Выбор - Наталья Гордая

Саша кивнула, и мы продолжили собирать вещи. На этот раз чемодан закрылся быстрее, потому что нас было трое.

Аня не стала завтракать, быстро собралась сама. Я хотела позвать Андрея, но Аня сказала, что чемодан очень легкий, и она сама его донесет. Ага, легкий! Мы в прошлый раз чуть не надорвались, когда запихивали его в багажник. Я не слушаю ее и зову брата.

Мы с Сашей спускаемся вниз, пока Аня переодевается. Решили, что поедем с ней вместе, нечего ей в таком состоянии за рулем одной ездить. Андрей с Аней спустились, немного погодя. Брат был в бешенстве. Аня тоже выглядела злой. Опять поругались похоже, не надо было оставлять их одних. Андрей молча складывает чемодан в багажник и уходит в дом. Аня печально провожает его взглядом. Между ними двумя что-то происходит, но мне кажется, что они сами разобраться в себе не могут или боятся, как некоторые, не буду показывать пальцем.

Мы выезжаем в полной тишине и в такой же тишине доезжаем до квартиры. Каждая из нас погружается в свои мысли. Никто не хочет лезть друг к другу в душу, потому что каждая из нас понимает, когда будет готова, то все расскажет. У нас нет секретов друг от друга, мы понимаем, что можем доверять друг другу. Но в такие моменты, когда переживаешь какое-то эмоциональное потрясение, каждая из нас хочет остаться наедине с собой и сначала хочет разобраться в себе и своих чувствах. Этим мы с девочками очень похожи. Мы точно знаем, что бы ни случилось, каждая из нас всегда поддержит и не осудит.

Помогаем Ане дотащить чемодан и оставляем ее одну. Ей это необходимо сейчас. Мы с Сашей едем к ней домой, чтобы собрать ее вещи. Я пока останусь дома, перееду в субботу, чтобы в воскресенье распаковать вещи и подготовиться к учебе.

— Думаешь, она влюблена в Андрея? — спрашивает Саша, когда мы собираем ее чемодан.

— Не знаю. Это как-то странно. Они постоянно ругаются, и я ни разу не слышала, чтобы Аня как-то хорошо высказывалась об Андрее.

— На что же это похоже? — спрашивает она с сарказмом.

— Ой! Не начинай! Мы с Артемом это совсем другое.

— Конечно-конечно. Ни капли не похоже.

Я закатила глаза, спорить не хотелось, вообще говорить об Артеме не хотелось, как и думать.

— Я уже пожалела, что рассказала тебе.

— Эй, так нечестно! Я тоже тебе все рассказываю!

— Да, только я не хочу говорить об Артеме. Он явно увлечен этой девушкой.

— С чего ты это взяла?

— Ну, даже не знаю, может быть, с того, что я видела, как он засовывал свой язык ей в глотку, — сдержать злость у меня не получилось.

— Но ведь это еще ничего не значит!

— Мне ли не знать про это? Со мной он тоже целовался и, как видишь, наш поцелуй ничего не значит для него.

— Стефа, ты противоречишь сама себе! Ты сама сказала, что это была ошибка! Что ты сейчас хочешь от Артема?

Я вздыхаю и говорю:

— Ты права. Я и сама не знаю, чего хочу. Саш, я так запуталась. И это бесконечное самокопание меня достало. Я просто хочу жить спокойно и не чувствовать какой-то непонятной ревности, обиды, злости.

— Стеш, ты же понимаешь, что что-то чувствуешь к Артему?

— Нет, я не понимаю или не хочу понимать.

— Или боишься сама себе в этом признаться.

— Может быть. В любом случае мы с Артемом все решили.

— Решили они, как же, — бубнит Саша, но разговоры на эту тему мы прекратили.

— Ну вот и все, — говорит Саша, спустя некоторое время.

Чемоданы были собраны, а я засобиралась домой. Уже вечер, я даже не заметила, как день пролетел.

Уже подъезжая к дому, я заметила машину Артема у нашего дома. Выйдя из такси, я хотела пройти мимо машины, как дверь неожиданно открылась и вышел Артем. Он был в черных джинсах, футболке и кроссовках. Я засмотрелась на его широкие плечи, обтянутые черной футболкой.

— Привет, — сказал он.

Я оторвала взгляд от его плеч и кивнула, спросив:

— Андрея ждешь?

— Его, — говорит он и не сводит с меня взгляда. Его взгляд останавливается на моих голых ногах. Я одета в короткое легкое платье и джинсовку. Он тяжело сглатывает и прочищает горло.

— Ты скоро переедешь?

— Да.

Мы замолкаем и просто смотрим друг на друга. Не знаю, что мы хотим услышать друг от друга. Я тону в его красивых голубых глазах и не могу оторвать от них взгляда. Артем делает шаг ко мне на встречу, а я замираю. Чувствую его потрясающий и неповторимый запах, и голова кружится. Я хочу прикоснуться к нему, хочу обнять, поэтому неосознанно делаю шаг к нему на встречу. Он резко притягивает и прижимает меня к себе, впиваясь в мои губы жестким, требовательным поцелуем. Мои ноги подкашиваются, но Артем держит так крепко, что я еле дышу.

Мы целуемся так яростно, что стукаемся зубами. Губы болят от его жалящих поцелуев, но мне этого мало. Прижимаюсь к нему еще сильнее, как будто хочу раствориться в нем. Артем стонет мне в губы и что-то говорит, но в голове такой туман, что я не разбираю слов. Он неожиданно отрывается от моих губ и начинает трясти, что-то при этом говоря.

Глава 20

— Девушка! Девушка, да очнитесь уже!

Я распахиваю глаза и до меня не сразу доходит, что я нахожусь в такси. Озираюсь по сторонам и понимаю, что мы стоим у нашего дома.

— Ну, наконец-то, еле вас растормошил! Приехали, платите быстрее, а то у меня заказ новый уже! — говорит таксист.

— Да, конечно. Простите, — говорю я, и мои щеки заливает румянец.

Выхожу из такси и стою перед воротами. Я как будто до сих пор нахожусь в своем сне. Прикасаюсь к своим губам, и до меня начинает доходить, что это была только моя фантазия. Чувствую ужасное раздражение на себя вкупе с разочарованием, потому что мне обидно, что это было только во сне. Чертов Артем! Я уже схожу с ума!

Как только захожу в дом натыкаюсь взглядом на причину моего раздражения. Артем спускается вниз и смотрит на меня. Он просто смотрит, а меня начинает потрясывать. Я вспоминаю свой сон, его губы и тело, прижимающееся ко мне. Щеки опять краснеют, и я отвожу взгляд от Артема.

— Привет, — говорит Артем и