Северное сияние - Сандра Мэй

Томми накинула куртку и выбежала на улицу. Холодало ощутимо и стремительно. Первые редкие хлопья уже сыпались с неба. Девушка прошагала по тропинке, ведущей к сарайчику, вошла внутрь и прикрыла дверь. Неожиданно в голове промелькнуло видение – Ти Джей входит за ней следом, закрывает дверь, обнимает ее и начинает целовать ее в губы, лаская плечи и грудь... Возбуждение было острым, почти болезненным. Томми ухватилась за дверцу холодильника, закусила губу почти до крови. Будь проклят Ти Джей Рейли!

В этот момент снаружи раздалось грозное рычание Байкера, а потом что-то с силой ударилось в стену сарайчика. Томми окаменела, перестала даже дышать. Превратилась в перепуганного зайчонка, которого люди нашли среди спутанной травы...

Байкер вдруг залаял хрипло и яростно, где-то совсем рядом, но не трогаясь с места. Мгновением позже до Томми дошло – Байкер почему-то оказался заперт в соседнем отсеке сарая, там, где хранятся грабли, вилы и всякие сельскохозяйственные орудия. Но тогда кто ударился о стену?

Леденящий ужас приковал девушку к месту. Томми не в силах была отвести взгляд от неплотно прикрытой двери. Сейчас она начнет приоткрываться, как в фильмах ужасов, и тогда Томми умрет от разрыва сердца...

Ти Джей вышел на крыльцо, облокотился на перила, улыбаясь своим мыслям. Он был сыт, немножко пьян, но не от вина, а от близости Томми, от того, какой домашней и юной она была в этих стенах.

Он многое понял про Томми, пообщавшись с ее матерью и теткой. Главное – они все до безумия любили друг друга. Смерть отца Томми и болезнь Джины были страшным ударом, но маленькая семья не распалась, а сплотилась, стала еще крепче, и Томми Бартоломео скорее умрет, чем причинит боль своим близким. Уже поэтому она наверняка невиновна, не говоря уж о том, что Ти Джей Рейли сам по себе, чутьем, сердцем, третьим глазом – черт знает чем еще знал, что она невиновна.

Внезапно раздался истошный рык, а затем лай Байкера. Ти Джей очнулся от своих мыслей и стал всматриваться в темноту. Куда делась Томми? И на кого так яростно лает пес?

Он торопливо спустился с крыльца, побежал по тропинке во двор. Лай Байкера становился все громче и яростнее, но не приближался и не удалялся. Вот и сарайчик, здесь Томми должна поставить в холодильник мороженое...

Черная тень метнулась от угла сарая в сторону леса. В следующий миг разлетелась дощатая дверь, и Байкер кубарем вылетел наружу, чтобы с ревом кинуться вслед убегавшему. А потом Ти Джей вне себя от испуга распахнул вторую дверь – и рыдающая, дрожащая Томми Бартоломео буквально прыгнула ему на руки, обвила шею руками, всхлипывая и подвывая, уткнулась ему в грудь лицом. Ти Джей прижал ее к себе, баюкая, шепча бестолковые и нежные слова, успокаивая – а потом поставил ее на землю и резко встряхнул за плечи.

– Кто это был? Он тебя напугал? Ты видела его?

– Н-нет... я только услышала... он запер Байкера... он был совсем рядом...

Вдали послышался шум отъезжающей машины. Кто бы это ни был, его уже не догнать. Томми вдруг резко отступила на шаг, посмотрела в глаза Ти Джею.

– Я знаю, ты не веришь мне. Ты хочешь написать свою проклятую книгу – мне все равно. Пиши. Только уезжай. Сейчас, немедленно. Уезжай из города, пока не поздно.

– Томми, скажи, что ты знаешь?

– Я знаю только то, что кто-то пытается обвинить меня в убийстве человека. Выставить в глазах людей безжалостной убийцей. Ти Джей, этот человек безумен. Он не остановится ни перед чем. Следующим будешь ты!

– Но почему?

– Потому что этот человек следит за мной, следит за тобой. Он видел твой спектакль в кафе, он видел нас на озере. Ему этого достаточно. Он убьет тебя, и тогда никто на свете не сможет оправдать меня. Я отправлюсь на электрический стул, мои мать и тетка – в дом престарелых, ты будешь в могиле...

– Томми!

– Я не хочу! Я не могу этого допустить. Уезжай, прошу тебя. Я не смогу жить, если...

– Что – если?

Она вдруг покачнулась, и Ти Джей подхватил ее на руки. Томми тоскливо заглянула ему в глаза и прошептала:

– Если ты умрешь, мне незачем будет жить...

И тогда Ти Джей поцеловал ее с облегчением. Почему-то в этот момент ему казалось, что все уже позади.

Лючия выглянула из дома и самым светским тоном сообщила в воздух, старательно не глядя на целующуюся пару:

– Ти Джей, я вынесла вам куртку. Мороз крепчает на глазах. Гулять лучше одетым. Скоро будет чай.

Ти Джей с трудом оторвался от губ Томми и нехотя поставил ее на землю. Охрипшим и несколько... обалдевшим тоном заявил:

– Томми Бартоломео, я требую, чтобы ты поговорила со мной по-человечески. Мы напоминаем двух психов, которые то дерутся, то целуются. Вокруг нас с тобой аж трещит от напряжения, а мы все пытаемся сделать вид, что ничего не происходит.

– Ничего подобного! Просто ты мне не веришь. Ты в глубине души все еще подозреваешь, что я убила Фрэнка Сомервилля. Я понимаю, у тебя сюжет книги идет псу под хвост...

– Книга ни при чем.

– Тогда что? Какого дьявола ты приехал в этот город? В США каждую минуту кого-то убивают, но криминальный писатель Томас Джефферсон Рейли свалился именно на мою голову...

– Фрэнк – мой брат.

Наступила тишина. В тишине падали с неба крупные снежинки. Пепельные волосы Томми Бартоломео покрылись звездчатой вуалью.

– Извини... я не знала... не знала, что у Фрэнка есть брат...

– Мы долго не виделись. С самого детства. Виновата была моя гордыня. Слава богу, я успел попросить у него прощения. У живого. Успел сказать, что люблю его. А потом мне позвонили и сказали, что Фрэнк мертв. Убит.

– Ти Джей...

– Я не верю, что это ты. Я не считаю тебя убийцей. И не потому, что мне нравится целоваться с тобой, и не потому, что твои волосы пахнут ландышем и мятой. Просто... ты можешь дать пассатижами по башке, но не можешь убить камнем со спины.

– Ти Джей...

– Помоги, Томми. Я не смогу разобраться без твоей помощи. Если уж на то пошло, ты в этом заинтересована в первую очередь – кроме меня никому неохота вникать, кто на самом деле убил моего брата. Они выяснят еще что-нибудь, выслушают сплетни Дарлы и арестуют тебя.

– Я помогу... спрашивай, Ти Джей.

Ти Джей набросил на плечи куртку, потер лицо ладонью, несколько раз глубоко вдохнул морозный воздух.

– Итак. Кто-то пытается обвинить тебя в смерти Фрэнка. С этой целью он подкладывает Фрэнку – или отдает при встрече – золотой медальон, принадлежавший тебе. Это удобно, потому что одновременно связывает твое имя еще с одной смертью в Темном озере – Джейка Макфарлана. При желании – а оно есть у отца и брата Джейка – тебя можно обвинить сразу в двух убийствах. Вопрос: как твой медальон попал к этому неизвестному нам пока человеку?