Шутки в сторону! - Франческа Клементис

— Что ты делаешь со своей жизнью?! — качал головой Крис, наблюдая, как она мечется, с космической скоростью меняя работу, партнеров, города.

Иззи не любила подобных вопросов. Самой себе она напоминала бродягу, скитающегося в поискал пристанища. Она часто меняла любовников, и лишь немногие задерживались в ее постели дольше, чем на несколько недель. Она всегда сама бросала их, прежде чем они начинали оценивать ее внешность и поступки.

«Ты могла бы стать актрисой! Ты могла бы стать танцовщицей! Ты могла бы стать моделью!» — говорили ей.

И она успела побывать и тем, и другим, и третьим, не добившись славы, но зарабатывая приличные деньги. Знакомые завидовали ее богемному и яркому образу жизни, но зависть других не приносила удовлетворения. Да и вряд ли что-то еще могло ее удовлетворить.

В душе Иззи жило тайное стремление стать обыкновенной, но она не осмеливалась попробовать и не знала — как.

В последнее время она занималась выгулом чужих собак, выводя дважды в день в парк по двадцать четвероногих питомцев. Это занятие оказалось неожиданно прибыльным, к тому же собаки, не в пример многим людям, не смотрели на нее оценивающе.

Только Крис позволял ей сохранить остатки душевного равновесия и не потерять надежду на лучшее. Она придирчиво изучала его, недоумевая, как человек, получивший такое же воспитание, как она, смог остаться нормальным. Ей очень хотелось спросить брата, в чем его секрет, но она все никак не могла улучить подходящий момент.

Сегодня, как и много раз прежде, они крепко выпили и распевали дуэтом, пока хозяин паба не выставил их за дверь. Крис решил не ехать домой, а переночевать у Иззи. Постелив ему в гостиной, она оставила дверь спальни открытой, чтобы они могли разговаривать, лежа в постелях.

— Мы все время так делали в детстве, помнишь? — сонно спросила она.

— Помню, ты все болтала и болтала, пока мама или отец не приходили и закрывали обе двери.

— Я их ненавидела за это, а ты, Трис?

Даже в хмельном тумане Крис чувствовал, что с Иззи лучше не спорить. Когда они были детьми, сестра порой сводила его с ума, да и сейчас дела обстояли не лучше. Он знал, что она несчастна, и как мог старался помочь ей. Иногда он брал ее с собой на вечеринки с друзьями, но своими странными повадками она всегда смущала его.

Крис вспомнил, как по ночам слушал запрещенное в родительском доме радио, накрывшись с головой одеялом. Бормотание Иззи не мешало ему, и он лишь изредка покашливал или вставлял какие-нибудь междометия, чтобы показать, что слушает. Он не знал, что в эти минуты сестра делилась с ним плодами своей необузданной фантазии, а его неопределенные ответы принимала за одобрение. Теперь ему казалось, что Иззи избавилась бы от самых диких своих идей, если бы в детстве и юности он был внимательнее и почаще одергивал ее. Поэтому сейчас, несмотря на одолевающий его сон, он заставлял себя поддерживать разговор.

— Так как ты собираешься поступить с Лорен? — спросила она.

Большую часть вечера они проговорили о его работе и связанных с ней проблемах. Иззи безмерно уважала брата за цельность натуры и завидовала его способности испытывать сильные чувства. Ей самой и то, и другое было органически чуждо. О Лорен она спросила наугад, не зная, стоит ли затрагивать эту тему.

— Я еще не решил, — ответил Крис. — Мне она нравится, но, честно говоря, не знаю, стоит ли игра свеч.

— Какая игра? — не унималась Иззи.

Крис помедлил. Он не рассказывал сестре о цепи недоразумений, начавшихся с подвески с изображением рыб. Эта история казалась ему все более нелепой. Кроме того, ему не хотелось выставлять Лорен в невыгодном свете. Преданность брату может заставить Иззи невзлюбить ее за то, что она доставила ему столько хлопот. А если он решит встречаться с Лорен, нужно, чтобы и Иззи почувствовала к ней симпатию.

— Да так, ничего особенного. Я просто никак не могу до нее дозвониться. Она уехала из города, а я забыл спросить номер ее мобильного телефона. Я хотел поговорить с ней и убедиться, что она хорошо себя чувствует после вчерашнего.

Голос его становился все тише, и, едва закончив фразу, Крис погрузился в сон. Иззи еще немного полежала в тишине, обдумывая его слова. «Что ж, — решила она, — раз он так убивается, я достану ему номер ее мобильника».

В воскресенье утром, когда Крис уехал к себе проверять письменные работы своих учеников, Иззи позвонила Бет. Слушая длинные гудки в трубке, она повторяла про себя: «Только бы по привычке не назвать ее Сумасшедшая Бет».

— Алло? — прошептала Бет.

— Привет, Бет, это Иззи. Надеюсь, что не разбудила тебя.

Разбудила. Я после ночного дежурства и только час назад заснула. А через два часа мне нужно возвращаться в больницу. — «По крайней мере теперь, после разрыва с Крисом, мне не придется быть вежливой с этой ведьмой», — подумала Бет.

Однако Иззи не обратила внимания на ее грубость, отнеся ее на счет усталости. Она была полна решимости довести свое дело до конца.

— Мне очень жаль, дорогая, — сказала она, однако в ее голосе не было и тени раскаяния. — Но у меня срочное дело. Мне нужно поговорить с людьми, к которыми вы с Тристаном ходили на вечеринку на прошлой неделе. Стелла и Пит, так, кажется, их зовут?

Услышав имя Пита, Бет насторожилась:

— Зачем тебе говорить с ними? Ты их даже не знаешь.

Бет и сама не понимала, почему вдруг стала такой подозрительной. Наверное, дело в смутной тревоге, которую она ощущала при мысли о Пите. Они не сделали ничего предосудительного, но она ушла из кафе, абсолютно поглощенная игрой в «А что, если…».

Она солгала Иззи: никакого дежурства не было, просто она проворочалась всю ночь в постели не в силах уснуть. Это было глупо. Она же врач, она должна уметь отделять факты от фантазии. Факты были просты: во-первых, Пит женат и, как бы он ни был недоволен браком, менять положение вещей не собирался. Во-вторых, у нее только что закончился первый и единственный серьезный роман в жизни, и сейчас она была не в состоянии принять обдуманное решение. В-третьих… она еще не придумала, что в-третьих, но двух условий ей казалось недостаточно.

Теперь Иззи опять вернула ее в прошлое. Бет была уверена, что она действует от лица Криса и что ее звонок как-то связан с той девушкой на вечеринке, которой так хотелось сходить с Крисом в кино. К собственному удивлению, она ощутила укол ревности, увидев Криса с другой женщиной. Странно, ведь она с облегчением восприняла его уход…

Самым большим преимуществом Бет в современной жизни было то, что она никогда не читала женских журналов и не смотрела «мыльных опер», а поэтому не знала о стандартных реакциях на эмоциональные потрясения. Она не подозревала о том, что должна чувствовать себя уязвленной, порвав длительные отношения, даже если роман закончился по обоюдному согласию партнеров. Не знала она и о том, что справочники пестрят телефонами психологов, которые зарабатывают на жизнь, облегчая страдания людей, оказавшихся в ее положении.