Проклятый волк - Лана Морриган

пострадает. Только нужно забрать вещи. И поверь, – повторил он с нажимом. – Меня ничего и никто не держат в стае Алима. Я не могу сказать, что оборотни были плохими братьями для меня. Нет. Я никогда не слышал от них отказа. Но я так и не нашел кого-то близкого. Да и как можно найти друга, когда тобой пугают маленьких волчат. Страх… вот что я чувствовал, спускаясь со своего участка. Меня боялись. Проклятый. Думаю, боятся и по сей день. И отсутствие отметин на теле не решит проблемы. Стая привыкла обходить меня стороной.

– Не думаю, что все так, как ты рассказываешь.

Таир усмехнулся.

– Только ты меня приняла без страха. Даже тогда, когда не чувствовала притяжение пары.

– Не только я…

– Давай не будем продолжать.

– Хорошо. Как скажешь.

Он принял твердое решение, что мы вернемся, как только поговорит с Тураевым и соберет вещи.

В стаю мы въехали к вечеру. Хоть я и была в этом поселении, когда Таир спас меня, но в голове практически ничего не отложилось. Я словно впервые видела низкие дома. Первые этажи были наполовину погружены под землю, а вторые выстроены из природного камня, чтобы сохранять прохладу внутри. У каждого дома приличный участок земли с обязательным виноградником. На улице встречались оборотни, они провожали нас любопытными взглядами. Да, именно любопытными…

– Нам нужно объявить о своем прибытии Алиму, и после поднимемся ко мне… к нам, – сказал Таир, проезжая вглубь поселения.

Нас ждали. Альфа и его истинная – волчица Мариса. Довольно милая и приветливая. Я с ней успела немного поболтать и познакомиться после обряда обмена метками.

– С возвращением, – Алим протянул ладонь для приветствия. – Рад вас видеть.

– Спасибо, – ответил Таир.

– Смотрю, вы сделали свой выбор, – он окинул взглядом автомобиль.

Я взяла минимум вещей, и одна сумка мало походила на полноценный переезд из города в город.

– Сделали. Мии будет комфортнее в стае Лесмана.

Мариса обвела мужчин взглядом и покачала головой.

– Вам жадно букв, когда вы разговариваете? Давно я не видела такой скупости на слова и эмоции. Я вас очень рада видеть, – произнесла она, обнимая по очереди меня и Таира. – Хоть и поздравляла у алтаря Богини, хочу еще раз пожелать вам счастливой и долгой жизни.

– Большое спасибо, – ответила я благодарно.

– Останетесь на ужин? – поинтересовалась волчица.

– Нет, – отрезал Таир. – Миа устала в дороге.

– Тогда я соберу вам с собой, – Мариса с пониманием отреагировала на отказ.

– Не нужно, – я попыталась возразить.

– Очень даже нужно, – произнесла она, быстрым шагом возвращаясь в дом.

– Я согласен со своей волчицей, – хмыкнул Тураев. – В твоем положении нельзя оставаться голодной…

– Алим, – рыкнул Таир.

– В положении?.. – я повторила слова и непонимающе осмотрелась.

– Она не знает? – шепотом поинтересовался Алим.

– Нет, – ответ Таира был резким и коротким.

– Прости.

Мужчины замолчали, пока я складывала два плюс два. И получалось так, что слова Тураева нельзя трактовать двумя способами. Только одним. Я ношу под сердцем волчонка. Крохотную жизнь. Невинную и абсолютно беззащитную. Богиня услышала мои молитвы.

Я ошарашенно молчала. Всегда думала, что в этот момент буду прыгать от радости, а меня словно парализовало.

– Почему ты не сказал? – спросила я Таира, глядя куда-то ему на грудь.

– Мы поедем домой, – он обратился к Алиму. – Передай Марисе наши извинения.

– Ничего страшного, – ответил Тураев, коснувшись моего за локтя. – Не обижай своего волка, все мы немного сходим с ума, когда случается чудо.

– Постараюсь, – пообещала я, держась из последних сил, чтобы не напасть на Таира с расспросами. – Почему ты не сказал? – я повторила вопрос, когда мы сели в автомобиль.

– Посчитал, что тебе захочется рассказать мне самой.

– Но… – какая-то логика в его словах была. Я действительно бы хотела сделать сюрприз. – Давно ты почувствовал?

– Твой запах изменился в ночь, когда мы обменялись метками, – признался Таир, вызывая во мне волну гнева.

– А это значит – знали все! – прошипела я.

– Злишься?

Я отвернулась к окну. Вроде бы понимала мотивы Таира, но все равно злилась.

– Не очень приятно знать, что все вокруг скрывали от тебя что-то, – произнесла я на выдохе.

– Согласен.

– Теперь, по крайней мере, понятно желание Леры накормить меня.

– Это по моей просьбе, – ответил мой волк, глуша двигатель. К этому времени мы поднялись по склону. – Ты не восстановилась в полной мере. Твоя волчица еще истощена. Ты истощена. А волчонок – это нагрузка.

– Он не нагрузка! – я возмутилась.

– Ты прекрасно понимаешь, что именно я имел в виду, – Таир говорил медленно, выдерживая паузу между словами.

– Да, понимаю. Но не говори со мной так, – фыркнула я.

– Как?

– Ме-е-едленно. Словно я больна.

– Больше не буду, – усмехнулся оборотень, покидая водительское сиденье. Он обошел автомобиль, открыл мою дверь, протянул ладонь.

– Вот теперь многое становится на свои места, – сообщила я, копошась в памяти и подмечая странности поведения Таира, Адама, Леры… да всех. – В среду вы ездили куда-то с Адамом. Где вы были? После той поездки ты вернулся с желанием следить за каждым моим шагом, – вспоминала я. – Да-а-а. Именно так и было.

Оборотень склонился, подхватил меня на руки, толкнул бедром дверь.

– Встречался с врачом. Обрисовал картину – и получил четкие рекомендации, – ответил он, поднимаясь по ступеням крыльца. – Поэтому мы здесь не задержимся. Я сегодня же соберу вещи, и если ты не устала, завтра выдвинемся обратно.

– Все так плохо? – спросила я, забывая обиды.

– Нет, – поспешил успокоить Таир. – Нам порекомендовали привычную обстановку, чтобы избежать сложностей для матери и плода, – кажется, это была цитата.

– Что еще я должна знать? – от вредности и обиды мне хотелось дергать ногами и брыкаться. А вместо этого смиренно замерла в мужских руках и ждала, когда меня поставят на землю.

– Через два – два с половиной месяца тебе нужно будет забыть про оборот. А так ничего особенного. Усиленное питание, положительные эмоции, минимум нагрузки.

– Я – оборотень, – заметила я с нажимом. – И еще ни разу не видела, чтобы у кого-то из наших возникали проблемы с вынашиванием.

– Наш случай отличается.

Вредность не позволяла открыто согласиться с Таиром. Надеюсь, он понял, что продолжительный тяжелый вздох и мой скорбный взгляд говорят именно об этом.

– Тебе придется отпустить. Ты не откроешь дверь, держа меня, – произнесла я.

– Придется, – хмыкнул Таир.

У меня не получилось долго злиться. Вот не вышло! Хоть и очень хотелось. Чувство радости и благодарности затмило все вокруг. Я наблюдала за тем, как Таир разбирает полки с какими-то бумагами, и с трудом могла усидеть на месте.

– Ты рад? – спросила даже для себя неожиданно. А