Тайная жизнь полукровки - Дарья Адаревич

— Какая просьба? — спросила я, плохо скрывая улыбку.

— Нужно зачаровать рыбок, — и Нолан достал аквариум с золотыми рыбками.

Глава 27: Зачаровываю!

Если эта шутка, то скверная. Я смотрела на проклятых рыбок и ничего не понимала. Только сегодня избавилась от них, а теперь ко мне приходят и просят их зачаровать! Да что ж такое! А, может, дело в том, что Нолан меня раскрыл и пришел поиздеваться?

— Я не умею зачаровывать рыбок, — аккуратно начала я.

Главное не показывать вид, что я испугалась. Главное, держаться молодцом, чтобы Нолан не заподозрил.

— Это несложно, — заверил Нолан, — то есть так-то сложно, но для тебя просто.

— Сомневаюсь. Это ты у нас два в одном, и профессор светлой Академии, и темный маг. Ты наверняка лучше с этим справишься.

— Надо объясниться, — кивнул Нолан, — послушай. Тут в Академии есть одна студентка.

— Студентка значит?

— Ты ведь не ревнуешь?

— Пока не знаю.

— Она просто студентка, не думай даже.

Тут я поймала себя на мысли, что на самом деле ревную. Жутко ревную. Саму себя к самой себе. Проклятье! И я не знала, чего боюсь больше, того, что Нолан отзовется о студентке Лилии хорошо, или, что он наговорит про нее гадости. А все потому, что я сама запуталась в том, кто из нас настоящая я.

— Короче, ей поручили зачаровать рыбок, но она не может, — продолжил Нолан, — тогда она попросила меня.

— А ты и согласился.

— Ну да, — Нолан пожал плечами, — ведь она так простила.

Я старалась, сделала самый жалобный вид из всевозможных.

— Но ты тоже не можешь зачаровать рыб? — уточнила я.

— Так точно. Для зачаровывания надо проникнуть к ним в разум. Это слишком тонкая работа для меня.

— Постой? — становилось веселее, — то есть той студентке поручили задание, которое не способен выполнить даже профессор?

— Ага.

— Это несправедливо.

— Конечно, несправедливо. Но жизнь не всегда справедлива. Лил. Я не всемогущ и не могу зачаровать рыбок, но ты можешь!

— Значит для меня эта работа не тонкая? — ухмыльнулась я.

— Для тебя в самый раз. Это просто. Ты должна влезть рыбам в мозг и внушить магию, добавить магию, зачаровать их, приказать исполнять желания, — Нолан набрал в легкие больше воздуха, готовясь объяснять, — в каждой золотой рыбке изначально заложена программа — исполнять желания. Проблема в том, что эту программу надо запустить. Но не все умеют это делать.

— Но это же светлая магия, — заметила я.

Нолан повернулся на меня, хитро улыбнулся.

— Чего как смотришь? — откашлялась я, — я по темной магии, если что.

— Мы будем и притворяться дальше, что я не в курсе? — Нолан улыбнулся шире.

— Я бы предпочла, чтобы притворялись.

— Лил, ты полукровка, — сказал он, — я видел вчера на приборе.

— Видел значит…

— А ты видела, что я тоже полукровка. Считай, мы оба узнали друг про друга неприглядную правду. Так что просто помоги, ладно?

Я смотрела на рыбок. Проклятье. Значит, я могла бы справиться с рыбками сама, не обращаясь за помощью к профессору.

— Ладно, — выдохнула я, — и как же зачаровать рыб?

Нолан поставил аквариум передо мной.

— Закрой глаза.

Я закрыла. Нолан взял мою руку, засунул ее в аквариум. Я вздрогнула. Холодная вода.

— Тише-тише, это всего лишь вода.

Рыбки приплыли, начали меня тихонько кусать.

— Теперь делай то же, что делаешь с людьми, когда хочешь забрать их эмоции.

Я схватилась за эмоции рыбок. Ничего. Пустота в рыбьей головешке.

— Используй светлую магию, — сказал Нолан.

— Потише. Это не то место, где употребляют словосочетание «светлая магия».

— Ладно, — Нолан заговорил тише, — используй светлую магию. Тебе надо увидеть белые линии.

Я переключилась. Брать энергию из себя, а не из внешнего мира. Сосредоточилась на рыбках. Увидела белые полосы, они шли везде. Это было как тогда с дверью, когда я видела полосы, но разломить их не могла, сил не хватало.

— Вижу, — сказала я негромко.

— Отлично. Зацепись за них.

— Мне не хватит сил их сломать, — я открыла глаза, посмотрела на Нолана, — во мне слишком мало светлой магии, хватает на то, чтобы видеть, но не хватает для того, чтобы использовать.

Но Нолан лишь улыбнулся и удовлетворенно кивнул.

— Чего? — смутилась я.

— Тебе и не нужно ничего ломать. Просто наставь рыб. Разреши им исполнять желания.

— Разрешить?

— Внуши им ответ: «Да!». Внуши им: «Можно!».

Я снова сосредоточилась. Тронула светлые линии. Рыбки-рыбки…

— Разрешаю, — прошептала я одними губами, — исполняйте желания.

— Получилось!

Я открыла глаза на Нолана. Он ликовал. Почти смеялся. А рыбки светились.

— Это сделал я? Я заставила их светиться?

— Ты гений, Лил, — сказал Нолан с гордостью, — тебе удалось сделать практически невозможное!

— Понятно…

— Во всей Академии Света лишь один человек умеет зачаровывать рыбок. Госпожа Аполона.

Что ж, теперь и я умею. Я гордилась тем, что попала в этот топ два нашей Академии.

— А эта госпожа не сочтет подозрительным, что та студентка смогла сделать невозможное? — аккуратно поинтересовалась я.

— Это уже не наши с тобой проблемы.

Ха-ха… Вообще-то наши, точнее мои, точнее проблемы студентки Лилии.

— Лил, это потрясающе, — сказал Нолан, — ты иллюстрация тому, как важно работать на своих сильных сторонах!

Я не ожидала, что когда-нибудь смогу добиться успехов и по светлой магии. Что ж, приятно. Нолан снова сделал мне приятно.

— Спасибо, — чуть слышно сказала я, улыбнулась и обняла его.

— Что за нежности?

— Я благодарна.

— Тридцать сантиметров! — послышался недовольный голос отца.

— Ты откуда здесь? — спросила я, — Тов говорил, ты в отъезде.

— Был в отъезде, теперь вернулся. А это что за рыбы?

— Золотые, — улыбнулась я.

— Не интересует, — отрезал отец, — все, я пошел. А ты, — показал пальцем на Нолана, — держи дистанцию. Тридцать сантиметров! Не ближе. Увижу — прибью!

Мы рассмеялись.

— Я почитал по поводу твоей проблемы, — сказал Нолан, — по поводу твоих пяти единиц.

— И что?

— Единственный возможный вариант, это если тебя чем-то отпоили.

— В смысле отпоили?

— В смысле, что ты родилась очень слабой, с пятью единицами. Твои родители пытались спасти тебе жизнь, и чем-то отпоили, пожертвовав способностями к темной магии. То есть ты заплатила магией за здоровье.

Я плохо понимала. Голова потяжелела.

— Все в порядке, Лил, — заговорил Нолан снова, — сейчас с тобой все хорошо. Ты здорова и варишь зелья. Я считаю, это успех. Но, нам бы не помешало знать, какое же зелье спасло тебя тогда.

— Чтобы этим же зельем отпоить тех несчастных, что потеряли жизненную силу, — догадалась я.

— Именно так.

— Надо спросить у отца, — я