Сиреневое проклятье - Дарья Беляева

– Так что за Генрих? – Она достала книгу, которая несколько лет назад показалась ей слишком сложной. Но не повернулась. Когда его руки оказались на плечах, Арья слегка вздрогнула от неожиданности. Константин обнял ее и зарылся лицом в волосы.

– Ты делаешь большие успехи в магии, Арья. – По спине пробежал электрический разряд от его шепота. – Генрих – это мой сын.

Арья попыталась развернуться, но смуглые руки не позволили. Интуиция внутри подсказывала молчать. И Арья выдохнула, обняла его руки и прижалась к ним губами. Можжевельник… Она закрыла глаза и через некоторое время услышала:

– Ты даже не спросишь меня о себе?

Арья пожала плечами:

– Глупо задавать этот вопрос тебе. Заклятия доверия давно нет. Как и зараженных вампиров и оборотней, учуявших меня. – Вот она и раскрыла последнюю тайну того неудавшегося эксперимента.

– Я уеду через неделю. Валентин… побудет здесь с тобой.

Он не хочет отвозить ее к Алексею. Это из-за большой опасности или чего-то еще?

– Тебя никто не должен потревожить, но, если вдруг кого-то почувствуешь, убегай. Валентин даже после твоей крови… – Арья нервно сглотнула, все знает… – может не справиться. А отпаивать раненого молодого вампира своей кровью для тебя уже небезопасно. Я… – Константин помедлил, и тут же раздался треск телефонного звонка.

Он быстро убрал руки с ее плеч и через мгновенье уже разговаривал по телефону. В животе начала сворачивать кольца змея… Она взяла книгу и принялась листать. Нужно поставить на себя и дом колокольчики. Чтобы знать, когда убегать. Она провозилась с колокольчиком до позднего вечера. Закидала кабинет своими записями, кусками мела, увядшими к ночи найденными ею живыми колокольчиками. Он был все время рядом. Не говоря ни слова, направлял в сторону полянки, где нашлись колокольчики, или доставал книгу с высокой полки. Но большей частью сидел в своем кресле. И Арья чувствовала волны печали, которые расходились от него, как круги по воде. Ночью она привычно убегала от знакомого силуэта. Стоило потратить силы на другие заклинания, и вот снова… Темный лес, и ветви, как костлявые руки, пытаются ее схватить. Одна из веток крепко вцепилась в юбку – Арья дернула ногой и чуть не упала. Ветка отстала, но по ноге заструилось что-то теплое… Арья проснулась от собственного крика. Она лежала среди белоснежного белья мокрая как мышь. По ноге что-то струилось, Арья откинула одеяло и увидела разорванную до пояса ночнушку. По голени сбежала струйка пота. Он был здесь, наверное, с момента ее крика, но Арья заметила его только сейчас.

– Чаю?

Она покачала головой. По комнате пронеслась вспышка, и затем раздался гром. Летняя гроза принесла прохладу. Захлопало открытое окно. Арья с трудом поднялась и закрыла его. Темный коридор дома то и дело озарялся вспышками молний. Девушка преодолела последний поворот и вышла в сени. Резко пахло озоном, по крыше застучали крупные капли. Она толкнула входную дверь и вышла на крыльцо. Ветер тут же подхватил ее волосы и подол ночной рубашки. Еще цветущая сирень склонилась под очередным порывом ветра в проем крыльца и задела листвой ее плечо. Арья с наслаждением вдохнула пропитанный летними запахами воздух. Кошмар переставал быть реальным, растворялся в сознании, как впитывается вода в песок. Сзади хлопнула дверь, и теплый воздух из дома долетел до спины: он тоже вышел. По обыкновению, в одежде, но босой. Некоторое время они молча стояли рядом, глядя на то, как дождь танцует по листве сада.

– Потанцуем? – Он медленно подал ей руку. Арья накрыла своей рукой его, и они вместе спустились на траву. Они медленно танцевали под неровный стук дождя по крыше и шелест листьев, раскаты грома…

– М-м… – протянула она, жуя бутерброд следующим утром. Затем решила сделать несколько глотков чая, обдумывая сказанное.

Константин буравил ее взглядом, сидя напротив.

