Возвращение повесы - Джо Беверли

Дженси посмотрела ему в глаза и поняла: если она сейчас проявит страх, Саймон от нее откажется. Но она нисколько не боялась – желание разгоралось все сильнее, и в конце концов она сама скинула халат. Он тут же стал расстегивать пуговицы на ее ночной рубашке, но Дженси и на сей раз проявила инициативу – отступив на шаг, стащила рубашку через голову, а затем решительно вскинула подбородок, так что волосы разметались по плечам.

Саймон в изумлении смотрел на жену. Неужели это его Джейн?..

В следующее мгновение он привлек ее к себе и впился в губы поцелуем. Дженси тотчас же прижалась к нему покрепче; именно о таком поцелуе она и мечтала уже долгие месяцы. Прошло еще несколько секунд – вот она уже на его кровати; Саймон же теперь целовал ее груди, плечи и шею.

Ласки и поцелуи Саймона обжигали огнем, и Дженси, не выдержав, громко выкрикнула его имя и, высвободившись из объятий мужа, стала распускать его ремень.

Несколько секунд спустя Саймон стащил бриджи и, отбросив их в сторону, склонился над женой. На миг их взгляды встретились, и Дженси поняла: сейчас произойдет то, о чем она уже давно мечтала. «Ах, быстрее же, быстрее», – подумала она, почувствовав, как желание, нарастающее с каждым мгновением, становится нестерпимым, почти болезненным.

Он вдруг лизнул ее сосок, и она едва не задохнулась от ощущения, которое и вообразить себе не могла. Он засмеялся – наконец-то вошел в нее. Дженси тоже засмеялась и подалась ему навстречу.

А потом ей стало больно, и она тихонько вскрикнула. Саймон тотчас же замер, но она прошептала:

– Продолжай же, продолжай… Я чувствую, что боль сейчас пройдет.

Он снова начал двигаться, и она со вздохом пробормотала:

– Ах, как замечательно… О, Саймон…

Он тоже что-то пробормотал, но Дженси не расслышала, что именно. Впрочем, это было и не важно, главное – что она наконец-то была с тем, кого так давно желала.

Внезапно он улыбнулся ей и прошептал:

– О, Джейн, милая моя женушка, кельтское мое солнышко, любовь моя…

Его любовь? Неужели она не ослышалась? Нет-нет, конечно же, не ослышалась!

Ей хотелось сказать ему о своей любви, но она будто лишилась дара речи; из горла ее то и дело вырывались стоны, но она не могла вымолвить ни слова.

А затем словно последовал взрыв, прокатившийся по всему ее телу. Содрогнувшись несколько раз, Дженси громко вскрикнула и замерла в полном изнеможении. «Ах, Тилли, неудивительно, что ты так любила мужчин», – промелькнуло у нее в голове.

– Моя милая жена, – пробормотал Саймон ей в ухо. – Моя любовь.

Дженси поглаживала его по плечам и по спине и думала о том, что поступила правильно, решив уступить своему влечению. Да, она обещала себе этого не делать, но, к счастью, не сдержала обещание, и то, что произошло сейчас между ними… О, это было прекрасно!

И он ее любит.

Как она может порвать с ним, если он ее любит?

Он откинул с ее лица волосы.

– Было очень больно?

– Нет, немножко, но я не против. К тому же все уже прошло. – Она улыбнулась и добавила: – Как будто зуб вырвали.

– Ужасная женщина! – В его глазах плескался восторг. – Ужасная – и очаровательная!

Она заглянула ему в глаза и, немного помедлив, спросила:

– А можно, мы… сделаем это еще раз?

– Несомненно. Но не позволяй мне быть жестоким.

– Ты настолько жесток, что откажешь даме в удовольствии?

Он засмеялся:

– Джейн Сент-Брайд, ты великолепна!

Он поднялся с постели и во всем великолепии своей наготы подошел к столу, где стоял графин с бренди. Она повернулась на бок, наблюдая за ним.

– Как получилось, что на вас нет ни единого светлого пятнышка, сэр?

– Купался голышом, как и большинство здешних мужчин. А летнее солнце тут жаркое. Жаль, что у меня нет ничего, кроме бренди.

Он подошел к кровати, поставил графин и бокал на пол, затем улегся и подал жене другой бокал.

– Капни на меня и лизни. Может, так бренди понравится тебе больше.

Она прикусила губу, но сделала, как он сказал.

– М-м-м… Действительно, так вкуснее. – Она провела кончиком языка по его плечу, затем по животу.

Саймон снова рассмеялся и спросил:

– Может, капнешь пониже?

Она посмотрела на его торчащий «петушок» (у Хаскеттов это называлось именно так), затем окунула палец в бокал и выполнила его просьбу. Немного помедлив, слизнула бренди и тотчас же услышала тихий стон мужа и почувствовала, как он напрягся. Негромко рассмеявшись, Дженси снова лизнула возбужденную мужскую плоть и вновь услышана стон. Потом он вдруг усмехнулся и пробормотал:

– Откуда тут появилась эта жуткая распутница?

– Откуда появилась?.. – Дженси в страхе смотрела на мужа. Неужели он что-то заподозрил?

Но прежде чем она нашлась с ответом, он опрокинул ее на спину и вошел в нее.