Три вечных слова - Шарон Фристоун

Дверь кухни резко распахнулась.

— Вот ты где, Ларри! Я уж подумал, не заблудился ли ты. — В кухне появился Том Браун. — А вы, должно быть, шеф-повар? — Светло-карие глаза дружелюбно разглядывали Кэтрин. — Поздравляю! Вы отлично справились с работой. Еда была превосходной. И я хочу поблагодарить ваших прелестных официанток, — закончил он с улыбкой.

— Спасибо, — поблагодарила Кэтрин, силясь улыбнуться, — но они уже уехали.

— Жаль. Пойдем, Ларри, гости уже разошлись, и, думаю, нам не стоит задерживать эту молодую леди, Вы, должно быть, устали, — участливо обратился он к Кэтрин. Том взял со стола счет и, изучив его, протянул Ларри. — Надеюсь, ты добавишь солидные чаевые. Ты это можешь себе позволить. Как насчет того, чтобы пропустить по глотку бренди в библиотеке?

Кэтрин посмотрела на Ларри и содрогнулась под его пронизывающим взглядом. В его глазах бушевала буря, и Кэтрин ощутила, как у нее по спине побежали холодные мурашки. Однако Кэтрин выдержала этот взгляд.

— Денежное вознаграждение за услуги, оказанные красивой женщиной… — Его светлые глаза оглядели ее с головы до ног с бесцеремонностью избалованного мужчины. — Само собой разумеется. А женщина, которая умеет готовить так вкусно, истинная находка.

Его насмешливый тон, его двусмысленные фразы выводили Кэтрин из себя, в то время как ее тело изнывало от томления, вновь переживая страстный поцелуй Ларри.

— Разумеется, Том, я с удовольствием принимаю твое приглашение.

Попрощавшись, мужчины удалились, и Кэтрин испустила протяжный вздох облегчения. Она чувствовала себя на грани эмоционального срыва и мечтала побыстрее уехать домой. Она не хотела задерживаться здесь ни на секунду.

Кофе был сервирован в большой гостиной, и Кэтрин лихорадочно сновала по комнате, составляя чашки, блюдца, тарелки и приборы на сервировочную тележку. Вернувшись в кухню, она вымыла посуду, сложила ее в коробку, затем, оглядевшись, сняла со спинки стула свою поварскую куртку и затолкала в сумку. Убедившись, что ничего не забыла, Кэтрин подхватила сумку и коробку с сервизом и выскочила из дома.

На улице уже стемнело. Одолеваемая желанием поскорее уехать, Кэтрин села за руль, дрожащей рукой сунула в замок зажигания ключ и повернула. Но в спешке она слишком рано отпустила педаль сцепления, и двигатель заглох…

Черт, черт, черт!!!

Со стороны переднего пассажирского сиденья открылась дверца, и слишком хорошо знакомый голос спросил:

— Какие-то проблемы?

Кэтрин повернула голову и наткнулась на насмешливый взгляд Ларри.

— Только с тобой! — взвизгнула она и потянулась, чтобы захлопнуть дверцу, но Ларри проворно скользнул в салон. В результате Кэтрин оказалась лежащей грудью на его коленях.

Она с трудом выпрямилась, чувствуя, как краска заливает лицо. Ларри поймал ее руки.

— Убирайся из моей машины! — закричала Кэтрин и предприняла безуспешную попытку вырваться.

— Дорогая, неужели ты и вправду считаешь, что я отпущу тебя, не поговорив? К тому же я с тобой еще не расплатился. Так дела не делаются.

— Окажи милость и пришли чек по почте, только, пожалуйста, без всяких там оговорок, — огрызнулась она.

Некоторое время, показавшееся ей вечностью, Ларри пристально смотрел на нее. Кэтрин стало не по себе, и она вдруг испугалась.

— Ладно, Кэтрин. Сдаюсь, я заслужил твой гнев, — сказал он миролюбиво, продолжая сжимать ее руки. — Но все же мы должны поговорить.

Не имея возможности сопротивляться, Кэтрин чувствовала себя беспомощной. Близость Ларри, сдерживаемая мощь его большого тела и инстинкт самосохранения предупреждали ее об опасности. Она уже имела возможность убедиться, что Ларри принадлежит к числу мужчин, которые не отступают от своей цели, так что ни ее согласие, ни протесты значения не имели. Опыт общения с ним подсказывал Кэтрин, что его спокойствие обманчиво.

Поборов гнев, Кэтрин задумалась о причине его настойчивости. О чем он собирается разговаривать с ней? Кажется, они все выяснили еще в Австралии. Она попыталась снова освободить руки, но Ларри сильнее стиснул ее ладони. Сопротивление было бессмысленным, и Кэтрин покорилась неизбежному.

— Хорошо, я тебя слушаю.

Понимая, что не может мериться с ним силой, Кэтрин решила позволить Ларри высказаться, чтобы раз и навсегда покончить с этим.

— Не здесь. Только дай я сяду за руль.

Кэтрин и глазом моргнуть не успела, как поменялась с Ларри местами. Когда она опомнилась, автомобиль уже набирал скорость. Наглость Ларри ее разъярила, и, забыв обо всем на свете, Кэтрин вцепилась в его руку, желая завладеть рулем.

— Немедленно останови машину, негодяй!

— Не будь идиоткой, — прорычал Ларри и, с легкостью стряхнув ее руку, одним движением пригвоздил Кэтрин к спинке сиденья. — Ты что, хочешь нас угробить?

Он был прав, умереть она не хотела. Кэтрин как-то сразу остыла и обмякла. На смену ярости пришли иные эмоции. Кэтрин вдруг ощутила, что тепло его руки горячей волной распространяется по ее телу. Испугавшись нечаянной реакции, она вжалась в кресло.

Поймав на себе его насмешливый взгляд, Кэтрин отвернулась.

— Как ни удивительно, дорогая, но остатки благоразумия у тебя, оказывается, сохранились.

Надменный индюк, мысленно огрызнулась Кэтрин, но внешне осталась спокойной.

Глядя в окно, она видела, что они выехали на узкую дорогу, змеившуюся среди густой поросли деревьев.

— Ты когда-нибудь была на ферме, где разводят оленей? — спросил Ларри и заглушил двигатель.

Кэтрин огляделась. Машина стояла на берегу живописной речки, посеребренной лунным светом. Почти к самому берегу спускалось обширное пастбище с небольшими строениями, огороженное забором. Признаков человеческого жилья поблизости Кэтрин не заметила. Место казалось пустынным и загадочным. Тишину время от времени взрезали резкие крики какой-то ночной птицы.

Ларри вышел и, обойдя машину, открыл дверцу для Кэтрин.

— Выходи. Пойдем посмотрим на оленей. Ты наверняка хоть раз готовила оленину.

— Ты собирался поговорить со мной о ферме, где разводят оленей? — осведомилась Кэтрин язвительно и вышла из машины.

— Нет, Кэтрин, — поспешил заверить ее Ларри.

Легкий порыв ветра разметал ее волосы. Ларри осторожно убрал со лба Кэтрин непослушные пряди, нечаянно скользнув пальцами по ее нежной коже, и почувствовал, как от этого прикосновения подскочило в его груди сердце. Глядя на Кэтрин, он с трудом поборол искушение прильнуть к ее губам и зацеловать до потери сознания. Но он привез ее сюда не для этого.

Кэтрин поёжилась, но не от вечерней прохлады. Ее встревожила чувственная улыбка Ларри и нежное прикосновение его чутких пальцев.

— Тогда о чем?