Пятнадцатый рай - Алиса Клевер

– Не понимаю, откуда взялось такое желание обложить меня ватой и обмахивать веером? – возмутилась Арина.

– Очень странно, что ты этого не понимаешь, – неожиданно жестко отчеканил Максим и ушел в спальню, принялся разбирать вещи. Арина осталась в гостиной, не зная, как реагировать на перепады его настроения. Кто поймет этого мужчину? Да и возможно ли это – понять его. Минуту назад, в лифте, он сделал все, чтобы разжечь ее, распалить, заставить желать его… И вот, пожалуйста, он предпочитает разбирать какие-то провода, настраивать компьютер – в одиночестве. Ведет себя так, словно никаких непристойных желаний никогда не демонстрировало его тело.

Вот каков гусь!

Арина смотрела на него, пытаясь разгадать или хотя бы разозлить, но Максим с непринужденным видом сидел на полу и настраивал оборудование, просматривал почту, вел себя так, словно Арины и вовсе не было в номере. На этот раз она сдалась первой. Подошла, опустилась рядом с ним на пол и положила руку ему на плечо. Он замер, его тело было жестким и напряженным. Но он не повернулся, лишь продолжил открывать и закрывать файлы.

– Максим! – прошептала она. – Не обижайся. Я поужинаю.

– Хорошо, – кивнул он, но ничего не изменилось. Он только еще больше сосредоточился на экране своего ноутбука. Арина услышала, как постучали в дверь.

Максим не шутил, когда предлагал ей самый широкий выбор блюд на ужин, потому что, как выяснилось, он заказал их все. Небольшой стол в столовой зоне ломился от яств, тут было все – и нежный теплый салат с невесомыми пушинками сыра, и восхитительное карпаччо из тунца, и еще дымящийся, только что из печи, хрустящий итальянский хлеб.

Не было только мороженого. Ну конечно!

– Приятного аппетита! – бросил в пространство Максим, насильно усаживая ее и повязывая салфеткой. – Кушай, милая.

– Только после тебя, – надулась Арина.

– С удовольствием, – процедил он сквозь зубы и ушел на другой край стола. Это был самый странный их ужин. В молчании, в полнейшей тишине, сидя на противоположных концах стола, они медленно ковырялись в тарелках, не сводя друг с друга горящих в холодном бешенстве глаз. Арина подцепила листик салата и отправила его себе в рот с таким видом, словно совершает подвиг.

– Я думаю, ты решил избавиться от меня, – заявила она спокойным и лишенным эмоций тоном.

– Что? – поперхнулся Максим.

– Да. Поэтому ты и хочешь, чтобы я улетела. Наверное, у тебя появилась другая женщина. Конечно, ты человек, который держит свое слово, вот ты и не можешь придумать, куда бы меня запихнуть. В какой бы самолет усадить. Но, Максим, если ты решил меня бросить, так и скажи, не надо морочить мне голову. Мне будет легче, если я буду знать правду. – Арина ёрничала, заводя эту тираду, но неожиданно для себя постепенно поверила в то, что говорит, и получилось настолько естественно, что Максим замер, забыв проглотить пережеванную еду.

– Какая совершеннейшая чушь! – прошамкал он с полным ртом, краснея. И сделал глоток вина из бокала. Арина не без удовольствия отметила, что он отложил вилку и перестал с делано невозмутимым видом трескать карпаччо. Как же она зла на него!

– Ничего страшного, и знаешь, я это переживу, – продолжала она свой театр. – Найду, чем утешиться. Не надо думать, что я буду висеть у тебя на руках и кричать – только не бросай меня, дорогой. Я не стану стоять у тебя на пути. Ты всегда был похож на ветер, и таких не стоит пытаться удерживать. Чувства нельзя заставить подчиняться разуму. Я отпускаю тебя, но и ты отпусти меня. Не надо отправлять меня к черту на кулички, просто скажи, что твоя игрушка тебе надоела.

– Я понял, – задумчиво пробормотал Максим с некоторым облегчением. – Ты надо мной издеваешься. Вот только зачем?

– Напротив! Я предлагаю тебе свободу. Никаких обещаний, никаких обязательств. Ричард…

– А! Вот, значит, в чем дело! Ты решила, что Ричард подходит тебе больше, чем я. – Максим с готовностью вскочил с места и уставился на нее с яростью, которую, наверное, можно было бы почувствовать на ощупь – такой она была сильной, словно он получил легальный повод излить эту ярость в окружающий мир.

– Ричард – очень хороший друг, – уклончиво отвечала Арина, изящно подцепляя кусочек рыбы на кончик вилки, как это делают английские аристократки на званом обеде, ведя беседу и контролируя мимику. – Он поддержит меня в трудный час. И потом, разве не это было твоей целью – отправить меня к нему, пока ты тут… – Она подцепила еще кусочек.

– Что? Что я тут? – Максим сощурился и остановил на ней колкий взгляд.

– Закончишь со своими… делами.

– Ты бредишь? Что ты несешь, Арина? Ты же все знаешь про мои дела!

– Ничего я не знаю, – Арина отбросила балаган и тоже вскочила. – Посуди сам! Ты привез меня сюда, смотришь так, словно я тебе мешаю, словно я одним своим видом, присутствием разрушаю твою жизнь! Ты твердишь, что я должна улететь в Тель-Авив. А мне кажется, что ты хочешь, чтобы я улетела куда-нибудь. Признаемся оба, ты никогда не хотел никаких отношений. – Ее понесло. Огромный ком разнородных чувств подминал ее под себя…

– Да! – крикнул Максим так, что, кажется, задрожали стены. Он отшвырнул вилку, она с лету ударилась об стену, оставив пятно. – Да, никогда не хотел! До того, как встретил тебя. И с тех пор у меня с тобой одни сплошные проблемы!

– Об этом и разговор! – очень неаристократично заорала Арина. – Я создаю тебе одни только проблемы!

– Ты совершенно права! – Максим подскочил к ней. Они на секунду замерли, изучая друг друга, и он сделал попытку схватить ее за запястья, но Арина была быстрее, успев увернуться. Тогда Максим схватил ее за плечи и сжал так крепко, что она вскрикнула, но, вместо того чтобы попросить пощады, изо всех сил наступила Максиму на ногу. Он нахмурился.

– Я не хочу с тобой говорить. Я улетаю! К Ричарду! Первым же рейсом! – будто кусала его Арина, неистово вырываясь. – Я буду очень послушной девочкой.

Максим не стал ей отвечать. Резким движением он сорвал с нее свитер, схватил, приподнял и потащил в спальню. Арина брыкалась, вырывалась, но он был сильнее и не оставлял ей ни единой лазейки.

Вот только в пылу схватки Максим не заметил, не успел – слишком коротким был миг, – как Арина на долю секунды победно улыбнулась своему отражению в темном окне. Максим бросил ее на кровать и навалился сверху.

– Отпусти! – закричала Арина. – Не смей.

– Я посмею все, что мне заблагорассудится, – спокойно ответил Максим. Оседлал Арину и схватил за запястья. Его любимая игра. Арина дернулась и облизнула губы.

– Не выйдет, – процедила она сквозь зубы.

– Посмотрим, – ответил он и несколько секунд смотрел на распластанную под ним девушку, прикидывая, как поступить с нею дальше. – Имей в виду, моя восхитительная амазонка, когда я отпущу тебя, ты не сможешь даже ходить. Я затрахаю тебя до обморока, пока ты не позабудешь даже имя Ричарда. И уж тем более его уродливые рыжие кудряшки.