Узнай меня, если сможешь - Лада Шведова

Зоя уже не первый раз обозвала Орешина, будто это могло чем-то помочь. Не помогало, даже в коллаборации с чипсами. Словно пробоину от столкновения с айсбергом пытались залатать синей изолентой и красным словцом.

– Я сейчас же напишу ему все, что думаю… – Подруга потянулась к клавиатуре, а я, наконец, отмерла.

– Не вздумай! – Убрав тазик с чипсами на кровать, я схватила ноутбук: – Не надо никаких писем! И вообще… ничего не надо.

– Это называется попустительство. Ты смолчишь, потом кто-нибудь еще смолчит, лишь бы не ввязываться в скандал и не выяснять отношения публично, и так до бесконечности. И он так и будет высмеивать людей в своем подкасте, чувствуя превосходство.

– Мне все равно, как это называется. Я не хочу… ничего.

Но Зоя все не могла успокоиться:

– Тогда я напишу Славе – может, хоть он мозги Орешину вправит. Таких парней стоит спускать с небес на землю, и чем раньше – тем лучше.

– Без обид, но Слава даже отдаленно не похож на человека, который в состоянии вправить кому-то мозги. И уж тем более если речь об Антоне Орешине, – даже при всей моей фантазии я не могла представить себе этот разговор.

– Ну не скажи – Слава очень даже… в состоянии.

– Года два мы думали, что он и разговаривать-то не умеет.

– Умеет, просто ему не всегда этого хочется.

– Тем более! Не стоит заставлять его и куда-то отправлять…

– Ну, знаешь! – разозлилась Зоя. – А что тогда? Ничего не делать?!

На правах моей лучшей подруги она негодовала втройне – казалось, даже я восприняла все спокойнее. Или основная буря происходила у меня внутри, а у нее все выливалось в кипучую деятельность. Даже слишком кипучую. Честно говоря, мне хотелось посидеть в тишине, понять свои эмоции и ничего пока не обсуждать и уж тем более не делать резких движений.

Но подкаст… Он правда вышел обидным до слез и где-то даже оскорбительным. Никто не назвал меня дурой или идиоткой напрямую, но контекст, шутки, глупая песенка в конце – все это нещадно ударило по самолюбию. Просто каток по имени Антон Орешин, часть вторая и, надеюсь, финальная.

Даже не знаю, с какой стати я решила послушать новый выпуск Антона. Может, скучала по его голосу, смеху? Прошла неделя, и, да, я смогла смириться с поражением, но кто застрахован от срывов… Безобидный подкаст был для меня небольшим шажком назад на долгом пути к выздоровлению.

И я вообще не ожидала, что Антон вдруг вспомнит обо мне.

Так как подкаст был университетским, Орешин в нем часто общался с другими студентами, преподавателями и даже ректором. В этот раз речь шла о текущих зачетах, скорых экзаменах и, само собой, новогодних праздниках – та еще солянка получилась, но актуальная, а еще как всегда бодрая и забавная, раз в гостях было сразу несколько студентов с разных факультетов и курсов. Они друг друга перебивали, много шутили, и поначалу я даже не поняла, как тема обсуждения свернула с каких-то там непонятных для гуманитария марджинов[11] (или смерживания[12]?) на… меня.

Антон рассказал об интересных местах для праздничного досуга, упомянул о кино-квизах, горнолыжке, сливочном пиве и лесном пейнтболе, и когда его гость пошутил о синяке на носу, спросив, кого именно за него стоит благодарить – горнолыжку или пейнтбол, Орешин вдруг взял, да выдал что-то вроде:

– Вы знаете, друзья, есть такие девушки, про которых говорят: «Это не женщина, это беда, я с такой, как она, ни за что, никогда…». Что-то похожее со мной и случилось. Думаю, я еще легко отделался – всего-то разбитым носом.

Само собой, столь вопиющее заявление не могло просто повиснуть в воздухе, Орешина сразу завалили вопросами, и он, едва не хрюкая от смеха, рассказал, как было дело.

Но совершенно неправдиво!

Точнее… сказал так, что не подкопаться и во лжи не обвинить, но и правды в его словах осталось чуть, он попросту все вывернул, перекрутил, перемешал… лишь бы звучало смешнее. Но и этого ему показалось мало, он добавил еще и пару острых моментов из пейнтбола и викторины. Прямо по ходу подкаста за мной молниеносно закрепилось прозвище «девушка-беда», само собой, всем было жуть как интересно, кто же я такая, и Орешин назвал имя, словно назло его вспомнив. Значит, при встречах я была дурацкой Сколопендрой, а тут – надо же! – стала Сашей.

Обсуждение длилось, как я потом посмотрела, минут семь, но мне казалось, что они обсмеивали и обмусоливали мою персону несколько долгих часов. От стыда и обиды хотелось умереть. Ну и немного от осознания, что Орешин в чем-то прав – я бедовая.

Хотя бы потому, что мне понравился такой придурок.

Зоя, вон, моментально поняла, что он за фрукт, а я верила в лучшее… Точно, беда! У меня. С головой. Выдумала милого парня по переписке, поверила в эту фантазию, а он оказался козлиной. Какая банальность! Такое случается сплошь и рядом, но с другими. Как я могла так попасться?

На момент поедания чипсов число прослушиваний подкаста перевалило за десять тысяч. Это, конечно, вообще бред. В нашем универе просто нет столько студентов. Все раза по два-три этот поток сознания поглощают? Или поклонницы Антона Орешина бесконечно наслаждаются его глупыми шуточками?

– С другой стороны, имя – всего лишь имя, – помолчав, сказала Зоя.

– Ты о чем?

– Он назвал тебя Сашей, это правда твое имя, но сколько вокруг Саш? Вспомни: мы смотрели передачу, в которой говорилось, что Саша – самое популярное имя для новорожденных за год, – она перестала гневаться и явно выбрала иную тактику поддержки – свести все к пшику.

– Имя для новорожденных мальчиков. Девочек с таким именем намного меньше.

– Но не так уж и мало.

– Но не тысячи, – в тон ей ответила я.

– Никто не поймет, что он говорил о тебе, вот к чему я веду. Переживать не стоит, лучше и правда все забыть и пойти дальше. Написать Ване, например. Даже хорошо, что ты к нему охладела – это добавит смелости.

Заладила она с этим Ваней!

Вместо ответа я убрала ноутбук с колен, схватила тазик с чипсами и отправила в рот целую горсть. Потом еще две, но легче не стало. А вот от мысли, что через несколько дней я улечу из города, очень даже. И никакого