнулась в кресло и принялась перебирать варианты куда мне бежать, и как спасаться, если все-таки гости прибыли в академию по мою душу.

– Ты видела? – Делайя наконец отлипла от окна и теперь радостно прыгала по комнате. – Видела, как он на меня посмотрел? О, святые метлы, я думала прямо тут растекусь лужицей от его страстного взгляда. Какой мужчина!

Она раскинула руки и начала кружиться по комнате:

– Надеюсь, мой красавец останется хоть ненадолго в академии и у меня будет возможность подобраться к нему поближе.

Ведьма остановилась и растянула губы в победной улыбке:

– А если он не будет достаточно податливым, то у меня есть кое-какие зелья в запасе… Ты мне поможешь, подруга.

– Ты о чем, Делайя? – на меня вдруг начала накатывать жуткая ненависть к этой наглючей ведьме – что это она себе позволяет?

Глядя в ее полные довольства глаза мне неожиданно, до зуда в ладонях захотелось протянуть когтями по ее хорошенькому личику, оставляя кровавые полосы. Или сдавить ей шею, и не отпускать, пока девка не начнет хрипеть.

Делайя повернулась ко мне и вдруг испуганно вскрикнула:

– Елизавета, у тебя частичная трансформация? – и начала пятиться к дверям, осеняя себя каким-то странным знаком, будто отгоняя нечистую силу. – Я, пожалуй, пойду к себе – наверное тебе надо отдохнуть.

Девушка шустро выскочила из комнаты, а я поднялась из кресла, и медленно приблизилась к зеркалу.

Оттуда на меня смотрели удлиненные к вискам желтые глаза с вертикальной стрелкой зрачка. Остальные черты лица погрубели и заострились, а на лбу, ровно под линией волос проступила полоска красных с золотом чешуек.

Я сдавленно охнула – мало мне приезда инквизитора, так именно в этот момент мое лицо начинает превращаться в звериную харю.

И только что, я от всей души хотела покалечить свою подругу за то, что она хотела…

О, нет, этого не может быть – мне до интереса Делайи к этому беспардонному гаду и хаму нет никакого дела!

Что-то мне стало совсем плохо. Неужели я начинаю превращаться в монстра, в злобного дракона из страшных сказок?

Некоторое время я сидела и приходила в себя. Затем, убедившись, что чешуйки исчезли, а глаза пришли в норму, ринулась из комнаты.

Не став выходить на улицу, где уже вовсю сновали вернувшиеся в академию преподаватели, через черный ход вышла к подземному переходу между зданиями. И торопливо помчалась по нему к библиотечному корпусу – мне срочно нужно изучить информацию о драконах.

Мне оставался буквально один коридор до библиотеки, когда мое движение было остановлено сильной рукой, ухватившей меня за талию.

Я забарахталась, пытаясь вырваться из наглых лап, но меня лишь крепче прижали к знакомо пахнущей груди. Над головой раздался длинный вдох и бесстрастный голос, который я надеялась больше никогда не слышать, лениво протянул:

– Думала, сможешь убежать…?

Глава 23. Как враги разгадают наш замысел, если нам и самим ни черта не ясно?

Родерик Райан Сторвилл

Сначала она, как испуганная птичка, затрепыхалась в моих руках. Затем собралась, решительно распрямила плечи, и не поворачивая головы ледяным тоном заявила:

– Что вы себе позволяете? Немедленно отпустите меня и не смейте больше ко мне приближаться.

Усмехнувшись про себя, я наклонился к ее волосам, и снова с наслаждением вдохнул их запах.

Когда мы с ней встретились в первый раз, мой дракон спал, а с ним и все инстинкты зверя. То, что я чувствовал в то время, было только человеческим.

Но даже тогда ее запах меня… пьянил.

Она сидела передо мной на лошади, ее худой живот подрагивал под моей ладонью, и я знал, что хочу забрать эту странную женщину себе.

Знал, и отгонял это нелепое желание. Был уверен, что мне не нужны те проблемы, которые пришли бы в мою жизнь вместе с ней.

Затем почти две недели убивал любое воспоминание о прижимавшихся к моей груди хрупких лопатках. О длинных ногах в нелепых пятнистых штанах. И о странно коротких волосах, которые неумолимо тянуло потрогать.

И все шло просто отлично. Ненужные воспоминания отодвигались в дальний угол, не мешая мне жить днем. Выбираясь оттуда только ночью, когда разум спал, а сны рождали ее образ.

Все шло просто прекрасно, пока ее не почувствовал мой проснувшийся дракон.

И сейчас, когда он беснуется, рвется наружу и требует взять свое, находиться рядом с этой женщиной почти невыносимо.

Там, перед воротами академии, глядя как она стоит, повернувшись к нам с Ракарвиссом спиной, я едва удержался, чтобы подхватить ее на руки.

Забросить в седло перед собой, развернуть лошадь и увезти. Спрятать от проблемы, которую она только что, сама того не ведая, нажила.

Потому-что мне совсем не понравился взгляд, которым на нее смотрел Ракарвисс. Главный королевский инквизитор никогда не прощает тех,