Герой моих грез - Сандра Браун

Сердце забилось, как сумасшедшее. Что это? Стон боли или страсти? Агонии или экстаза? Возможно, того и другого вместе. О Господи, ей так не хотелось знать это! Но дети! Они не оставят ее в покое.

Элизабет пошла по коридору в глубь дома. Увидела открытую дверь и услышала шелест простыней. Да, именно простыней, она не ошиблась. Но сколько там тел – одно или два? Она заглянула и тотчас отшатнулась назад, однако успела увидеть достаточно много.

Это была, несомненно, спальня. У стены, напротив дверей, стояла королевских размеров кровать, на которой возлежал сам хозяин. К счастью, один. Только не похоже было, чтобы он отдыхал.

Несколько секунд вполне хватило, чтобы понять, что Тэд болен. Он метался в постели.

Элизабет собрала все свое мужество и вошла в спальню холостяка с тем душевным трепетом, с которым новобранец вступает в свой первый бой. Каждый выполняет свой долг.

– Тэд? – Ее охрипший голос дрожал. Неудивительно, что Тэд не услышал ее. Стоны становились все громче, и это помогло Элизабет справиться с дрожью в голосе.

Резким движением Тэд откинул бледно-голубую простыню и предстал перед Элизабет совершенно голым.

Хорошо еще, что часть простыни задержалась на его бедрах, скрыв от женщины то, что было между ними. Тэд лежал, раздвинув ноги: и одна свисала чуть ли не до пола, а вторая явственно вырисовывелась под простыней. Грудь была обнажена, а плоский живот тяжело поднимался и опускался при каждом вдохе и выдохе. Пупок у него…

Элизабет отвела взгляд от пупка, успев, однако, заметить, что он сексуальный, глубокий и окружен темными вьющимися волосами, которые уходили вверх узкой дорожкой, разделяя торс на две равные половины, и соединяли грудь с тонкой талией. Против ожидания соски у него были напряжены.

Элизабет на цыпочках с опаской приблизилась к кровати, словно там лежал дремлющий зверь. Глаза у Тэда были закрыты, а веки судорожно подергивались. Он что-то пробормотал, потом опять издал стон.

Движимая жалостью, Элизабет склонилась над ним, упершись коленом в постель.

– Тэд? Вы больны?

Одной рукой он шарил по постели, а второй… инстинктивно закрыл то самое место. До этого Элизабет не замечала его, просто не могла себе этого позволить. Но сейчас у нее не было выбора.

Она не в силах была даже моргнуть и прерывисто дышала. В голове били все колокола Квазимодо. И Элизабет едва не потеряла сознание.

Тэд снова заколотил кулаком по постели, а потом крепко сжатый кулак лег всей своей тяжестью ей на грудь, пальцы разжались и коснулись мягкой округлости. Тэд, должно быть, пробудился от беспокойного сна, потому что глаза у него вдруг открылись. Он ошеломленно уставился на женщину, стоявшую у его постели, она с не меньшим удивлением – на него. Тэд быстро натянул простыню, и под ней на том месте, где он раньше держал руку, образовалась выпуклость. Но ни сам он, ни Элизабет этого не замечали или притворялись, будто не замечают.

– Что вы здесь делаете? – спросил он охрипшим голосом, облизнув пересохшие губы.

Элизабет долго не могла ничего объяснить, потом, запинаясь, наконец произнесла:

– Я… мне… Дети… Вы больны?

Тэд потрогал ладонью лоб.

– Ничего страшного, я скоро буду в порядке.

Он не хотел признаваться, что болен, и это привело Элизабет в ярость.

– Так больны вы или нет?

– Похоже, болен, – пробормотал он. – Скорее всего, это грипп. Вам лучше держаться подальше, чтобы не заразиться и не заразить ребятишек.

– У вас температура?

– Не знаю. А вы как думаете?

Элизабет, поколебавшись мгновение, положила свою прохладную руку ему на лоб, липкий от пота, но горячий.

– Небольшая, но есть.

– Это я пропотел, а была высокая. Все сбросил с себя! Видите, вон в ногах валяется. Там покрывало, одеяло и простыни.

– Термометр есть?

– В шкафчике в ванной комнате.

Элизабет обрадовалась предлогу хоть на минуту отойти от Тэда и направилась в ванную комнату. Взяла термометр со второй полки в шкафчике над раковиной, с трудом поборов искушение посмотреть, что еще там лежит, и вернулась в спальню, прихватив вместе с термометром аспирин в пузырьке.

Тэд успел разровнять простыню и еще выше подтянул ее так, что голой осталась только грудь с упругими сосками. Элизабет спокойно, насколько это было возможно в сложившейся ситуации, стряхнула градусник, склонилась над Тэдом и положила термометр ему под язык.

– Вы что-нибудь принимали? Хотя бы это? – Она протянула Тэду пузырек с аспирином. Он покачал головой. С упреком взглянув на него, она бросила: – Я скоро вернусь. Не забудьте про градусник. Когда в дверях появилась мать, Миган и Мэтт буквально прыгали от нетерпения.

– Вы оказались правы, – сказала Элизабет, опередив детей, готовых обрушить на нее тысячи вопросов. – Тэд болен.

– Можно его навестить?

– Нет.

– Больных друзей надо навещать. Так говорят в воскресной школе.

– Но не в тех случаях, когда у друзей заразная болезнь. Вы можете заразиться гриппом.

– Ты тоже можешь заразиться. Почему же тебе можно, а нам нельзя?

– Потому что я мама, а мамы не так легко заражаются, как дети.

Она сочла свой аргумент бесспорным, однако оба в один голос воскликнули:

– Но, мама…

– Никаких «но». – Непреклонное выражение ее лица заставило их замолчать. – Я приберусь у него на кухне и сварю ему бульон. А вы пока взгляните, как там Пенни и щенята. Есть ли у них свежая вода.

Отправив детей, Элизабет со стаканом воды возвратилась в спальню, как раз, когда Тэд вынул термометр изо рта.

– Сколько там? Я никогда не мог разобраться с этой чертовой штукой.

– Тридцать восемь и шесть, – ответила Элизабет, взглянув на протянутый Тэдом градусник, прежде чем спрятать его в пластиковый футляр. – Примите две таблетки аспирина. – Он послушно проглотил таблетки, запив их водой. – Часов в десять примете еще две. Не забудете?

– Постараюсь.

Приняв лекарство, Тэд в изнеможении откинулся на подушку, всю в буграх и мокрую от пота.

– Давайте поменяю вам постель?

Он вспомнил, что лежит совсем голый, и, поглядев на Элизабет, ответил:

– Нет.

Она не настаивала. Более того, испытала облегчение. При одной мысли о том, что ей придется смотреть на голого Тэда, прикасаться к нему, она ощутила слабость в коленках.

– А как насчет того, чтобы заменить подушку?

Тэд согласился. Он приподнял голову, а Элизабет, вытащив влажную подушку, заменила ее другой, которую нашла в ногах кровати.