Хочу тебя в долг. Вернуть тебя - Эйрена Крокус

Эпилог

Карина

— И долго мне еще ждать? — Оля крутится возле машины и ждет, пока младшие соберутся всем составом. — Что за подарок такой, что нельзя подарить дома?

Улыбаюсь и читаю буклет, про университет, в который она решила перевестись.

— И вот чего тебе на месте не сидится? Ты же мечтала животным помогать..., — поглядываю на Олю и снова смотрю в буклет.

— Я и буду помогать животным, вот в воскресенье намечается одно мероприятие…

Сестринское дело, клиническая психология, лечебное дело, медико — профилактическое дело и еще два направления. Андрей будет в шоке, даже не знаю, как ему все это объяснить.

— Оль, это из-за мамы? — спрашиваю взволновано, пока Андрей не появился с детьми на пороге.

— Я просто хочу быть полезна людям и да, из-за мамы.

— Она так и не заговорила с тобой?

— Нет, но врач сказал, что есть человек, который может помочь вернуть ее сознание, — опустив глаза, забирает с моих рук буклет и, складывая его пополам, отправляет в задний карман джинсов.

Оля как будто стала одержимой этой темой. Раньше такого не было. Не понимаю, почему это обострилось сейчас…

— Мы собрались, — Андрей пропускает детей и захлопывает дверь.

— Ну, я же сказал, как только убью всех зомбаков сразу выйду! — возмущается сын.

— Тоша, даже Машулька быстрей тебя собралась, — открываю дверь и жду, пока Маша с плюшевым зайцем заберется на сиденье.

— Мам, ну я же просил меня так не называть, — закатывает глаза. — Просто Антон, можно так?

— Не дерзи матери, — Андрей дает Тоше легкий подзатыльник и подмигивает мне.

— Мама, я хочу пиццу! — доноситься голос Машки.

— Обойдешься, мелочь, — отзывается Тоша.

Делаю глубокий вдох и смотрю на улыбающуюся Олю.

— Переходный возраст, — шепчет мне, и присаживается вслед за Тошей.

Захлопнув за ними дверь, обхожу машину и присаживаюсь рядом с Андреем.

— Все, поехали? — поправляет зеркало заднего вида и задерживает взгляд на моем летнее платье. — Не слишком короткое?

— Нет, — отвечаю спокойно и складываю руки на груди в знак того, что переодеваться не буду.

— Что за мода пошла у вас? — возмущается он.

— Нормальная у нас мода пап, просто ты постарел и ничего не понимаешь.

— А я писать хочу! — кричит Маша, перебивая наш разговор.

— Ты же только ходила! — возмущается Антон.

Слушая, как между Машей и Тошей вдруг начинается перепалка, я легонько вздохнула. Дети, дети… Им не по пять лет, но иногда споры и шум в машине заставляют меня задавать вопрос: когда же это закончится?

Взглянув на Андрея, я вижу, как он закрывает глаза и терпеливо ждет, пока я восстановлю порядок. Он такой мастер игры в плохого и хорошего полицейского, что уже даже не знаю, когда кончится этот театр. Я понимаю, что сейчас нашим детям нужно ясное напоминание.

— Любимый, твоя очередь прекратить этот шум, — обращаюсь к нему.

Он оборачивается ко мне, а затем, снова повернувшись к детям, делает серьезное лицо.

— Так, никакой пиццы и никаких игр на ноутбуке, если вы сейчас же не прекратите! — его голос резонирует в машине, и дети тут же затихают, понимая, что он серьезен.

Как ни странно, его угрозы действуют, и дети мгновенно замолкают.

Интересно, как у него всегда получается так оперативно установить порядок? Ведь когда я выговариваю похожие угрозы, реакция детей обычно нулевая. Возможно, дело в том, что он умеет найти именно тот тон и момент, когда его слова несут наибольший вес. Либо это просто его авторитарность, которая на детей действует мгновенно.

Дорога у нас занимает минут двадцать. Припарковав машину, выпускаем детей на свежий воздух и все вместе поднимаемся на третий этаж девятиэтажного дома.

Мы приобрели эту квартиру давно. Сначала мы ее сдавали в аренду, чтобы поднять бизнес Андрея. Потом, когда дела пошли в верх, сделали понемножку ремонт. А теперь пора отдать эту квартиру законной хозяйке.

— Куда мы приехали? — Оля хмурится и ожидает ответ.

Переглянувшись с Андреем, передаю ему ключи, и он оперативно открывает дверь, впуская Олю, а потом детей.

— Ничего себе, скромно и со вкусом, — оценивает Тоша, блуждая взглядом по квартире.

— Только не говорите, что мы остались без денег и теперь вынуждены жить здесь, — с грустными глазами Оля смотрит сначала на меня, а затем на Андрея.

— Оля, дочка, это квартира для тебя, — улыбается любимый и машет перед ней ключами, которые помещает ей на ладонь.

— Мы решили, что тебе пора иметь свой уголок, поэтому купили ее для тебя. Оля, пусть эта квартира станет для тебя не просто местом проживания, но и источником вдохновения. Мы с твоим папой верим в тебя и твои возможности. И этот подарок — наша скромная попытка подарить тебе частичку того счастья, которое ты каждый день приносишь в нашу жизнь.

— Я в шоке, — с улыбкой кидается на меня и сжимает со всей силы. — Я вас так люблю, вы лучшие! Пап, Карин спасибо! — обнимает нас двоих и подпрыгивает от счастья.

— Везет тебе, сестренка, — кидает Тоша с улыбкой.

— Зато теперь ты можешь переехать в мою комнату, ты же давно ее хотел, — улыбается Тошке и быстро целует мелкую Машку.

Стоя рядом с Андреем, мы смотрели, как Оля начинает принимать эти стены и углы как свое, как начинает строить свои мечты и планы в этом новом пространстве. Мы были радостны, видя, как наше дитя шагает вперед с таким великим энтузиазмом и оптимизмом.

— Осталось еще купить квартиру Тоше, и нам станет легче, — шепчет Андрей, пока дети смотрят квартиру.

— Боюсь, это будет не так скоро, — обнимаю его и быстро целую в губы.

— Ничего, мы справимся, — поправляет мое платье, которое подскочило вверх, и целует в висок. — Я тут подумал, без Оли будет как-то одиноко. Может, еще одного заделаем? — пробравшись под платье, легонько шлепает по попе и улыбается во всю.

— Алиханов, нам уже хватит, — смотрю на него с улыбкой и обнимая, смотрю на наших детей.