Маскарад под луной - Джуд Деверо

Рид отстегнул что-то, прикрепленное к ремню у него на талии, и Софи заметила, что на боку у него болтается сложенная кольцами плеть.

— Вы Зорро! — воскликнула она.

— Так уверяла меня Сара. — Он развернул плеть.

— Где же ваш плащ? Мне обещали, что будет плащ.

— Я оставил его в доме Сары. Простите, что разочаровал вас, но я не смог выдержать еще и плащ. Всему есть предел.

— Должно быть, хотели выставить напоказ свои мускулы, — пробормотала Софи.

— Что вы сказали?

— Ничего. Я… — Она осеклась, потому что в этот миг Рид взмахнул плетью в сторону балки. Внезапная догадка заставила Софи похолодеть. — Я проголодалась! — громко выпалила она. — Правда, очень хочется есть. Давайте начнем прямо сейчас. Сию же минуту!

Рид уловил страх в ее голосе.

— Не волнуйтесь. Это займет лишь пару секунд.

Прежде чем Софи успела ответить, он захлестнул петлей ближайшую балку высоко над головой, потянул за веревку, проверяя на прочность, и, оторвавшись от лестницы, взмыл в воздух. Перелетев на другой конец комнаты на скользящей петле, он соскочил вниз, сияя улыбкой, словно проказливый мальчишка. Софи в испуге наблюдала, прижав ладонь ко рту.

— Вам следовало одеться Тарзаном, — заметила она, строгим тоном давая понять, что слова ее отнюдь не комплимент. Сумасбродная выходка Рида не на шутку ее испугала.

— Набедренная повязка из шкуры леопарда не смогла бы скрыть мои мускулы, верно? — ухмыльнулся Рид. Недавнее замечание Софи, определенно, не прошло мимо его внимания.

Девушка не смогла удержаться от смеха.

Сложив плеть, Рид закрепил ее на поясе, подхватил корзину с едой и взлетел по лестнице, перескакивая сразу через несколько ступенек.

Минуту спустя он уже сидел напротив Софи на импровизированной кушетке, открывая корзину. Внутри лежало множество маленьких бутербродов, три вида салата и две бутылки вина.

— Вы сами готовили угощение? — спросила Софи, когда Рид, открыв бутылку, наполнил вином бокалы.

— Нет, — весело признался он. Софи не стала допытываться, решив, что корзину собирали преданные помощницы доктора или его любящие пациентки. — Расскажите о себе, — попросил Рид, доставая тарелки из кармашков на крышке корзины.

События прошлого промелькнули перед глазами Софи, словно картинки на киноэкране: борьба за поступление в университет, смерть матери, забота о сестре и в довершение всего эдакой сладкой вишенкой на торте — похищение семейной реликвии Триборнов.

Заметив нежелание Софи говорить о себе, Рид не стал настаивать.

— В понедельник утром, между восемью и десятью часами, в дом Ким заглянет курьер «Федэкс»[6], чтобы забрать вашу посылку. Я договорился со своим приятелем в Окленде, пакет придет к нему. Он отошлет его Эрлу.

— Эрлу? — недоуменно нахмурилась Софи, но тут же вспомнила, что присвоила это имя Картеру. — Да, конечно. Эрлу. Не знаю, как вас благодарить. Поверьте, я не всегда такая беспомощная, просто…

— Я вовсе не считаю вас беспомощной. Софи, я хотел сказать: ваша глиняная скульптура прекрасна. У вас удивительный, редкий талант. Почему… — Рид оборвал себя, впившись зубами в бутерброд.

— Почему я не выставляю свои работы? — По выражению лица Рида Софи угадала, что он не решился продолжить тему, боясь показаться излишне любопытным, но она ничего не имела против. — У меня есть своя теория.

— Какая же?

— Каждый человек на земле наделен каким-то особым даром, будь то талант к живописи, к музыке или… способность содержать в чистоте дом, даже полный маленьких детей.

— Мне явно не хватает гена, отвечающего за чистоту в доме, — признался Рид, поднимая бутылку. — Еще вина?

Софи кивнула.

— Но каждый обладает индивидуальными чертами, которые и отличают нас друг от друга. Взять, к примеру, вас с Ким.

— Продолжайте.

— Она хотела овладеть мастерством ювелира, а вы мечтали стать врачом, и оба добились желаемого.

— Я пока не понимаю, к чему вы клоните, — вскинул брови Рид.

— Ким обладала целеустремленностью, не уступавшей ее таланту. У нее свой ювелирный салон, а теперь еще и контракт с «Ниман-Маркус»[7]. А вы состоялись как врач.

— Кажется, я понял, — задумчиво произнес Рид. — Люди уступают перед напором обстоятельств и забывают о своих мечтах или таланте.

— Точно! За годы обучения в университете я встречала фантастически одаренных людей, но после ничего о них не слышала. Помню одного юношу. Он написал пьесу, которая всех нас потрясла. Знаете, чем он теперь занимается? Продает подержанные автомобили.

— Значит, он недостаточно сильно стремился к своей цели? — спросил Рид, пристально вглядываясь в лицо Софи. — Вот что случилось с вами?

— Мне всегда недоставало такой же неуемной энергии и настойчивости, как у Джекки или Ким. Я… — Софи опустила глаза, уставившись на свои руки.

— Вы больше думали о других, чем о себе, — возразил Рид. — Готов подтвердить: моя сестра не позволила бы никому и ничему помешать ей заниматься ювелирным делом. Но вы… Сестра нуждалась в вашей заботе, и вам пришлось забыть о своих желаниях.

— Что ж, можно и так на это взглянуть. — Слова Рида принесли Софи облегчение, словно он заставил ее лучше относиться к себе. В последние годы, встречая в Интернете новости об успехах Джекки или Ким, Софи чувствовала себя неудачницей. А в глазах Рида она выглядела едва ли не героиней.

Софи больше не хотелось говорить о себе, она с удовольствием послушала бы о странствиях Рида по миру.

— Какая из стран, где вы побывали, показалась вам самой красивой?

— Новая Зеландия.

— Правда? — удивилась Софи. — А я думала, какой-нибудь тропический остров вроде Таити.

— Там полно машин — сплошные пробки — и слишком много домов.

— Что оставило самое яркое впечатление?

— Галапагосские острова и Петра, почти в равной степени.

— А самое жуткое место?

— Тонга и еще остров Пасхи.

— Интересно, — улыбнулась Софи. — Что вас больше всего удивило?

— Гонконг. Он очень чистый, современный.

— Так где бы вам хотелось жить? — Рид открыл было рот, чтобы ответить, но Софи жестом остановила его. — Дайте я угадаю. В Новой Зеландии.

— Да, — кивнул Рид. — Там у меня друзья, и мне все нравится в этой стране.