Взбалмошная девчонка - Вера Армстронг

На обратном пути Молли ощутила уже знакомое чувство возвращения домой, и, конечно, дело было не только в милой старушке Кэрол. Это был дом Грегори, и мысль о том, что она будет рядом с ним, наполняла ее трепетным блаженством.

Пока она ожидала возможности свернуть с шоссе на подъездную дорогу, оттуда выехала спортивная машина. Молли мельком взглянула на девушку за рулем — очень миленькая, с пышными русыми волосами…

Хозяйский «крайслер» стоял в гараже. Молли прошла в кухню, и служанка сказала:

— Миссис Хартли в гостиной. Вы привезли то, что она просила?

У Молли был список, простирающийся от кремов для рук и лица до очень тонких колготок.

— Все здесь, — ответила она, махнув рукой на сумку с покупками.

В гостиной у кресла сидящей тетушки стоял Грег, и Молли подумала, что он только что вошел в комнату, попрощавшись с той девушкой в спортивном автомобиле. Интересно, кто же она?

Словно угадав ее мысли, Кэрол сказала с сожалением:

— Вы чуть-чуть разминулись с Мэри. Она славная девушка, вам бы понравилась!

— Пассия Дерека, — пояснил Грегори.

— Они поженятся в октябре, — ворчливо проговорила Кэрол, как будто не одобряла сожительство до брака. Молли сомневалась, что женитьба положит конец заигрываниям Дерека, но невеста была хорошенькая, и если старая леди считала, что она славная, — значит, так оно и есть.

— Это прекрасно, — сказала Молли и выразила надежду, что будущие супруги будут счастливы.

— А что вы делаете сегодня вечером? — спросил Грегори.

— Я? Ничего, — ответила она, поглядев на Кэрол.

— Тогда я приглашаю вас на обед, — сказал Грегори.

Молли продолжала смотреть на его тетушку, ожидая, что та подскажет ей ответ. Но та сидела молча, хотя и бросила неодобрительный взгляд на племянника, и тот рассмеялся.

— Знаете, почему она всегда хотела иметь внучку? — спросил он, обращаясь к Молли. — Да чтобы охранять ее от злых козней мужчин, вроде меня!

— Что за чушь ты несешь! — запротестовала женщина, а Молли опустила ресницы, чтобы скрыть сияющие глаза.

— Через полчаса будете готовы? — спросил Грегори.

— Да, буду, — спокойно ответила она. — И с удовольствием поеду обедать.

«С удовольствием» — это неточно сказано. Она была на седьмом небе от радости, но сумела не выдать своих чувств и, передав покупки, хладнокровно отправилась наверх. И только запершись в своей комнате, сбросила туфли и закружилась в бурном танце. Через полчаса? Да она готова отправиться через пять минут! Через минуту! А за полчаса можно тысячу раз собраться!

Она нырнула под душ, надев резиновую шапочку, а когда сняла ее, волосы пылающими прядями рассыпались по плечам, достигая талии.

Молли надела подаренный браслет и платье цвета меди и оглядела себя в зеркале. Она была хороша — надо быть слепым, чтобы этого не видеть! — но в глубине души таилась неуверенность. Такая внешность, вне сомнения, привлекает мужчин, но раньше это не имело большого значения. Сегодня, когда ей отчаянно хотелось выглядеть притягательной, она засомневалась, сможет ли подать себя в выгодном свете…

Кэрол сидела в гостиной одна и, когда Молли вошла, окинула ее пристальным взглядом.

— Вы выглядите прелестно!

— Спасибо! — Молли как раз собиралась спросить, не подвязать ли волосы сзади, и в порядке ли платье, потому что ей нужна была поддержка, но женщина опередила ее:

— Грег у себя. Идите, и дай вам бог приятно провести время!

Молли нервно пригладила волосы и глубоко вздохнула, прежде чем постучаться в закрытую дверь кабинета. В конце концов, ее ждет всего лишь совместная трапеза. Вряд ли это к чему-то обязывает, когда мужчина небрежно говорит: «Если вам сегодня вечером нечего делать, пойдемте обедать». Но внезапно она ощутила неловкость и робость и почувствовала себя такой неуклюжей, что чуть не споткнулась.

Грегори открыл дверь — чисто выбритый, в безупречном темном костюме, и ей не нужно было спрашивать, как она выглядит, потому что его улыбка выразила непритворное восхищение. Ему явно хотелось провести с ней этот вечер, и она вновь обрела уверенность.

Когда они сели в машину, он спросил:

— Кэрол велела вам вернуться до полуночи?

— Нет, зачем?

Грег засмеялся.

— Тетя присматривает за вами. Это комплекс бабушки-наседки. Я не знал, что ей хочется внучку, пока вы не сказали!

— И она считает, что меня нужно защищать от вас?

— Мы-то с вами знаем, что не нужно. Но даже вздумай я вас соблазнить, это не пройдет, потому что Кэрол с нас глаз не спускает.

— О, я верю вам, — сказала Молли, действительно веря этому человеку.

Но через несколько дней миссис Хартли отправляется на отдых, Дороти на все смотрит сквозь пальцы, и предстоит пребывание в доме Грегори практически наедине с ним. Она отвернулась к окну, потому что не хотела, чтобы он заглядывал ей в лицо и читал ее мысли.

Они миновали окружную дорогу и проехали через красивые предместья в маленький городок на берегу Мичигана. В машине звучала музыка, а в веселом спутнике, похоже, ничего не было от обычно строгого мистера Уилфилда.

Отель «Эсканоба» был старым, но уютным, а ресторан «Пилигрим» едва ли не самым известным и изысканным на западном побережье озера. Название ресторана сохранилось еще со времен освоения Запада, сюда любила наведываться романтически настроенная публика, люди искусства. Здесь уже много лет работал знаменитый шеф-повар, на накрахмаленных льняных скатертях сверкало столовое серебро. Но цены держались на уровне, доступном для многих.

Внутреннее убранство было в староанглийском стиле — красные с золотом обои, красные же плюшевые стулья и люстры над головами. Летними вечерами играл пианист, и в зале освобождали место для танцев, которые для Молли были большим удовольствием.

— Здесь чудесно! — сказала она, когда они сели за столик достаточно далеко от пианиста. Большинство мест было занято, и она спросила: — Вы часто здесь бываете?

— Нет, — ответил Грегори, — хотя здесь хорошо кормят.

— Держу пари, что часто!

Он рассмеялся и сказал:

— Ну, не часто и не редко, когда позволяет время.

Они просмотрели меню, сделали заказ, и Молли подняла взгляд к хрустальным подвескам в люстрах над головой. Они сверкали, как бриллианты, и она почувствовала, что все кругом замечательно. Еда была действительно очень вкусной, и Грегори улыбался, а она оказалась красивой и остроумной, обмениваясь с ним анекдотами и шутками.

Пианист непрерывно играл, и площадка для танцев не пустовала.

— Вы танцуете? — спросила Молли.

— Я умею двигаться под музыку, но могу и на ногу наступить.