Развод. Больше тебя не жду - Анна Измайлова

Маша принесла большую коробку с разноцветными пижамами, и девочки сразу начали выбирать, примерять. Я взяла одну из них, нежно-розовую с забавным принтом в виде толстого серого кота с кексом в лапках.

Переоделась, взглянула на себя в зеркало, я заметила, как тонко облегает моя одежда моё тело, выставляя напоказ все изменения, которые произошли со мной за последние месяцы. Кожа, натянутая на ключицы, впалый живот.

Глубоко вздохнула, затем собралась с духом и вышла к девочкам, которые уже сидели в гостиной и смеялись, обсуждая что-то. Когда я вошла, они все вдруг замолчали, их глаза округлились, а лица озарились удивлением. На мгновение повисла тишина, затем Маша первая прервала её, взволнованно посмотрев на меня.

– Алён, всё ли у тебя хорошо? – спросила Маша, а в её голосе звучала явная тревога. – Ты выглядишь… Ну, не знаю… Ключицы выпирают, как у скелета. Ты так похудела…

Остальные девочки кивнули, тоже глядя на меня с тревогой.

– Да всё нормально, просто… много стресса в последнее время, – сказала я, пытаясь улыбнуться, но улыбка была слабой и неубедительной. – Знаете, работа, ребёнок… Всё это выматывает.

– Алён, а вы с Сашей… окончательно разошлись? – осторожно спросила она, будто не хотела задеть меня этим вопросом.

Я кивнула, стараясь держаться уверенно, и выдала лёгкую улыбку, хотя внутри всё ещё оставался осадок от всей этой ситуации.

– Да, – ответила я. – Всё, что было между нами, закончилось.

Внезапно внутри меня что-то лопнуло, и я почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Слёзы текли сами собой, и я не могла их остановить, несмотря на всю поддержку девочек. Я просто не могла больше сдерживаться.

Девочки заметили мои слёзы, сразу же подошли ко мне и обняли, окружив меня теплом и заботой. Маша, Алина и другие девочки тесно прижались ко мне, как будто своими объятиями хотели защитить меня от всех бед.

– Ты что, его всё ещё любишь? – тихо спросила Маша, глядя на меня с тревогой. – Из-за этого ты так страдаешь?

Я замотала головой, чувствуя, как слёзы ещё сильнее льются по щекам.

– Нет, – всхлипнула я. – Я его не люблю… Совсем. Я просто жалею о потерянном времени. Я столько лет потратила на этого человека, который никогда не ценил меня, на которого надеялась и верила, что всё будет иначе. Я жалею о тех годах, которые не вернуть.

Маша кивнула, её взгляд стал чуть более серьёзным. Она вдруг как-то невзначай сказала:

– Знаешь, тяжело будет найти кого-то и выйти замуж снова… Ну, с "прицепом", как бы…

Я почувствовала, как внутри меня словно что-то перевернулось. Эти слова – "с прицепом" – будто ножом резанули по сердцу. Я попыталась успокоиться, но слова Маши не давали покоя. Я почувствовала, как обида и злость вспыхнули во мне, и слёзы, которые были от грусти, вдруг стали от обиды.

Алина тут же встряла, глядя на Машу с явным неодобрением.

– Это совсем не то, что нужно говорить, – сказала она, обнимая меня сильнее. – Ксюша – чудесная девочка, и не стоит так говорить, будто она – какая-то обуза.

Остальные девочки тоже поддержали Алину, кивая и высказывая своё мнение в поддержку меня и дочки. Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони и, взяв себя в руки, с дрожащим голосом сказала:

– Она – моя дочь, и самая милая девочка на свете. И я рада, что именно я её мама. Это не обуза, это счастье. И если кто-то считает, что ребёнок – это "прицеп", то мне такой человек в жизни не нужен, будь он хоть

трижды "идеальный муж".

Глава 23

На утро, несмотря на все переживания прошедшей ночи, я захотела отвлечься. Поехала забрать Ксюшу у мамы. Я хотела провести с дочкой день, как-то компенсировать ей моё отсутствие, и хотя денег было не так уж много, я решила, что небольшая прогулка по торговому центру с ней будет как раз тем, что нам обеим нужно.

Когда мы подъехали к ТЦ, я написала Милане и пригласила её присоединиться к нам. Спустя некоторое время она согласилась, и вскоре мы втроём уже гуляли по торговому центру. Ксюша с удовольствием прыгала по лужайкам ярких ковров в детском уголке и смотрела на витрины.

В какой-то момент Милана предложила сесть в кафе и перекусить. Мы выбрали столик, заказали что-то простое, и, когда мы уселись, онасразу приступила к серьезному разговору:

– Знаешь, я подумала, – начала она, слегка улыбнувшись. – Нам действительно нужно обсудить твой вопрос с работой. Недавно ты говорила, что у тебя всё ещё есть сложности с деньгами, и я подумала, что, может быть, смогу тебе помочь.

Я удивлённо взглянула на неё, не ожидая подобного предложения.

– Помочь? Как? – спросила я, слегка приподняв брови.

– Видишь ли, в нашей фирме сейчас ищут делопроизводителя. Это не самая сложная работа, но требует ответственности, и они уже долгое время не могут найти подходящего человека. Я сразу подумала о тебе. Зарплата, кстати, в два раза выше, чем у тебя сейчас.

Я почувствовала, как внутри меня что-то затрепетало от волнения. Зарплата в два раза выше – это было бы огромным облегчением. Это дало бы мне больше возможностей – возможность улучшить наше с Ксюшей положение, накопить на что-то большее.

– Милан, ты серьёзно? – спросила я, не веря своим ушам.

Она кивнула с улыбкой.

– Да, конечно. Если ты хочешь попробовать – я уверена, что у тебя получится. Это даст тебе стабильность, а ещё ты сможешь работать с хорошими людьми.

Я подумала о своих теперешних финансовых трудностях и поняла, что это предложение – шанс, который нельзя упускать.

– Ладно, – сказала я, глубоко вздохнув. – Давай попробуем. Хуже точно не будет.

Она обрадовалась, и мы начали обсуждать детали работы, её обязанности и то, как лучше всего начать. Ксюша тем временем весело болтала ногами, сидя на стуле и уплетала детскую пиццу, внимательно слушая о чём взрослые тёти разговаривают.

После нашей встречи с Миланой мы с Ксюшей направились домой. Мы медленно шли по торговому центру, и Ксюша, видно, задумалась о чём-то своём. Я замечала её серьёзный взгляд, как будто она пыталась понять что-то очень важное. Мы остановились у витрины с игрушками, и тут она внезапно повернулась ко мне и с искренним любопытством спросила:

– Мам, а если у нас денег больше будет, мы сможем вернуться к папе?

Я остановилась, словно неожиданно наткнулась на невидимую преграду.

Этот