– Я хочу, чтобы ты вышла за меня, – повторил он. Арья перестала дышать и отвернулась, пытаясь не встретиться с ним взглядом.

Кабинет был залит солнечным светом, ветер из окна перелистывал книги, оставшиеся открытыми на ее столе.

– Мне не нравится эта идея, прости. – Она быстрым шагом подошла к столу, схватила книгу и рывком ее раскрыла. «Смотреть в книгу, не смотреть на него, дышать, вдох-выдох…» А ведь все было так хорошо! Почему Константин хочет настолько все усложнять? Сколько Арья помнила себя, бабуля всегда хмыкала на институт брака. «Не может долго жить то, что скреплено извне…» – часто говорила она. Мария ни разу не была замужем. И, насколько знала Арья, ее мама тоже.

– Тогда я оставлю необходимые распоряжения Алексею.

Она опустила книгу и взглянула на Константина. Он встал, скрестив руки на груди. Поймал ее недоумевающий взгляд и, против обыкновения, продолжил:

– На случай моей смерти я оставлю распоряжения, чтобы у тебя оставались средства на жизнь.

Она моргнула, пытаясь понять, что скрывается за этой новостью.

– Все… настолько серьезно?

Он не может умереть. Нет, нет, нет. Она – да, она смертная, ведьма с кровью демона, за которой охотится весь мир. Но он? Первый сын, глава клана… Константин следил за ее мыслями, Арья чувствовала. И в момент, когда в голове сложилась просьба, он мгновенно оказался рядом, чтобы не дать ее произнести. Оглушил поцелуем. И больше не говорил об этом до самого отъезда. А она… боялась об этом заговорить.

– Ты не знала?

Арья покачала головой. И налила себе вина из откупоренной Валентином бутылки прямо в кружку из-под чая. Константин не узнает. А вот новость, что Валентин большую часть их романа был в курсе того, кто она, надо было переварить.

Они сидели в гостиной в креслах. Арья забралась с ногами: после первой жаркой недели резко стало холодно и пасмурно, и в доме тоже опустилась температура. Валентин развалился напротив. Он приехал позднее, чем обещал, – видимо, не хотел пересекаться с Константином. На мотоцикле, но с люлькой, из которой выгрузил два ящика вина и небольшой саквояж с вещами. Валентин сам начал ностальгировать по прошлым временам и случайно проговорился. Случайно – об этом говорил наморщенный лоб.

– Ладно… Только не сдавай, что я раскололся. Он сам меня нашел. Я был в баре, ты в комнатах. Ну и… попросил соблюдать технику безопасности. – Арья сделала большой глоток вина. По телу прокатилось забытое чувство тепла от алкоголя. Валентин перевел беседу в безопасное русло. Он умел разговаривать ни о чем и со вкусом. Остаток вечера Арья забыла и очнулась уже поздним утром. Оказывается, накануне Валентин заботливо отнес ее на кровать. «Благо не переодел», – подумала Арья, поправляя смятое зеленое платье. И так пойдет, красоваться она не хочет. Она встала, пошатываясь. Голова гудела, подсказывая, что несколько последних чашек вчера были явно лишними.

На улице ярко светило солнце, и Арья тихонько попросила Валентина вскипятить чайник. Мыло с ее любимым запахом сирени освежило. И немного привело ее мысли в порядок.

Завтракать она решила в беседке. Валентин сидел с новой бутылкой, но на этот раз она взяла с собой второй бокал. Пропадать, так со вкусом.

Арья почувствовала чужое присутствие слишком поздно: голову затуманила пара выпитых бокалов. Непрошенный гость остановился в паре метров от беседки, рассматривая ее. Арья видела неестественно окрашенную радужку его глаз. Почему она думала, что его сын будет тоже темноволосым? Они же не кровные родственники в человеческом смысле. Гость был высоким, с широкими плечами, обтянутыми простой хлопковой рубашкой со шнуровкой на горле. Напоминал Арье рыцаря, отдыхающего после подвигов в обычных штанах и рубашке. От Генриха набатом расходилась злоба. Валентин заметил его гораздо позднее Арьи. И девушка внезапно очень четко осознала, что сейчас будет: Валентин бросится на Генриха, как котенок на человека. Перед глазами встала картинка с безжизненно свисающим с перил беседки телом и каплями крови