Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

— Сила — это просто сила. Только от тебя зависит, в какой форме ты ее видишь, — ответил Суртокс на ее невысказанный вопрос. — Ты можешь представить ее себе так, как тебе удобнее, чтобы лучше управлять ею.

— Понятно, — мысленно проговорила Динка, хотя ей все еще было многое непонятно. Но теперь хотя бы она представляла, как Хоегард протягивал силу, соединившую их в спасительную пентаграмму у реки.

— Так какими они были? Эти существа… — напомнил ей Суртокс забытый вопрос.

— Ах это… — Динка наморщила лоб, пытаясь придумать, как объяснить внешность человека существу, которое никогда не видело ничего подобного. — Они ходят на задних лапах, а передними делают… всякое. Носят в них предметы, чинят, изготавливают себе инструменты. Еще они без шерсти, шерсть растет только у мужчин на морде, и грива только на голове. Морда у них маленькая, зубы мелкие, клыков и рогов нет.

— Это наверное, ужасно уродливые существа. Не так ли? — отозвался Суртокс, заканчивая со второй раной и переходя к следующей.

— Я среди них выросла, и я была похожа на них. Я так не думала, — ответила Динка, с удивлением отмечая для себя, что для больших и мохнатых варрэнов люди действительно выглядят ужасно некрасиво и непривычно. Неудивительно, что даже находясь в человеческой форме, ее варрэны относились к людям с таким отвращением. Как к скоту…

— Похожа на них? — заинтересовался Суртокс. — Это как?

— Что-то происходит, когда варрэны оказываются среди людей, — Динка обернулась на своих мужчин, ища помощи в объяснениях, но они, убедившись, что Суртокс не причиняет ей вреда, все отошли и теперь отдыхали у входа в пещеру. — Наше тело как будто изменилось...

Суртокс надолго задумался, и Динка посчитала, что он ей не поверил. Может быть даже принял ее за сумасшедшую. Ведь, если бы ей такое рассказали, она бы не поверила тоже.

— Как тебя зовут, дочка, — спросил вдруг Суртокс, невпопад.

— Динка, — ответила Динка. — Это имя мне дали люди. Но другого у меня никогда и не было.

— Знаешь, Динка, — вдруг проговорил задумчиво Суртокс. — Мне столько шегардов, что мои внуки уже имеют взрослых детей. А когда я был юн, как ты, и был еще жив мой старый прадед, он рассказывал мне, что когда-то, когда он был ребенком, варрэны могли менять свое тело по своему желанию.

Суртокс отвлекся от ее ран и испытующе посмотрел на Динку, словно она могла подтвердить или опровергнуть слова его прадеда.

— Я не могла менять тело по своему желанию, — покачала головой Динка. — И сейчас не могу. Хотя… мне бы хотелось этого. Пожалуй, да. Это было бы прекрасно, если бы можно было по своему желанию сменить облик.

Суртокс разочарованно отвернулся и вновь принялся за лечение.

А Динка напряженно размышляла над его словами. А что, если история рассказанная прадедом Суртокса правдива? Если варрэны действительно могут менять свой облик, но разучились это делать. Или им что-то мешает.

— А где ты жила среди этих «людей» — снова спросил Суртокс. — Я не припомню, чтобы я когда-либо видел этих существ. Они живут на территории другого племени или на Голой Скале?

— Чтобы попасть к ним надо упасть на дно Ущелья и выжить, — попыталась объяснить Динка, но старый Суртокс опять не так ее понял.

— На дне Ущелья кто-то живет? — удивленно покачал он головой, и Динка решила его не переубеждать. Она сама плохо представляла себе, где находится другой мир с людьми.

— Каких только чудес не бывает! — восхитился Суртокс. — Это многое объясняет. Но я впервые вижу, чтобы… — он неприязненно покосился на Штороса, лежащего у входа в пещеру, — кто-то оттуда возвращался.

— Неужели тебя тоже бросили на дно Ущелья? За что могли бросить в Ущелье Варрэн-Лин? — спросил он, занимаясь последней раной и периодически поглядывая на ее морду.

— Я бы тоже очень хотела это узнать, — грустно ответила Динка. В разговоре возникла неловкая пауза, которую Динка не знала как нарушить.

— А что еще рассказывал прадедушка? Почему варрэны перестали менять облик? — спросила Динка, когда Суртокс уже закончил и отступил от нее, любуясь результатами своей работы.

— Он говорил о том, что мир изменился, и с ним изменились мы. Но однажды все вернется на круги своя. «Когда на небе засияет звезда Варра, мы снова будем свободны» — так говорил прадед, — ответил ей Суртокс.

— Это просто древние сказки. Никто в них не верит, — добавил Суртокс спустя несколько мгновений, словно разглядев вспыхнувшую в Динкиных глазах надежду. — Вряд ли это имеет какое-то отношение к тебе.

Но Динка уже озадачилась не на шутку. Звезда Варра и пентаграмма Аримана — это одно и то же? И случайно ли именно этим знаком был отмечен портал?

— А как она выглядит эта звезда? Ты когда-нибудь видел ее? — она бросилась наперерез лекарю, который уже собрался уходить. Глупо было спрашивать. Откуда ему знать. Ну а вдруг...

— Видел, — кивнул неожиданно Суртокс. — Но это был просто прихотливый узор силы на скалах. Его видят только лекари, и не видят остальные. Никто не знает, кто и когда выцарапал этот узор в глубоком подземелье под нашей долиной. Лучшие умы нашего племени гадали об источнике этого странного рисунка. Прадед, когда водил меня туда, чтобы я попрактиковался в лекарском зрении, рассказывал, будто сам Варр оставил нам подсказку. Но что она означает, никто не знает.

— Ты можешь нам показать это место? — в волнении спросила Динка. Она уже нисколько не сомневалась, что в подземельях под долиной красных есть портал в ее мир, который варрэны просто не умеют открывать.

— К сожалению, проход туда давно обрушился, — огорчил ее Суртокс. — Там сейчас ничего не найти.

— Но ты же был там! — мысленно взмолилась Динка. — Ты должен помнить!

— Дочка, — Суртокс устало обернулся и посмотрел на нее. Плечи его поникли, и глаза потускнели. — Я слишком стар. И память у меня уже не та. А ты молода и полна сил, тебе надо думать о том, чтобы свить гнездо и принести потомство, а не о древних сказках.

Он отвернулся и побрел прочь, давая понять, что разговор окончен.

— Постой, Суртокс, — окликнул его Дайм.