Полуночный Ангел - Джулия Берд

– Что случилось, миледи? – спросила Колетт. Она повесила костюм мистера Моргана в шкаф, а затем повернулась к хозяйке.

Лидия, полураздетая, стояла перед большим зеркалом и задумчиво смотрела на свое отражение. Но мысли ее были далеко.

После поцелуя в карете ее мир перевернулся с ног на голову. Теперь нельзя и мечтать о том, чтобы как ни в чем не бывало вернуться к спокойной и размеренной жизни, которую она вела в последнее время в качестве графини Боумонт. И еще. Разве сможет она во второй раз отказаться от Хью? Лидия покачала головой, стараясь не думать об этом. Есть куда более важные вещи. Реджи застал ее в самый неподходящий момент, а значит, ее маска едва не была сорвана и тайна Полуночного Ангела едва не была раскрыта. Ни она, ни виконт не сочли нужным что-либо объяснять Реджи, потерявшему от изумления дар речи. Но сколько времени потребуется сообразительному малому, чтобы сложить кусочки головоломки вместе и выяснить, что к чему?

Итак, Хью было известно, кто она. Как давно он знал об этом? Лидия успела привыкнуть к тому, что она могла совершенно безнаказанно жить в обличье мужчины. Готова ли она быть только собой, и никем больше? Но тогда Реджи обо всем узнает. А можно ли быть уверенной, что ни Хью, ни Реджи никому не проговорятся о том, что знают? Лидия и не подозревала, насколько она зависела от своего второго «я».

– Ну что это вы, миледи, притихли как мышка? Своей преданной Колетт вы можете рассказать все без утайки.

Лидия заставила себя взглянуть в доброе, полное искреннего участия лицо служанки.

– Так много всего произошло, что я даже не знаю, какое из событий расстроило меня больше всего, – вздохнула Лидия.

– Ну, что бы это ни было, не пытайтесь решить все проблемы сразу, мадам. Ложитесь-ка лучше спать, а утром все покажется вам не таким уж и страшным.

Лидия сомневалась, что сумеет уснуть. Она любила Хью так же сильно, как и когда-то. Но что испытывает к ней Хью сейчас? Любит ли ее?

Пока Колетт надевала ей через голову длинную ночную рубашку, новая забота ворвалась в мысли Лидии. Если кто-либо из репортеров узнает, что она была знаменитым Полуночным Ангелом, информация об этом немедленно попадет в газеты. Газетчики обожают пикантные подробности из жизни представителей высшего сословия и всегда норовят позлословить на их счет. А если случится так, что ее фотография окажется на газетных полосах, кто-нибудь может узнать в ней Адди Паркер.

Лидия самым тщательным образом скрывала от окружения своего мужа, кто она на самом деле, и потому практически не появлялась на великосветских раутах и увеселениях, прикрываясь необходимостью постоянно находиться рядом с мужем, чья жизнь угасала с каждым днем. Но стоит всем узнать ее историю, как многие люди от нее отвернутся. А после смерти мужа, который всячески защищал ее, она и вовсе пропадет.

Но она хотела быть рядом с Хью! Она мечтала стать его женой.

Она хотела быть его любовницей и подругой. Самой судьбой им было предначертано быть вместе. С того самого момента, когда они спасли друг друга от неминуемой гибели. Однако Хью не знает всей правды о ней. Он знал ее как гувернантку, которую соблазнил, и даже не догадывался, как она жила, покинув Уиндхейвен, пока не встретила своего избавителя – графа Боумонта.

Неожиданно дверь в комнату распахнулась, прервав невеселые размышления Лидии. Обе женщины вздрогнули, а Колетт вскрикнула, увидев на пороге незнакомца. Мужчина ошарашенно смотрел на полуодетую Лидию.

– Реджи! – наконец сумела выговорить Лидия. – Что ты здесь делаешь?

Он молчал и лишь смотрел, не скрывая своего ужаса, на ее ночную рубашку в оборках и рюшечках, и Лидия увидела, как до него начинает медленно доходить, кто именно стоит перед ним. Его взгляд остановился на ее приподнятой чашечками корсета груди. И тут Колетт, опомнившись, набросила на плечи хозяйки халат, прикрывая ее наготу.

– Черт побери, – выдохнул Реджи, качая головой. – Ловко же вы меня провели.

– Как ты попал сюда, Реджи? – с запоздалым возмущением произнесла Лидия.

Он нахмурился:

– Когда я увидел вас и виконта вместе… ну, мне захотелось выяснить, что к чему. Вы высадили меня, а я нанял карету и поехал за вами следом. Вы проскользнули через дверь черного хода – а я придержал ее до того, как она захлопнулась. Затем я тихо поднялся по лестнице. Но я никак не мог ожидать того, что увижу… такое!

– Мы должны поговорить, – твердо заявила Лидия. Она уже успела запахнуть длинный халат и завязать пояс на талии. – Но не здесь.

– Скажите мне, кто вы? – едва ли не выкрикнул он.

– Я графиня Боумонт, – сказала она настолько спокойно, насколько позволяла ей выдержка.

– Черт возьми, я думал, это честная работа, а вы… вы обманули меня!

Реджи качнулся, и Лидии показалось, что еще немного – и он хлопнется в обморок. Затем он дернулся, развернулся и понесся к двери, ведшей к узкому потайному ходу, рванул на себя дверь и выбежал.

– Быстрее, Колетт, идите за ним, остановите его, приведите в мою личную гостиную и дайте ему хорошую порцию бренди.

– Да, мадам, – сказала служанка и покинула Лидию, оставив ее одеваться и мысленно готовиться к крайне непростому разговору.

На следующее утро Лидия и Клара отправились в клинику Литтл-Шеперд. Поскольку Клара хотела, чтобы этот визит остался никем не замеченным, дамы воспользовались наемным экипажем.

– Ты выглядишь слишком напряженной, – сказала подруге Клара, когда они подъезжали к клинике. – Надеюсь, ты не жалеешь, что согласилась поехать со мной?

– Нет-нет. Дело не в тебе. Это другое, Клара. Представляешь, Реджи и лорд Монтгомери узнали, кем является мистер Морган на самом деле. И произошло это именно этой ночью.

– О нет! – воскликнула Клара. – Как же это могло случиться?

– Я всю ночь не спала, мысли смешались, даже толком и объяснить не могу. Но Реджи заподозрил неладное, когда увидел, как Монтгомери целует меня.

Клара не сдержала изумленного вздоха, а потом вдруг рассмеялась.

– Только, пожалуйста, не говори ничего, я чувствую себя ужасно! – попросила ее Лидия. – Конечно же, я собираюсь обо всем рассказать мужу. Не думаю, что он обрадуется, когда узнает. Но одно я знаю точно – предать его я не могу. Того, что произошло между мной и Монтгомери, никогда больше не повторится. Но меня беспокоит Реджи. Он разозлился на меня за то, что я обманула его. Говорили мы с ним очень долго, и мне остается надеяться, что он будет держать язык за зубами.