Феечка в драконьей академии - Софья Дашкевич

Манфорд сначала взирал на меня с недоверием, но по мере того, как он осознавал, что скитался по лесу просто так, взгляд его наливался свинцом и затаенной злобой. Деррик сказал чистую правду: напрямую внук ректор не решался напасть, потому что минуту назад застукал меня в объятиях принца и явно не жаждал нажить себе такого врага. А вот меня медный щадить не собирался. Как знать, вдруг магическая картина, которую я написала в галерее королей, окажется пророческой…

— Я же видел своими глазами… — глухо бормотал парень. — И эту кровь…

— Огненный владыка, Манни! Нельзя же быть таким наивным! — нарочито едко вмешался Деррик. — Ну, подшутил я над тобой, чего сбегать-то сразу?

— Подшутил… Ты… Но как?!

— Это была просто ма… — начала было я, но договорить мне принц не дал.

— Это была маленькая игра! — с нажимом сказал он и украдкой сжал мое запястье, мол, не лезь, я сам. — Немного краски — и актерского мастерства, вот и все! Виана вообще не хотела в этом участвовать, но ты же знаешь, я умею быть настойчивым! — Деррик по-хозяйски закинул руку мне на плечо. — Клянусь, я в жизни так не смеялся! Видел бы ты свою физиономию… Ну и придурок! Вот расскажу нашим…

— Не надо! — Манфорд аж дернулся.

— Ну как «не надо»? — злорадно протянул Деррик. Вот умел он быть мерзким, когда захочет! — Твой дедуля там на уши всех поднял! Я же должен объяснить, почему ты залег в кусты. Представляешь, он вбил себе в голову, что Виана на тебя напала! — тут серебряный расхохотался. — Кисточкой отлупила… Я даже не пойму, что забавнее: правда или версия ректора!

— Прекрати! — не выдержала я.

Деррик поступал щедро, взяв мою вину на себя, но уж слишком сильно он вошел в роль обидчика. Может, он и считал, что корона отца защитит его от всего на свете, но мне в это верилось слабо. Опасно дразнить таких, как Манфорд! Который, кстати, истолковал мой протест по-своему, — решил, что я его защищаю.

— Спасибо, Виана, — произнес он неохотно. — Давайте забудем обо всем, что произошло? Деду я все объясню, скажу, что прогулял… В общем, ничего не было, ладно? Больше ведь никто не в курсе?

— Только Лейгард, но насчет него не волнуйся, — заверила медного. — Я его попрошу молчать.

— Да, Манни, не боись, — Деррик усмехнулся. — У Лея теперь своих проблем по горло. Когда Ви его бросит, ему будет не до тебя.

А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее!

— С чего это я должна его бросать?! — возмущенно обернулась к его высочеству.

— Серьезно?! — искренне удивился тот.

— А я думал, твой жених — Деррик, — подал голос Манфорд. — Он же сам сказал… Разве нет?

— Нет! — выпалила я.

— Да! — одновременно со мной ответил серебряный, и мы переглянулись.

Трудно было сказать, кто из нас в большем шоке: я или он. Но если мне продолжать этот разговор вообще не хотелось, тем более — при Манфорде, то вот Деррик уже раскрыл рот, явно намереваясь вывалить длинный нравоучительный монолог. Я так и слышала его речь: «Я тебя спас, мы поцеловались, а потому ты обязана быть со мной веки вечные».

Однако на выручку мне пришел, — вот уж воистину жизнь умеет преподносить сюрпризы! — не кто иной, как мой заклятый враг.

— Я лучше пойду, сами тут разбирайтесь, — бросил он и, шурша травой, побрел подальше от чужих личных драм.

За него-то я и ухватилась, — другого шанса слинять от Деррика мне могло и не представиться. Бегство, конечно, признак трусости, но я в смельчаки и не набивалась! Торчать наедине с серебряным в темном лесу, да еще и после наших страстных лобзаний… Нет уж, второй раз я Мэлину предавать не собиралась!

— Постой! — материализовала крылышки и мухой метнулась вслед за Манфордом, игнорируя грозные окрики Деррика.

— Чего тебе? — буркнул внук ректора.

— Я… Я… — лихорадочно соображала на лету. — Я краску тебе хочу стереть с лица! Ну, в знак примирения.

— Правда? — Манфорд резко остановился, а я по инерции чуть не врезалась в куст. — Я раздобыл одну мазь у ведьмы, но мне сказали, это пятно сводить придется недели три… Думал, меня объявят в розыск, а это пятно будет как особая примета…

— Сотру за пару секунд! — пообещала я и вытащила из-за пазухи кисть.

Несколько взмахов — и вот уже о моих художествах остались одни воспоминания. Без синего пятна медный выглядел совершенно не устрашающе. Не знала бы, что он дракон, ни за что бы не подумала: простецкий рыжий парень с веснушками и носом-картошкой, — ни дать, ни взять обычный крестьянин из смертных! Только плуга в руках для полноты образа не хватает.

— И все?!.. — Манфорд ощупал лицо, будто так он мог определить, есть там краска или нет. — Слушай… Ты прости… Я психанул, мне не следовало на тебя нападать.

Извинение вышло сомнительное. Нет, я ценю раскаяние и не считаю, что за грехи надо расплачиваться до конца своих дней, но после того, как Манфорд меня чуть не изнасиловал, его короткое «прости» звучало слегка неуместно. С тем же успехом он мог бы спалить целую деревню, вырезать ее жителей, а потом подойти к оставшимся и с доброй улыбкой заявить: «Ну, вы это… Зла-то не держите. Психанул, с кем не бывает!» Хотя… Может, все свои завоевания драконы проводят именно так?

Впрочем, не зря же говорят, что худой мир лучше доброй ссоры. Другом моим Манфорд никогда не станет, и о его поступке я вряд ли смогу забыть, но чем раньше мы разорвем цепочку мести, тем лучше. Он все это начал, пусть он и заканчивает.

— Забыли, — вздохнула я. — Ты тоже прости за галерею королей…

— Тут ты не виновата, — медный сдвинул брови и на мгновение обернулся туда, где недавно стоял Деррик. — Он всегда считал, что ему все можно…

Принца я в лесу уже не увидела, наверное, он улетел в академию мириться с Мэл, однако взгляд Манфорда мне все равно не понравился. Я не могла прочитать его мысли, да и смотрел медный в пустоту, однако внутри что-то екнуло, словно от дурного предчувствия.

Затевает что-то внук ректора или просто бесится от бессилия? Одним музам известно. Но дальше с ним гулять в лесу точно не стоит.

— Ты бы поспешил, твой дед там с ума сходит, —