Приручить "Демона" - Рада Мэй

Она вызвала меня с лекции по социологии и при этом выглядела так, словно увидела привидение. Оценив масштаб предстоящего разбора полётов, я потащила её в ближайший туалет - до начала перемены это более или менее уединённое место. По-хорошему, щекотливые темы лучше обсуждать в библиотеке. Там больше шансов не быть подслушанными, но у Маши так дрожали губы, что было ясно - до другого корпуса она просто не дотянет.

В просторном и светлом помещении женского туалета было пусто и отчётливо пахло сигаретным дымом. Вообще-то, за курение в здании здесь наказывали штрафами, но кому-то, похоже, сильно приспичило.

Убедившись, что все кабинки пустуют, я подвела Машу к приоткрытому окну и начала неприятный разговор издалека:

- Ты куда пропала? Я тебе два дня дозвониться не могла.

- Что? А… я к отцу ездила. Он же теперь в другом городе и на звонки не отвечает. Застала перед отъездом в аэропорт. Он с этой своей блондинкой в Милан лететь собрался, - рассеянно пробормотала Маша и замолчала, глядя куда-то в одну точку.

Я пощёлкала пальцами у неё перед глазами, привлекая внимание:

- И как… поговорили? Удачно съездила?

- Да. Он дал денег. Сказал, что по-прежнему будет помогать нам с мамой. Всё было хорошо. Я вернулась, а тут такое…

Вот мы и подошли к самому ответственному моменту. Сейчас главное её успокоить. Статья Кулёвой, к сожалению, не осталась незамеченной, и мне теперь почти постоянно приходилось отмахиваться от назойливых расспросов однокурсников. Даже Морозов сочувствие выказал. Если Маша будет вестись на провокации, это никогда не закончится.

- Какое такое? Ничего ужасного не произошло. Обычная, грязная, высосанная из пальца статейка. Я уже общалась с её авторшей. Она призналась, что всё придумала. Никакого маньяка нет.

- Если его нет, кто же тогда сделал это?! - бледная и взвинченная Климова сунула мне под нос свой смартфон, где в открытом окне мессенджера под фотографией синей спортивной шапки, украшенной цифрой три, было написано: «Готовься, сучка! Ты будешь третьей!»

Внутри что-то тревожно сжалось. Ни хрена себе шуточки!

- Или это, по-твоему, тоже ничего не значит? - всхлипнула Маша, готовая в любую минуту разреветься. Вот что за паникёрша! По любому поводу истерить готова.

- Это значит, что кто-то решил жестоко и зло подшутить. Только при чём тут шапка?

- Ты что не видела ту статью про Коренева? Вот при чём! - она снова покопалась в смартфоне и предъявила мне снимок лежащего на асфальте тела, погибшего Бориса Коренева.

Его неестественная поза вызывала пугающие ассоциации со сломанной и выброшенной куклой. Маша провела по дисплею, увеличивая фото, и стало понятно, что на голове у Бориса похожая шапка только песочного цвета. Она была испачкана кровью и грязью, но цифра два всё равно была отчётливо видна.

А вот это уже было совсем хреново! По позвоночнику пробежал неприятный холодок страха. Я громко выругалась, взяла телефон подруги и погрузилась в чтение статьи.

- Там написано, что перед смертью он тоже получал сообщения с угрозами, - ещё громче всхлипнула Маша.

- А ещё тут написано, что по предварительной версии мотивом для убийства могли стать его долги в подпольном казино. Чёрт, откуда вообще в газете такой снимок? Из полицейских архивов что ли сливают?

- Мира, что мне делать?! До отца теперь не дозвониться, он далеко. Кто меня защитит?! - слёзы, которые до сих пор звучали только в голосе собеседницы, вырвались на волю и заструились по щекам.

- Подожди, успокойся! - я потёрла виски, пытаясь собраться с мыслями. - А что с Синявской? У неё ведь такой шапки не было, верно? И вообще она в больнице умерла. Тут нет никакой связи.

- А если есть? Я не хочу умирать, Мира! - Маша вдруг бросилась ко мне, обняла и разревелась, уткнувшись в моё плечо.

Этого я и боялась. И что с ней теперь делать? Идиотская ситуация! И, разумеется, именно в этот момент по закону подлости дверь распахнулась, впуская Минину. Она увидела нас, замерла, расплылась в гаденькой ухмылочке и ядовито протянула:

- Ого, Злобина, я думала у тебя только с историком любовь-морковь, а ты, оказывается, и девочками не брезгуешь!

Ох, зря она это! Чай, не бессмертная, а я и так уже на взводе.

- Минина, заткнись и исчезни, пока я тебя в сортире не утопила! - Так и быть, сначала просто предупрежу.

Маша испуганно отстранилась и отвернулась к стеклу. А нахалка предупреждению не вняла.

- Не знаю, какой там маньяк тебя ищет, но я ему уже не завидую. Ты же любому Чикатило фору дашь! - прошипела она.

Климова охнула и нервно дёрнулась, а я угрожающе двинулась в сторону Мининой со словами:

- Ну всё, стерва, ты допрыгалась!

Минина взвизгнув, юркнула в первую попавшуюся кабинку, закрылась изнутри и сердито выкрикнула:

- Отстань, психопатка!

- Отлично, вот там и сиди. Попробуй только выползти!

Я заглянула в расположенную здесь же подсобку в поисках швабры, собираясь сунуть её в ручку двери, но уборочный инвентарь на месте, к сожалению, отсутствовал. Через секунду стало ясно почему - в туалет вошла уборщица с ведром и шваброй.

Худощавая пожилая женщина в синем форменном халате вдруг принюхалась и смерила нас суровым взглядом.

- Так, курили! - вынесла она суровый вердикт. - Признавайтесь кто! Или, может, обе сразу?

- Да вы что! Мы за здоровый образ жизни, смотрите, никаких сигарет, - я показала строгой даме содержимое сумочки